Через деревянные решетки джалюзье утренний свет проник в комнату на втором этаже небольшого каменного замка. Гуччо, сонно зевая, потянулся в постели и подумал, что раз его странный маэстро поднялся в такую рань, то наверняка сегодня будет интересный день.
Вновь затрезвонил колокольчик над кроватью, Гуччо рывком вскочил и бросился одеваться. Он надел белую рубашку, натянул узкие зеленые кальциони, пристегнул к плечам куртки длинный красный плащ и накинул ее на плечи. Гуччо довольно оглядел себя в зеркало: вышивка на куртке была весьма изящной, разрезы по бокам не стесняли движений, а пышная меховая опушка делала его похожим на знатного монсеньора.
«Все же мне не на что жаловаться», - подумал он. - «Другие в мои годы работают в каких-нибудь мастерских, или прислуживают монсеньорам, от которых получают постоянные тычки. Мой господин, конечно странный. Вот и плащ он носит вопреки моде - короткий, и всегда алого цвета. Хорошо, что мне разрешил носить длинный». В это время вновь зазвонил колокольчик и Гуччо выбежал из комнаты. В два прыжка молодой слуга преодолел лестничные пролеты и без стука ворвался в кабинет маэстро Леонардо.
- Доброе утро, монсеньор да Винчи, какие сегодня нас ждут дела? – весело поинтересовался Гуччо.
- Доброе утро, друг мой. Сегодня у нас великий день! Если все получится, то мы перевернем будущее Флоренции, а может быть даже всей Италии, или всей Европы!
Гуччо внимательнооглядел комнату, пытаясь догадаться, чем же таким великим придумал да Винчи занять этот день. Молодой слуга обожал своего господина, но не все его прихоти были Гуччо по душе. На столе он не обнаружил острых ножей, пил и железных щипцов: «Значит сегодня мы не будем разрезать трупы, привозимые сюда по заказу их мертвецкой госпиталя для бедняков. Это радует».
Не обнаружил Гуччо и коробок с углем, сосуда с чернилами и перьев: «Отлично, значит и на площадь не пойдем. Не люблю я, когда господин ходит смотреть на казни и пыточные прилюдные наказания. На площади толкаются и орут, а иные при этом вообще выглядят, словно в них бесы вселяются. Монсеньор торопится нарисовать эти искаженные лица, а я на силу успеваю ему подсовывать бумагу, да держать чернильницу. Прошлый раз какой-то увалень в толпе толкнул меня, так я весь камзол облил чернилами – одни растраты». И Гуччо решил, что день и правда пройдет спокойно, раз они не пойдут ни в подвал, ни на площадь.
Монсеньор накинул черную куртку с притороченным к ней коротким красным плащом и стал разглаживать гребнем свою длинную, ниже уровня груди, черную с проседью бороду. «Модник тоже мне», - фыркнул про себя Гуччо, - «У него наверняка самая длинная борода во Флоренции, а может и во всем мире. Выглядит, как варвар, а мне твердит, что борода – это украшение мужчины. Да никогда такого не будет, чтоб мужчина длинную бороду носил».
- Гуччо, бери вот это, - монсеньор указал на большой мешок, лежащий у стены, - там, мой дорогой друг, рыцарские доспехи. О, Гуччо, если все удастся, то мы изменим ход истории, мы избавим род людской от необходимости погибать на полях сражений!
- Монсеньр, вы создали эликсир мудрости?
- Лучше, Гуччо, лучше! Я создал железного человека! – воскликнул Леонардо. – Давай поспешим, мне не терпится проверить свое изобретение. Железный человек уже погружен на повозку и конюшие его отвезут на нашу поляну в лесу за крепостными стенами Флоренции.
- Почему нельзя его проверить здесь, ну если уж не зале, так во внутреннем дворе? – спросил Гуччо, волоча тяжелый мешок по ступенькам.
- Во-первых, Гуччо, я не уверен, что моему железному воину хватит здесь места, чтобы разойтись. А во-вторых, я не хочу, чтобы люди заранее увидели его и донесли весть до ушей Медичи.
Во дворе стоял возок, запряженный двумя лошадьми и двое конюших, потягиваясь и зевая, ждали приказа к отправке. Гуччо положил тяжелый мешок на возок, где уже лежал, вытянутый во весь свой рост, накрытый полотном, тот самый железный человек.
- Уж больно он худой, то есть тоненький ваш воин, монсеньор, - заметил Гуччо, приподняв полотно, и увидев железную трубку, обозначавшую, видимо ногу, толщиной не больше руки подростка.
- Он не такой хрупкий, как тебе кажется, - сказал монсеньор. - Мы пойдем пешком. Скоро ты все увидишь.
Выйдя за одиннадцатиметровую крепостную стену пробуждающейся Флоренции, они пошли бодрым шагом по тропинке, которая сворачивала от главной дороги налево и уводила в лес. Гуччо и да Винчи добрались до места, которому суждено стать экспериментальным полем, к тому времени, когда солнце уже разогнало утреннюю дымку.Они стояли на небольшом холме, который полого спускался в долину, обрамленную лесом. Конюшие, как только пришел господин, передали ему груз, и пешком вернулись в город.
Вдалеке у подножья холма паслись коровы, наслаждаясь утренней прохладой. Да Винчи откинул полог и явил слуге странную металлическую конструкцию, похожую на скелет человека, только тоньше и без черепа.Гуччо молча взирал на железного человека: «Похоже, что маэстро немного не в себе. Нет, он, конечно может разные штуки заставить двигаться. На дне рождения Франциска I даже деревянный голубь смог полететь, но, чтобы эта железяка, да еще и без башки изменила будущее – это уж перебор».
- Монсеньор, а почему без головы? - смело спросил Гуччо, зная, что господину наплевать на критику - Как он будет менять будущее, если не видит настоящего?
- О, мой друг, - радостно, предвкушая удивление слуги сказал да Винчи, - видимо, ты не совсем верно меня понял. Моему созданию вовсе необязательно видеть. Он просто воин, послушное орудие в руках моих. Сейчас я все тебе покажу.
Да Винчи поставил железного человека на землю, и стал прилаживать к нему рыцарские доспехи.
- Шлем защитит вот эти сочленения, нагрудник защитит шестеренки и винты... -приговаривал он.
Вскоре перед Гуччо стоял рыцарь, и если заранее не знать, что, подняв забрало ты не увидишь там суровых глаз воина, то ни за что не догадаться, что это механизм.
- Что же он умеет делать, маэстро? – спросил Гуччо.
- Мой милый Гуччо, этот человек может ходить и, надеюсь даже бегать. Конечно, ему не управиться с луком, но наносить удары мечом и копьем он может.
- У нас и так достаточно воинов.
- Моя любимая Флоренция постоянно воюет. Чтобы мальчик стал мужем и смог бы пополнить ряды защитников нужно не меньше 16 лет, а такого железного человека я могу собрать за несколько дней. Гуччо, быть может людям не придется теперь умирать на поле брани. Мои механические рыцари будут сражаться вместо живых людей.
- Ну тогда людей в городе станет слишком много!
- Конечно! Эти люди будут художниками, ткачами, кровельщиками, музыкантами – они будут трудиться во благо мира. В конце концов, я уверен, что господь бог создал людей, чтобы они жили и прославляли его своими делами, а не для того, чтобы они убивали друг друга на войне.
- Ну чем же тогда займутся благородные дворяне? – не унимался Гуччо.
- Аmico mio, это второстепенные вопросы. А сейчас давай приступим к испытаниям. Я ощущаю себя чуть ли не богом – я смогу победить саму войну и изменить будущее человечества. Может быть, мое изобретение дойдет и до варварских русичей, и до земель Великого хана.
Они установили рыцаря на склоне холма и маэстро, засунув руку под латы, стал что-то подкручивать внутри.
- Я решил пустить его идти, ну или бежать, как получится, по склону. Полагаю, что ему так будет значительно легче. Если все пройдет хорошо, тогда уже пустим его подниматься на холм. Ах, чуть не забыл дать ему оружие, - спохватился да Винчи.
Он взял с возка копье, вложил его железному человеку в поднятую руку, и зажал железные пальцы вокруг древка. И вот, маэстро чем-то щелкнул под латами, что-то скрипнуло, и воин «ожил». Железный человек с копьем наперевес сделал шаг, на секунду замер, а затем ритмично зашагал по траве с холма.
- Meraviglioso! Удивительно, он ходит! Sono un genio! Я гений! – кричал да Винчи.
- Oh, mio Dio! О, мой Бог! Монсеньор, там ...там лепешки, коровьи лепешки! – воскликнул Гуччо, который добежал до края холма и глянул вниз.
- Аndra ' tuttobene! Все будет хорошо, Гуччо! - сказал Леонардо. - Наступит или нет, наступит или нет...наступил! Oh, mio Dio!
- Главное, чтобы не поскользнулся, монсеньор, - кричал Гуччо, - пока все хорошо. Главное, чтобы он не поскользнулся! No, он поскользнулся, он падает!
- Все хорошо, он не падает, он движется, это отлично! – маэстро возбужденно махал руками.
- Он летит! Oh No!
- Все хорошо, Гуччо!Полет – это тоже движение, – кричал да Винчи.
Маэстро и слуга подошли к упавшему железному человеку:
- Он немного замарался, - тихо, боясь гнева господина, сказал Гуччо.
- Он наступил в говно, Гуччо, наступил и проиграл. Шлепнулся, прямо своей железной мордой. Я сражен! – Леонардо зло пнул ногой испачканные в навозе доспехи и побрел обратно на холм.
- Это не говно, это просто удобрение, - крикнул ему вслед слуга, - Это к деньгам! Аndra ' tutto bene, все будет хорошо!
- Ничего не будет хорошо, Гуччо, ничего. Этого проклятого будущего не изменить.
Гуччо подхватил под мышки железного человека и потащил его к повозке.
Изобретатель пошел домой пешком. Он был так расстроен, то не захотел разговаривать с Гуччо и отправил его на повозке вперед. Леонардо пришел домой только к вечеру, однако, вопреки ожиданиям слуги, он не горевал и даже мурлыкал себе под нос песенку. Мысли его были уже заняты чем -то другим.
Через месяц Леонардо да Винчи изобрел колесцовый замок для мушкета. Его изобретение стало настолько необходимым, что позволило распространиться ручному огнестрельному оружию по всей Европе.
Автор: Кубик
Источник: https://litclubbs.ru/duel/1328-zheleznyi-rycar.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: