Данной публикацией я открываю серию статей, посвящённых, как следует из названия, сущности войны - о том, о чём не принято говорить, но от чего общество не будет избавлено никогда, пока оно считает возможным периодически устраивать себе кровопускание в виде "травматической эпидемии" - как войну называл великий Николай Пирогов.
Итак, начнём.
Первая, и далеко не главная, сущность войны заключается в том, что многие (вопреки сложившемуся мнению, далеко не все) участвующие в ней люди, приобретают психологическую закалку, позволяющую в тяжелейших ситуациях, проходящих по грани жизни и смерти, сохранять рассудок, и что самое главное - активно действовать, ломая обстановку (а может и врага) под себя.
Побывав в нескольких боевых ситуациях, и лично убедившись в том, что если хотя бы не опускать руки и не поддаваться панике, то можно даже врага и победить, человек приобретает в этом уверенность, а вместе с ней и стойкий бойцовский опыт, который сохранится в его сознании в течение всей последующей жизни.
Этот опыт будет позволять такому человеку проявлять непривычную и удивительную для гражданского обывателя требовательность и настойчивость в решении самых разных жизненных проблем и ситуаций, безотносительно того, будут они иметь положительный или отрицательный окрас. Естественно, окружающими такое поведение будет трактоваться неоднозначно, но в любом случае им придётся считаться с мнением ветерана, а чаще всего, не имеющим подобной психологической стойкости, прогибаться под него.
Прошу заметить, что я говорю не о профессиональных навыках, а только о приобретённых психологических установках. С точки зрения расширения интеллектуального кругозора, индивид может не сильно отличаться от того, каким он был до войны, и каким стал после, ибо война обычно не даёт человеку новых знаний, а лишь требует максимальной отдачи уже имеющихся. Вопрос только в том, что ветеран обретает психологическую устойчивость и уверенность в своих силах – если, конечно, он не будет психологически сломлен, что случается, наверное, даже чаще, чем рассматриваемый случай.
Окончание войны и последующая массовая демобилизация будут означать, что гражданское общество наполнится людьми, способными как минимум не сдаваться перед первыми трудностями, как это делает абсолютное большинство представителей человеческого социума.
Теперь перенесите это утверждение на насиженный мир аппарата управления, эффективность которого даже в мирное время часто вызывает массу вопросов, а реальная работа, так бывает, подменяется имитацией и извлечением личной выгоды с использованием служебного положения, и вы поймёте, что имел в виду ВВП, когда в самом начале СВО заявил, что ветераны боевых действий достойны того, чтобы занимать управленческие позиции. Прикиньте, насколько это может повысить способность различных структур решать поставленные задачи, если эти структуры будут иметь хотя бы незначительный процент тех, кто способен эффективно бодрить своих коллег и безоговорочно требовать конечного результата, а не только «уважительных» неудачных попыток его достижения.
Эту сущность назовём «появлением класса людей, способных смело смотреть смерти в лицо».
Класса, который без войны появиться в обществе не может.