Фёдор скорчил лицо, а она не замечает этого, притягивает его за шею, встаёт на цыпочки и чмокает в щёку.
Фёдор брезгливо вытирает щёку. А она капризно смеётся:
- Ну, Федюня, я же твоя мамочка. Помнишь, ты ко мне также приставал?
- Я – Фёдор. Ты меня назвала Фёдором. Ты меня всегда называла Фёдором. С чего вдруг ты меня тридцати пятилетнего мужика начала называть уменьшительно-ласкательно? Что тебе надо от меня на это раз?
- Ничего, - также капризно говорила мать. – Только немного внимания и любви.
- Любви? – засмеялся Фёдор, махнул рукой и вышел из квартиры.
К матери Фёдор приходит два раза в неделю. В общем-то, не из-за чувства долга или любви, а потому что «что люди скажут». Ну и немного из-за чувства долга, мать всё-таки.
Всё детство Фёдора мать была невротичкой, чуть что-то не по её, орала, била сына шнуром от электроприборов. Ещё она любила падать в обмороки и притворятся мёртвой.
Фёдор чувствовал себя виноватым, что маме плохо, что мама умрёт из-за него.
Он старался понравиться маме, приласкать её, поцеловать. Маму это бесило, ей было противно, когда сын её целовал. Она соскакивала и снова орала.
Фёдор был бит за всё, за бардак в своей комнате, за то, что не расслышал, когда мать его позвала, за то, что задержался в школе.
Была ещё набожная бабушка, к которой Фёдор ходил жаловаться. Но бабка говорила, надо почитать мать свою и отца. Потом вспоминала, что отца Фёдора не знает никто, крестилась и отмаливала грехи дочери. Бабка жила одна в квартире, но каждый раз отправляла Фёдора домой, никакие мольбы и слёзы Фёдора на бабку не действовали.
Всё поменялось, когда Фёдору исполнилось пятнадцать. Тогда он осознал, что не любит мать, что в других семьях совсем не такие отношения. Осознал и давал отпор матери.
Фёдор выхватил шнур из рук матери и замахнулся. Мать орала, но бить Фёдора больше не решилась.
Теперь она игнорировала сына. Это было тоже невыносимо, что не спроси, мать молчит.
В семнадцать лет Фёдор влюбился. Вот тогда он почувствовал, что значит любить и быть любимым. Фёдор был счастлив. Он перестал обращаться к матери совсем. Фёдор давно уже научился готовить себе завтрак и обед, научился зарабатывать деньги. Мать превратилась в вынужденную соседку.
Вот тогда у матери проснулась гиперопека. Она обзывала девушку Фёдора последними словами, поджидала её на улице и рассказывала ей о том, какой Фёдор плохой.
В девятнадцать лет Фёдор женился и уехал от матери, не сказав адреса. Он бы вообще к ней не приходил, но жена сказала, что нехорошо мать бросать: «Какая бы ни была, всё равно мать».
Теперь у Фёдора всё хорошо – любящая жена, двое детей, замечательные тёща с тестем, которые стали родными. И к матери приходит два раза в неделю, но простить её за испорченное детство так и не смог.