Хроника важных и интересных событий, произошедших в городе, стране и мире 20 августа в разные годы, – в подборке корреспондента агентства «Минск-Новости».
1924 год. На Олимпиаде в Париже явный фаворит шотландец Эрик Лиддел отказался выйти на старт 100-метровки из-за того, что забег был назначен на воскресенье
Этот случай стал уникальным в истории Олимпийского движения. Дело в том, что Лиддел был духовным лицом и стремился, согласно церковной традиции, чтить день между субботой и понедельником. Стометровка была его коронной дистанцией, и, конечно же, Эрик мечтал об олимпийской медали, но вопросы веры были для него в приоритете.
Разумеется, расписание Игр Лиддел знал заранее, а потому сразу стал настраиваться на участие в забеге на 400 метров, где прежде ничего выдающегося не показывал. Главная проблема в переходе на новую дистанцию заключалась в ее непривычности. Для классического спринта 400 метров – расстояние, пожалуй, слишком уж большое.
«Когда он (Лиддел) вышел на старт на дистанции 400 метров в Париже в 1924-м, его огромные шаги, закинутая назад голова и руки, загребающие воздух, вызвали у американцев и других утонченных экспертов приступ непристойного смеха», – отмечал корреспондент BBC.
Что ж, Лиддел посрамил высокомерных янки. Когда «утонченные эксперты» взглянули на результат, они были ошеломлены. «Летучий шотландец», как называли быстроногого Эрика, действительно обладавшего своеобразной техникой бега, не только победил, но и сделал это с новым мировым рекордом – 47,6 секунды. Чудо было сотворено «с Божьей помощью». Перед стартом в руке атлета был замечен кусочек бумаги с цитатой из 1 Царств 2:30 «Ибо Я прославлю прославляющих Меня». С этим кусочком он и бежал.
Накануне товарищ Эрика по команде Гарольд Абрахамс взял золото на стометровке, на которое также рассчитывали американцы. Абрахамсу пришлось добыть эту победу для британской сборной вместо отказавшегося бежать Лиддела.
История соперничества Лидделла и Абрахамса легла в основу спортивной исторической драмы «Огненные колесницы», получившей две премии Каннского кинофестиваля (1981), четыре премии «Оскар», в том числе за лучший фильм, а также множество других наград.
1933 год. В СССР началась «паспортизация на железнодорожном транспорте»
После победы Октября никаких паспортов не было и в помине, обходились всевозможными удостоверениями личности. Паспорта единого советского образца имели лишь дипломаты и редкие счастливчики, получившие разрешение на выезд за границу (именно о такой «краснокожей паспортине» с гордостью писал в своем знаменитом стихотворении Владимир Маяковский). И только на шестнадцатом году советской власти в стране началось введение внутренних паспортов.
Компания всесоюзной паспортизации, стартовавшая в Москве и Ленинграде в самом конце 1932 г., в апреле следующего докатилась до Беларуси. Сначала паспорта получили минчане, потом – жители других городов республики (сельчанам до 1974 г. паспорта не выдавались). В паспорт записывались основные биографические данные его владельца: фамилия, имя, отчество, дата рождения, а также национальность и обязательно социальное происхождение.
Цель паспортизации была не только «учесть и прописать по месту жительства», но и, как было сказано в постановлении Бюро ЦК КПБ, «ачысцiць прадпрыемства, транспарт, саўгасы, МТС, калгасы ад класава чуждага элемента». Кто считался классово чуждым элементом, люди могли лишь догадываться. Значительная часть населения до последнего не знала, получит ли заветный документ.
Паспортизация на объектах железнодорожного транспорта, начавшаяся в августе 1933 г., проводилась под неусыпным оком ОГПУ. Согласно целой серии секретных приказов этого ведомства выявление и установление социального положения железнодорожников при выдаче им паспортов должно было осуществляться «с особой тщательностью». При этом использовались не только материалы оперативного учета, которые велись на всех явных и тайных «врагов советской власти», но и данные, поступившие от добровольных помощников и стукачей.
Когда ряды железнодорожников были должным образом «вычищены», территории «возле железных дорог» также решено было сделать благонадежными и безопасными для прохождения транспорта с грузами и людьми. Их разделили на режимные зоны, из которых, согласно приказу НКВД СССР № 001519 от 27 декабря 1939 г., начали процедуру «изъятия антисоветских и уголовных элементов, проживающих во временных жилых строениях». Из всех этих землянок, «шанхаек» и «китаек», как они были обозначены в приказе, в полосе двух километров от железных дорог люди выселялись, а сами строения сносились. При этом не имело значения, кому принадлежали постройки – железнодорожникам или людям, не имеющим к дороге никакого отношения.
1940 год. Смертельно ранен в Мексике Лев Троцкий
Троцкий словно предвидел свою судьбу, когда четырьмя годами ранее писал: «Сталин стремится нанести удар не по идеям своего оппонента, а по его черепу…» И вот утром 20 августа на череп Троцкого обрушился ледоруб, направленный рукой агента НКВД Раймона Меркадера.
Меркадер проник на виллу к Троцкому под видом его горячего приверженца. Предложил ознакомиться со своей рукописью и, когда Троцкий сел ее читать, нанес ему смертельный удар сзади по голове. Несмотря на то, что ледоруб, который агент пронес под плащом, вошел в голову жертве на 7 сантиметров, Троцкий прожил после этого еще почти сутки.
После его кончины газета «Правда» опубликовала некролог: «В могилу сошел человек, чье имя с презрением и проклятием произносят трудящиеся во всем мире, человек, который на протяжении многих лет боролся против дела рабочего класса и его авангарда — большевистской партии. Господствующие классы капиталистических стран потеряли верного своего слугу. Иностранные разведки лишились долголетнего, матерого агента, не брезгавшего никакими средствами для достижения своих контрреволюционных целей».
Меркадер был приговорен мексиканским судом к максимальному наказанию — 20-летнему тюремному заключению. Отбыв срок «от звонка до звонка», он направился в Москву получать награды. Убийце Троцкого вручили медаль «Золотая Звезда» Героя Советского Союза, обеспечили хорошей квартирой и генеральской пенсией.
1960 год. Впервые на Землю благополучно вернулись запущенные в космос живые существа – собаки Белка и Стрелка, преодолевшие на корабле «Спутник-5» расстояние в 700 тыс. км
В начале шестидесятых не было в мире более популярных собак, чем эти две советские дворняги. Еще бы! Им впервые удалось в настоящем космическом корабле больше суток летать вокруг планеты и вернуться домой живыми и невредимыми. Их возили по детским садам, школам, детским домам. Журналистам на пресс-конференциях давали возможность собачек потрогать. Слава этих двух беспородных псов была настолько велика, что одного из щенков Стрелки, кудлатенького Пушка, по личному распоряжению Никиты Хрущева отправили за океан в подарок жене американского президента Джона Кеннеди Жаклин.
О том, сколько собачьих жизней было отдано за то, чтобы полет Белки и Стрелки прошел успешно, разумеется, не говорили. Их предшественники гибли от разгерметизации кабины, отказа парашютной системы, неполадок в системе жизнеобеспечения. Увы, этим пионерам собачьих полетов не досталось даже сотой доли той славы, которой покрыли себя их четвероногие коллеги, побывавшие на орбите. Поэтому, когда Юрий Гагарин уже после своего исторического полета произнес на банкете фразу «До сих пор не пойму, кто я: «первый человек» или «последняя собака», люди, бывшие в теме, не восприняли это как шутку.
Первый собачий отряд космонавтов набирали… в подворотнях. Это были обычные бесхозные собаки. Их отлавливали, направляли в питомник, а оттуда распределяли по научно-исследовательским институтам. Институт авиационной медицины получал дворняг строго по заданным стандартам: не тяжелее 6 килограммов и ростом не выше 35 сантиметров. Крупных собак не брали из-за того, что кабина была рассчитана на маленький вес. Ну а на дворняг выбор пал потому, что медики считали их лучшими четвероногими космонавтами из всех: они с первого дня вынуждены бороться за выживание, неприхотливы, смекалисты и быстро привыкают к персоналу. Вместе с тем, помня о том, что собакам придется «красоваться» на страницах газет, отбирали «объекты» покрасивее, постройнее и с интеллектуальными мордашками.
После полета Белка и Стрелка жили при Государственном научно-исследовательском и испытательном институте авиационной и космической медицины и умерли в глубокой старости. В настоящее время их чучела находятся в Мемориальном музее космонавтики в Москве.
1994 год. В Беларуси проведена первая деноминация
Была она не совсем обычной, поскольку не сопровождалась обменом денег. После деноминации рубль стал рублем, а сто рублей стали сотней. То есть стоимость денег была приведена в соответствие с тем, что на них и было напечатано.
Белорусские деньги появились в 1992 г. Это были знаменитые так называемые в обиходе «зайчики». Номинал у купюр был в 50 копеек, 1, 3, 5, 10, 25, 50 и 100 рублей. Вот только пока их печатали, цены выросли, а потому стоимость новых выпущенных денег решили увеличить. В десять раз. Получалось, что покупая в магазине товар стоимостью 100 рублей, человек рассчитывался за него 10-рублевой купюрой. 20 августа 1994 г. постановлением правительства белорусский рубль был деноминирован в десять раз. С купюр убрали один ноль, которого там, по сути, никогда и не было.