Люди смеха ради частенько подшучивают друг над другом. Кто угодно может стать объектом розыгрыша родных, знакомых, коллег. Но нередко случаются злые и неуместные шутки. Тогда уже не смешно. Вот так случилось и с моей подругой Ларисой. У нее было своеобразное чувство юмора. Прямо скажем, шутить она не умела.
Лариса — моя коллега и ровесница. Мы вместе работаем в бухгалтерии в крупной компании. Казалось бы, в нашем возрасте пора остепениться, вести себя несколько иначе — спокойнее, рассудительнее. Но куда там — Лариса любит разыгрывать людей. Причем ее шутки очень странные, если не сказать хуже.
— Ларис, от твоих приколов мне не смешно ни капельки, а скорее обидно, — частенько говаривала я ей.
— Знаешь, Танюш, — отвечала коллега, — наоборот, нужно почаще шутить, ведь люди так мало смеются. А смех, как известно, продлевает жизнь!
В нашем коллективе восемь женщин. Как-то одна из них, Валентина Алексеевна, купила своей внучке подарок, очаровательную рыжеволосую куклу в ярком кружевном платье, и принесла ее на работу. Хотела похвастаться перед коллегами и заодно спрятать, чтобы девочка раньше времени не нашла игрушку. Валентина продемонстрировала куклу нам, потом положила ее в коробку и поставила в шкаф с папками. Подарок пролежал там ровно три дня — сама помню, как полупрозрачная коробка попадалась мне на глаза каждый раз, когда я доставала накладные. Однако, когда 1 апреля Валентина Алексеевна открыла шкаф, куклы там не оказалось. Женщина судорожно перекладывала папки, и я решила помочь ей в поисках.
— Девочки, вы не видели куклу? — На глазах у коллеги выступили слезы. — Ведь завтра день рождения у моей Вареньки.
Все сотрудники бухгалтерии присоединились к поискам, но коробка с подарком как сквозь землю провалилась. Тут в кабинет вошел начальник, и мы занялись документами. Никто не мог взять в толк: куда же запропастилась кукла, да и кому она могла понадобиться? Ведь у нас ничего и никогда не пропадало!
К концу дня, когда Валентина нервно потирала виски и уже достала успокоительное, Лариса со смехом достала коробку с подарком из-под своего стола и протянула коллеге:
— Валя, оставь таблетки. Сюрпри-и-из!
Лица сотрудников вытянулись. Всем было явно не до смеха... Валентина отпросилась у Петра Алексеевича пораньше и ушла домой, понуро бросив нам «до завтра»...
Было очень неприятно, и после этого случая Валентина уволилась. На ее место взяли молоденькую сотрудницу Томочку. Она всегда была в хорошем настроении, угощала нас вкусными пирогами и плюшками, которые пекла сама. А однажды сообщила, что выходит замуж. Мы от всего сердца поздравляли коллегу, когда я заметила, что у Лариски в тот момент ехидно загорелись глаза. Я почувствовала неладное. И точно, в обед за чашкой кофе подруга мне выдала:
— Танюш, а давай разыграем ее жениха? Ну как будто бы у Томочки кроме него есть еще какой-то кавалер.
— Ты снова в своем репертуаре! — Я была не в восторге от ее предложения и, более того, возмущена, что она меня втягивает в свою авантюру. — Тебе что, Валентины Алексеевны мало? Человек, между прочим, из-за тебя уволился.
— Да, ладно, Тань, ты такая зануда, юмора вообще не понимаешь...
Как я ни просила оставить Томочку в покое, Лариса не унималась. Лучше бы подруга своей личной жизнью занялась, ведь, несмотря на свою приятную внешность, Лорик была не замужем. Мои уговоры на коллегу не подействовали.
И вот однажды, улучив момент, когда Томочка вышла из кабинета и оставила свой мобильный телефон на столе, Лариска молниеносно схватила его. Проделав какие-то манипуляции, она с довольной миной уселась за свой рабочий стол и прикинулась паинькой. Как позже выяснилось: она нашла номер телефона жениха Томы, Андрея, под ником «Любимый» и отправила ему эсэмэску.
Когда Тома вернулась, ее телефон разрывался в виброрежиме. Она взволнованно взяла трубку и красная, как рак, выскочила в коридор.
— Нет-нет, никаких эсэмэсок я не посылала. — Мы слышали ее взволнованный голос из-за приоткрытой двери. — Нет, Андрей, любимый, повторяю: это не я. А когда ты ее получил? Только что?.. Нет, нет, что ты! Я сейчас проверю свой телефон. И при чем здесь какой-то Иван? Я никакого Ивана не знаю. Что? Я отправила эсэмэску «своему» Ивану и ошиблась номером? Вместо него ты ее получил? Я тебе говорю, что никакого Ивана не знаю! И эсэмэску не отправляла! — Тома нажала отбой и вошла в кабинет, дрожащими руками проверяя свой телефон.
— Девочки, я ничего не понимаю, — сквозь слезы лепетала она себе под нос, сидя на рабочем месте.
— Что случилось? — Я подошла к Томе.
— Да вот, Татьяна, посмотри, что тут написано! И эта эсэмэска только что отправлена с моего телефона моему жениху! «Иван, я по-прежнему тебя люблю. Мой лопух ни о чем не подозревает, будем так же встречаться после моей свадьбы. Твоя Томочка». Кто это написал?! Кто все это подстроил, чтобы поссорить меня с моим женихом? Кто хотел убедить его, что у меня есть какой-то Иван? И для чего? Якобы по ошибке я бросила сообщение Андрею. Это мог сделать только кто-то из наших девочек в бухгалтерии. — Тома обвела всех взглядом, полным отчаяния. Лариса сделала вид, что очень занята.
И тут вмешалась Инга Павловна:
— Тома, кроме Ларисы Евгеньевны у нас на такие розыгрыши никто не способен.
Девушка повернулась к Лариске. А та, смеясь, протянула свое коронное:
— Сюрпри-и-и-из!
Между тем на пороге уже стоял жених Томочки. Услышав, кто на самом деле отправил ему эсэмэску, он рассвирепел и гневно выдал Лорику тираду:
— Если бы ты была мужиком, я бы с большим удовольствием набил тебе морду!
К сожалению, Лариса так и не сделала нужных выводов.
— Ну и хам этот Андрюша! — жаловалась она мне. — Что я такого ужасного сделала? Можно было просто посмеяться всем вместе, а не устраивать глупые разборки.
Я попыталась объяснить ей свою точку зрения, да и, думаю, большинства, но все оказалось бесполезно. Лариса меня не понимала. Тома с ней после того случая не разговаривала и даже не здоровалась.
На работе Лариска с тех пор больше никого не разыгрывала, и я подумала, что она наконец угомонилась. Но не тут-то было! Через время Лариса встретила своего школьного товарища Олега и вышла за него замуж. Однажды вечером подруга позвонила мне и слезно попросила приехать. Но я человек семейный, у меня муж, двое детей, к тому же ночь на дворе, и я сказала:
— Лорик, тебе же проще, бери такси и приезжай, посидим у меня, поговорим. Лариска явилась через полчаса вся зареванная. Оказалось, Олег от нее ушел. Я диву далась: всего-то полгода прошло. Вроде бы жили они хорошо, дружно. Лариска и жена хорошая, и хозяйка хоть куда. Холила, лелеяла своего мужа. И тут такое...
— Лариса, колись. Что ты натворила?
— Да ничего особенного... Просто хотела мужа разыграть. Я ведь не знала, что он так отреагирует! Вроде у него всегда было с чувством юмора все в порядке.
— Я же тебя просила оставить свои дурацкие розыгрыши! Их никто в упор не понимает! Что ты на этот раз придумала?
— Олег уехал в командировку на два дня, сказал, что вернется первого числа. Заказал к приезду свой любимый пирог... — призналась Лариска. — Я подумала: «Как раз 1 апреля — вот и разыграю его». Уговорила соседа с первого этажа, пообещала заплатить ему, Колька и согласился. Правда, не сразу, боялся, что за такое Олег ему морду расквасит, но я его успокоила: мол, мой муж шутки понимает, доверяет мне и безумно любит. На том и порешили. Сосед оделся, как я его попросила: костюм, рубашка, галстук. К 17.00 он должен был спрятаться у меня в шкафу. Олег всегда туда свою куртку вешает. Уговор был такой: как только муж распахнет двери, оттуда неожиданно выйдет Коля и скажет: «Сюрприз!» Олег приехал (я, как всегда, его обняла и поцеловала), снял куртку и хотел повесить ее в шкаф, а оттуда выскочил наш сосед в костюме и при галстуке, с небольшим перегаром, правда. Я захлопала в ладоши и закричала: «Сюрпри-и-и-из!»
— И что? — Я испуганно смотрела на подругу, представляя лицо Олега. — Танюш, случился прокол. Муж смеяться почему-то не стал! — Лариса залилась слезами. — Представь, Олег схватил куртку и ушел, пирог даже не попробовал. Звоню ему, звоню. А он телефон не берет...
Пришлось подругу выручать. На следующий день я встретилась с Олегом в кафе и рассказала ему про своеобразные Лоркины шутки. Он, конечно же, жену простил. А потом мы оба взяли с нее честное слово, что она никогда никого больше не будет разыгрывать.