Издательство "Ad Marginem" выпускает довольно много публицистики и автофикшена, посвященного природе. Недавно их коллекция пополнилась очередной любопытной книгой - сборником эссе бриолога Робин Уолл Киммерер "Жизнь в пограничном слое. Естественная и культурная история мхов" (бриология - раздел ботаники, изучающий мохообразные растения). В связи с этим книжный магазин Перемен в Академгородке пригласил читателей на встречу, посвящённую выходу книги. И я, конечно, пошла, ведь учебный год еще не начался и отпуск еще не закончился!
Встреча состояла из двух частей. Сначала мы говорили о новой книге Киммерер и в целом о современных текстах в направлении "Nature Writing", а затем пошли по тропинкам и лесам Академгородка на поиски разных мхов.
Первую часть встречи вела Мария Левунова, сотрудник издательства. Она цитировала фрагменты книги, рассказывала о других книгах издательства о природе. Также мы поговорили о том, как в последние года изменилось наше отношение к природе и в чем это выражается. Как мне кажется, в ходе встречи прозвучало несколько интересных мыслей как о литературе, так и о природе, которые я тезисно тут обозначу.
Интересно, что в качестве примера хороших текстов о природе участники встречи назвали только одного русского автора - Константина Паустовского. Также прозвучало имя Джеральда Даррелла, но это уже британец. Затем все еще вспомнили Михаила Пришвина. На самом деле я согласна с этими вариантами, но тут же подумала о том, что вряд ли у меня получится назвать современных писателей, которые сочиняют о природе, или современные тексты русской литературы в этом самом направлении "Nature Writing", которые стали бестселлерами. Я сейчас говорю о книгах для взрослой аудитории, не о детской литературе! Среди детских-то я много могу назвать. Все, что мне вспомнилось, это прошлогодняя тематическая резиденция в Переделкино, которую устраивали для писателей и исследователей. Судя по программе, они обсуждали там "Уолдена" Генри Торо, детские книги о природе, современный "экофикшн". Но новых художественных книг о природе в результате работы резиденции вроде бы не появилось! Более того, у нас нет ни одной литературной премии, которая отмечала бы подобную литературу, художественную или нехудожественную, ни одного конкурса на эту тему. Такое впечатление, что для русской литературы сегодня разговор о природе не слишком актуален?
Что до литературы переводной, написанной не в России, то тут наблюдается большее разнообразие. При этом в основном речь идёт о книгах нехудожественных: сборниках эссе, научно-популярных книгах, автофикшене. Мария отметила, что сегодня есть целый пласт литературы автофикшн-направления, в которой автор смотрит на природу как на волшебного помощника. У этого автор произошло что-то трагичное и невыносимое, и общение с природой помогает ему прожить травму и найти новые смыслы, двигаться дальше. Например, в том же издательстве "Ad Marginem" выходила книга норвежской писательницы и учёной Лонг Литт Вун "Путь через лес. О грибах и скорби". В книге она рассказала о том, как грибы помогли ей пережить смерть мужа: она начала гулять в лесу, интересовать грибами, изучать их жизнь и так далее, это все стало способом прожить горе. В итоге она даже какую-то научную степень получила по этим самым грибам, не просто так собирала и ела. И это не единственный пример подобной книги! Кому-то помогли грибы, кому-то наблюдение за птицами и погодой, кому-то ведение дневника о смене сезонов в природе.
Общим место отношения к природе в подобных книжках становится мистическое переживание единства с природой. То есть грибы, мхи или там птицы не рассматриваются утилитарно, отвлеченно, автор рассматривает их как чудо, они вызывают сильные эмоции, порой сходные с экзальтацией. Эти переживания кажутся едва ли не религиозными для авторов, глубоко погруженных в тему. Все это находит отражение в текстах книг, и, что парадоксально, часто не мешает их научно-популярной составляющей. То есть то обстоятельство, что автор искренне восторгается мхами, считает их чудесными, не мешает ему их изучать. Просто они стали частью самоидентификации личности автора, одним из составляющих его стержня. Вот как рассказывает Киммерер о своих мхах в книге:
Глыбы невероятно медленны и сильны, но всё же не могут устоять перед еле слышным дыханием зелени, могучим, как ледник: мох истирает их поверхность, крупица за крупицей, медленно обращая камень в песок. Есть старинный диалог — в стихах, если уж быть совсем точным — между мхами и скалами. О свете и тени, о смещении континентов. Это называется «диалектикой мха на камне — взаимодействие безмерности и малости, прошлого и настоящего, неподвижности и динамизма, инь и ян»**. Материальное и духовное живут здесь бок о бок.
Что до нас, участников встречи в книжном магазине, то у каждого нашлось сто своих историй о том, как мы собирали грибы, ходили на рыбалку, искали ягоды и встречали свои чудеса природы. И динамику изменения отношения к природе мы тоже отметили: рассказы об охоте писателей XIX века сегодня воспринимаются уже иначе, чем раньше, а рыбу многие рыбаки после рыбалки отпускают обратно в реку. Только предварительно они ее сфотографируют! Одно из интересных наблюдений за коллекционированием сокровищ природы сегодня: оно стало цифровым! Бёрдвотчеры не держат птиц дома в клетках, а носятся по лесам, чтобы сфотографировать птицу или записать на аудио ее пение. Может быть кто-то читал мой недавний обзор на книгу про Полеша и его музей? Она ведь как раз об этом: как коллекция природных находок трансформируется в цифровую.
Еще некоторые отметили, что для них дети стали стимулом интереса к природе и ее изменениям: мы показываем детям одуванчики и лягушек, говорим с ними о смене времен года и как бы заново открываем для себя все эти чудеса.
После разговора о Nature Writing мы отправились в лес в компании биолога на поиски мхов. Перед этим сын, который готовится к ЕГЭ по биологии, прочитал мне краткий ликбез об устройстве мхов, так что я в принципе знала основное: ризоиды вместо корней, споры вместо семян, поменьше солнца, а ягель - вовсе не мох. Так что из рассказа биолога Екатерины про мхи я не узнала чего-то принципиально нового.
Зато с удовольствием рассматривала разные мхи, которые мы находили по пути! Заодно узнало о народных способах вырастить мох, где хочется: взбить мох с кефиром в блендере и получившуюся массу размазать там, где нужно (главное, чтобы не на месте падения прямых солнечных лучей).
Книжку Киммерер про мхи я, конечно, тоже купила. Когда прочитаю, напишу непременно отзыв! А пока просто отметила для себя, как много разных историй может прозвучать благодаря книгам и встречам вокруг книг.
***
Заинтересовала ли вас книга про мхи? Пошли бы вы на такую встречу в книжном магазине?