Морин Салливан было всего 12 лет, когда она в 1964 году попала в приют Магдалины, став одной из самых юных заключенных этого ужасного места.
«Отчим насиловал меня с восьми или девяти лет», — рассказала Морин в своей книге «Девушка в тоннеле». «Когда мне было 12 лет, монахиня в школе обратила внимание на то, какой бледной и молчаливой я была».
«Мое поведение сильно отличалось от поведения других детей», — пишет Морин. Семья девочки была очень бедной: она была вынуждена делить кровать с тремя своими сиблингами, а ее родителям часто не хватало даже на еду. Монахиня «подкупила» девочку, угостив ее шоколадом, и уговорила рассказать о том, что происходит.
«Мы никогда не покупали шоколадки и они действовали на меня как черная магия», — девочка рассказала монахине о том, что сделал отчим. По законам того времени монахиня обязана была сообщить священнику о том, что ей рассказала Морин, и вскоре за девочкой прибыл фургон, который забрал ее из дома. При этом никто и слова не сказал отчиму Морин, более того — его даже не допрашивали.
Приют Магдалины
За день до этого мама купила Морин ее первый пенал, и девочке очень хотелось поскорее пойти в школу и показать его всем. Но в школу она так больше и не попала.
Фургон привез ее в Нью-Росс и с того момента Морин начала свою работу в прачечных Магдалины. Прачечные Магдалины (или приют) — это воспитательно-исправительное учреждение, в которое отправлялись так называемые «падшие» женщины. Для того, чтобы «перевоспитать» и приучить к труду, их ежедневно заставляли бесплатно работать с раннего утра и до позднего вечера, били, могли лишать еды и всячески издевались.
Последняя прачечная такого типа закрылась в 1996 году, после того как в начале 90-х начался скандал в прессе: на территории бывшего приюта Магдалины в Дублине была обнаружена братская могила, в которой покоились 155 тел.
Днем Морин стирала одежду, а вечером, в качестве «отдыха» ее и других женщин заставляли плести четки и вязать свитера из пряжи. Если в прачечную поступил большой заказ, женщины были вынуждены работать с 6 утра и до 9 вечера. Чтобы они работали усерднее, их били кнутом или распятием по спине.
«Никаких игр. Никакого образования», — по словам Морин, они только и успевали, что работать и спать. «Я была маленьким ребенком, который должен ходить в школу и играть с другими детьми. Но для них я была всего лишь работником, который должен работать с утра до ночи». Монахини, управляющие приютом, были очень жестокими и злыми: «Никому до меня не было дела. Со мной никто не разговаривал».