Самолёт внутренних авиалиний АН-2 уносил шестую группу ивановского химико-технологического института в славный город Ярославль на первую производственную практику. Самолёт качало из стороны в сторону, бросало то вверх, то вниз. К счастью, полёт быстро закончился, и все девочки остались живы, хоть и не совсем здоровы.
Поселили студенток-практиканток в общежитии завода под названием «Свободный труд». Я до этого никогда не жила в общежитии, впервые почувствовала себя свободным человеком, никакой опеки – делай, что нравится!
Получилось «прикольно», как бы сейчас сказали, - свободный труд свободного человека. Но пользоваться свободой я не умела, что-то всегда меня останавливало от необдуманных решений, за что спасибо маме с папой.
*****
Девочки устроились на работу в разные цеха завода, некоторые в управление, свободная жизнь требовала свободных средств. Я выбрала цех по производству пентаэритрита потому, что начальником там была Лидия Васильевна, единственная в СССР, руководившая цехом пентаэритрита. Я восхищалась её решительностью, знаниями и отношению к работе.
Она командовала громадным цехом со множеством разноплановых участков, как дома на кухне. Лидия Васильевна замечала каждую мелочь, была строга и обходилась без крика. Мужчины её уважали и побаивались, слушались беспрекословно:
- Васильевна – голова, настоящий начальник, хоть и баба! – так говорили они между собой.
Днём мы работали, а вечером и в выходные отдыхали, в основном, на пляже.
Нашими соседями по общежитию была группа студентов – химиков из Москвы. Эти ребята каким-то образом оформили свою практику за один день, остальное время загорали на Волге, посещали музеи, гуляли по городу. Некоторые сразу же уехали в Москву, остались человек десять ребят и две девочки.
Среди оставшихся в Ярославле был один мальчик. Так, ничего себе, на мой взгляд, слегка полноватый, рыхлый был мальчик. Я его сразу для себя окрестила «белобулошником московским». Это выражение прочитала когда-то, и вот при виде Жени Тришкина, выражение про «белобулошников» само собой всплыло в памяти.
Мне нравились ребята спортивные и подтянутые. Поэтому, когда Женя пригласил меня погулять, я наотрез отказалась. Но он не обиделся, пригласил ещё раз.
- Почему бы и не погулять, - подумала я и согласилась.
Женя много рассказывал о своей семье, пел мне песни из репертуара детского хора всесоюзного радио и телевидения. Позже Женя объяснил любовь к этому хору, там пела его младшая сестрёнка, была солисткой.
Голос у Жени был красивым и мягким, как его руки и вся его крупная фигура. Чаще других песен, он пел Марш юннатов, где запевалой была его сестра:
Мы идём, мы- следопыты:
Все пути для нас открыты!
Все дороги нам видны!
Мы - юннаты, мы - счастливые ребята
Нашей солнечной страны!
*****
Время пролетело быстро, практика закончилась, закончились и встречи с Женей, так я думала перед отъездом.
Только напрасно я так думала, ой, напрасно!
Однажды, ранним субботним утром раздался звонок в дверь. Передо мной стоял улыбающийся Женя.
- Галка, привет!
- Ты как сюда попал? Где адрес мой «надыбал»? Жень, ты сошёл с ума, зачем ты приехал? Ведь мы даже не целовались с тобой, а ты припёрся, да ещё без предупреждения! – от злости я задавала вопросы, ответы на которые слушать не хотела.
- Галя, послушай, - Женя пытался обнять меня, - я тебя люблю. Я подумал, что ты тоже меня любишь, вот и приехал просить твоей руки.
От этих слов взяла меня такая злость, что и сказать трудно:
- Женя, ты что, идиот? Какая любовь, какая свадьба? Давай, проходи, чайку выпей, и на поезд, чтобы до приезда родителей тебя в Иваново не было.
А Женя, кажется, не слышал моих слов. За чаем говорил о любви и пел про юннатов.
- Жень, прекрати ты про этих юннатов, надоело. Собирайся, и в путь домой!
- Галочка, я уже родителям сказал и друзьям, что у меня невеста в Иваново, фотографию твою всем показал.
- Господи, и фотографию спёр! Да ты аферист какой-то. Женечка, прошу по-хорошему, уходи отсюда. Сейчас родители приедут, устроят мне такую свадьбу! Папа у меня очень строгий, мальчишек терпеть не может, он тебя вытолкнет взашей!
- Не бойся, не вытолкнет, я же не просто так приехал, я женюсь на тебе!
И тут мне в голову пришла замечательная идея:
- Ладно, Женька, я согласна стать твоей женой!
- Согласна? Миленькая моя, - Женя бросился ко мне, попытался поцеловать.
- Стой! У меня есть одно условие.
- Я согласен на любые условия!
- Женечка, мы поженимся, если ты после регистрации возьмёшь мою фамилию, будешь Евгением Пашковским, как мой папа.
Женя замер, задумался на минуту, потом лицо его покрылось багрянцем:
- Пашковским? Это ты сошла с ума! Ни за что! Мой дед и прадед были Тришкины, отец – Тришкин, и дети будут Тришкины!
- Ну, вот и отлично. Поезжай в Москву и оставайся Тришкиным.
Схватив дорожную сумку, Женя бросил на стол мою фотку и скрылся за дверью.
Я вздохнула с облегчением!