«Смотри, это я должна быть с тобой…»
«Смотри, ты ведь хочешь меня, а не ее…»
Вот что он в ней нашел? Почему именно она? Если на Кирилла не смотрю, то «эту» пристально разглядываю при любой возможности. Карина всегда ведет себя мило, но я ее ненавижу. Как это подавить? Мне стыдно, но эта чернота сильнее меня. Карина красивая. Другая. Мы с ней совершенно разные. В сравнении со мной, она высокая и слишком худая. У нее смуглая кожа и темные волосы. Рядом с ней я херувим, даже с синими волосами. Не знаю, как еще выделиться. Понимаю, как это нелепо, и все равно стараюсь.
— Привет, — поджидаю соперницу на кухне и первой здороваюсь с ней.
Аппетита нет, но я ставлю на плиту кастрюльку с водой на макароны. Она у меня уже один раз закипала, пока я тут тусовалась.
— Привет, — Карина, как всегда, дружелюбно улыбается. — Классные волосы! Обалденный цвет! Ты похожа на Мальвину.
Комплимент, конечно, самый предсказуемый, который только можно придумать. С фантазией у нее туго, а я злорадствую.
— Спасибо. Как у тебя дела?
— Отлично! А ты как?
У нее горят глаза. А у меня теперь такое разве что от слез бывает.
— Тоже хорошо! Что будешь готовить?
— Пиццу. Кир очень любит, — она довольно морщит нос, когда говорит о нем.
Я медленно закипаю. Грудь колючий жар заполняет. […]
Отворачиваюсь, чтобы она не увидела слезы в моих глазах. Хорошо, что моя вода как раз вскипела. Беру упаковку макарон и вдруг слышу голос, от которого у меня останавливается сердце.
— Привет.
Просто «привет»… Просто он рядом… Кожу прочесывают мурашки. В груди в одно мгновение становится тесно и горячо.
— О! Ты уже приехал? Так быстро! — счастливо щебечет Карина.
— Да.
Внутри меня такая дикая дрожь зарождается, кажется, что сознания лишусь. Смотрит ли Бойко на меня сейчас? Смотрит. Чувствую.
— Как узнал, где я?
— Виноградова сказала.
— А я пиццу делаю! Для тебя… — Карина отчего-то задыхается.
А потом… Понимаю, почему. Он ее целует. Слышу, как они делают это прямо за моей спиной. Сердце прошивает болью. Она вонзается в него тысячей горячих иголок. Все тело резко окатывает жаром. Перед глазами плывет. Упаковка макарон, которую я успела вскрыть, выпадает из рук и рассыпается по кафельному полу. Не знаю, как реагируют на это Бойко с Кариной, такой шум в голове стоит, что ничего не слышу. Но, как только я хватаюсь за веник, девушка подлетает ко мне.
— Все нормально? Варя? — беспокоится она, помогая убирать.
— Да… Просто голова закружилась… — выдаю полуправду, прячась за волосами.
— Подожду тебя в комнате, — последнее, что я слышу от Бойко.
И это он говорит, конечно же, не мне. Своей… Своей девушке. Едва справляюсь с дыханием. Поблагодарить Карину не нахожу сил. Просто киваю и ухожу в свою комнату. Бросаюсь на кровать и разражаюсь горькими слезами. Лучше бы я умерла! Я этого заслуживаю. Именно этого я и заслуживаю. Никому не нужная. Глупая. Жалкая. Странная. Одни проблемы создаю. И мама, и бабушка со мной намучились. То один диагноз, то второй… Все эти больницы, операции, реабилитация… Зачем такой, как я, вообще жить?
Ночь проходит в каком-то коматозе. Толком не сплю, периодически отключаюсь. Дергаясь, в тревоге просыпаюсь. Представляю, что через несколько стенок Кир… Ласкает другую, любит... И снова умираю. Напоминаю себе, что я пережила гораздо больше, чем несчастливую любовь.
Я сильная. Справлюсь. Но как же это тяжело. Утром заставляю себя подняться. Накидываю халат, скольжу ногами в тапки, медленно бреду в душевую. Останавливаюсь в дверях, потому как застаю там толпу девушек, плач и стенания. Сначала не могу врубиться, что случилось. Да и не особо хочется вникать. Но пройти к душевой оказывается нереально. Однажды у нас отключили горячую воду, и то меньше хаоса было.
— Я не понимаю, почему… Поче-е-му? Все было хорошо… — узнаю в икающей от рыданий девушке Карину и цепенею. — Он… Он просто вдруг встал из-за стола и сказал, что между нами все кончено. Он больше не придет.
Узнайте продолжение истории в книге Елены Тодоровой «Хочу тебя любить» (18+): https://go.ast.ru/a00b7ob