Хорошего гуманитария, тем более писателя, вырастить сложнее, чем помидоры кемеровским летом. В идеале в его доме два раза в месяц проходят литературные вечера, а гости дома – сплошь академики. В крайнем случае рядом с домом должна быть хотя бы библиотека. Но и хорошие условия не гарантируют появления писателя: порой самородки выходят из глухих рязанских деревень с тремя книгами на всю округу, а иногда крупный богатый город за многовековую историю не может похвастаться ни одной литературной фамилией. Пример такого писательского неуспеха – Самара. Волжский миллионник с живописными местами и богатой историей за четыре века существования прославился лишь анекдотами про Чапаева да парочкой краеведов. Крупные писатели, попадая в Самару, вели себя как в санатории: хорошо ели, поправляли здоровье да и ехали себе дальше, отмечая в путевых заметках, что «город хорош, но нравы жестокие». Лев Николаевич Толстой ограничился лишь окрестностями: почти два месяца жил с местными башкирами, отдыхая от ц