Вирджиния плакала и металась из угла в угол в бессильной попытке успокоиться. «Он отвратителен и сладострастен! Он не любит меня, имеет столько любовниц и все равно исправно посещает спальню. О, будет ли конец этим мучениям?»
В этой истории вас ждет: насильственный политический брак и его плоды, победы Вирджинии на политическом поприще, выгорание и болезнь, которую предлагали лечить... экзорцизмом. Будет интересно!
Родилась героиня этой истории в 1568 году. В то время ее отец Козимо Медичи и мать Камилла Мартелли не были женаты. Только после свадьбы родителей в 1570 году права Вирджинии Медичи были узаконены. Очень рекомендую ознакомиться с историей ее матери (так как Дзен по воле своего алгоритма решил ее почти никому не показывать), чтобы лучше понимать предпосылки описываемых событий:
Как только ее отец умер, единокровный старший брат, ставший великим герцогом Тосканским, заточил ее мать в стены монастыря. Вирджинию, оставшуюся без родителей в неполных шесть лет, воспитывали единокровные родственники по отцу. Но не из милосердия, а чтобы хладнокровно использовать ее при заключении выгодного для дома Медичи и герцогства Тосканского брака.
Сначала кандидатом в женихи был Франческо Сфорца из Санта Фиоры, но он предпочел духовную карьеру женитьбе. Тогда было решено отдать Вирджинию замуж за Чезаре д’Эсте (двоюродного брата бездетного герцога Феррары, Модены и Реджио), чтобы прервать изоляцию великого герцогства Тосканского со стороны других итальянских государств.
Вирджиния послушно принимает решение могущественных родственников. Ведь она прекрасно помнит судьбу своей матери, заточенной в монастырь по их воле.
Свадьба между 17-летней Вирджинией и 23-летним Чезаре состоялась в феврале 1586 года, после чего Вирджиния навсегда покинула родную Флоренцию, чтобы стать со временем герцогиней Феррары, Модены и Реджио.
Чезаре не удостоил свою жену любовью или даже уважением. Зато исправно посещал ее спальню, чтобы разжиться наследниками. За годы их брака Вирджиния произвела на свет 10 детей.
Но Вирджиния отлично справлялась не только с материнскими обязанностями. Неоднократно она в отсутствие мужа управляла территориями герцогства.
В 1601 году она, будучи беременной седьмым ребенком, защитила Модену от посягательств Подесты (главы города), который надеялся усилить свою власть, воспользовавшись отсутствием герцога, ошибочно посчитав герцогиню слабой и неспособной отстоять свои права.
Хроники так описывали победу Вирджинии: «Впервые она столкнулась с подобными интригами, правила разумно и показала себя достойной славного отца – настоящей дочерью Великого Медичи».
Даже беременность не мешала ей решать вопросы управления герцогством: «до 10 часов вечера неутомимо принимала советников и занималась делами».
Но жизнь в постоянном стрессе и отсутствие поддержки близких (а возможно, и наследственность: вспомним последние годы жизни ее матери) сказались на Вирджинии.
«И вот она сперва много плакала, а потом стала злая...»*
(* Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»)
Сначала Вирджиния плакала от равнодушного и потребительского отношения супруга. Затем долго терпела его публичные отношения с любовницами и пренебрежение, довольствуясь ролью матери и герцогини. Но вот терпение ее истощилось, и накопленные обиды стали проявляться в приступах гнева и слез. Спустя десять лет брака придворные стали замечать все большую несдержанность герцогини в эмоциях.
Весной 1608 года двор Модены готовится к приезду Изабеллы Савойской, жены старшего сына Вирджинии. Но герцогиня не нашла в себе сил участвовать в этих приготовлениях. Медики поставили ей диагноз: «меланхолическое расстройство». Но посетивший герцогиню отец-иезуит Джироламо Бондинари вынес свой вердикт:
«К сожалению, Вы одержимы бесом».
В ответ Вирджиния разозлилась и выгнала иезуита при помощи попавшихся под руку предметов. Разумеется, это еще больше укрепило священника в своем мнении.
Нарушив придворный протокол Вирджиния не смогла найти сил присутствовать на встрече невестки Изабеллы Савойской. Официально была сообщено, что герцогиня страдает от лихорадки. Но слухи о «бесноватости» было уже не остановить.
Посол Флоренции писал, что герцогиня Вирджиния «даже никогда не подходит к окну, и днями и ночами слышатся ее крики и непрерывные рыдания».
Спустя несколько месяцев этот же посол сообщил Медичи, что герцогиню посетил монах-бенедиктинец, который подтвердил: «в нее вселились духи, он видел, как трясутся ее шея, глаза и щеки».
После этих заявлений уважаемых служителей Божьих все стали считать, что герцогиней овладел демон.
К тому же Вирджиния отказывалась проходить обряд экзорцизма – изгнания дьявола, который должен был помочь ей излечиться. А это делало ее саму соучастницей нечистого.
Над ней все-таки провели не один сеанс экзорцизма, во время которых выяснилось, что все началось с того, что она была выдана замуж против собственной воли. Отношение мужа и его постоянные измены еще больше повлияли на ее болезнь. Священники таким образом установили, что демон находился в теле Вирджинии уже более 20 лет и заставлял ее говорить ужасные вещи: отрицать узы брака и сыпать проклятия в адрес мужа. Проведенные обряды окончательно помрачили разум герцогини. Если бы не титул, ее бы казнили.
Но раз уж казнить нельзя, будем наблюдать, – решили священники и закрыли Вирджинию в комнате, периодически подсматривая за ее состоянием в замочную скважину. Изоляция, что и неудивительно, губительно сказалось на Вирджинии: теперь она на коленях встречала принесших ей пищу служанок, скудно питалась и ходила в обносках. «Эти страдания суть подготовка к примирению ее грешной души с Богом после смерти», – считали церковники.
Заточение несчастной герцогини длилось с октября 1608 года и до ее смерти в январе 1615 года.
Рассудок вернулся к ней перед кончиной: она благословила всех своих детей и тихо отошла в мир иной.
После смерти Вирджинии ходили слухи о том, что герцог отравил свою нелюбимую, «одержимую» супругу.
Впрочем, была существенная причина для того, чтобы считать герцогиню одержимой, а не сумасшедшей. Дьявола боялись меньше, чем безумия. Ведь от дьявольских козней можно спастись благочестивой жизнью, молитвой и экзорцизмом. А что спасет от безумия? К тому же оно нередко наследуется. Поэтому признание сумасшествия матери расстроило бы планы по выгодным замужествам и женитьбам всех ее детей.
Но шило в мешке не утаить. Безумие Вирджинии, к сожалению, передалось одной из ее дочерей. Но это уже совсем другая история.
Спасибо за прочтение!
Лайк и подписка помогает рекомендовать статью другим. Дзен в последнее время дает очень мало рекомендаций и просмотров. Поэтому сердечно благодарю всех неравнодушных!