– Знаешь, расскажу-ка я тебе одну… Да, пожалуй, все-таки историю. Ты чай-то пей, пей, не стесняйся, пряники вот бери. Я, конечно, истории рассказывать не мастак, но вот сижу, смотрю на тебя, и детство вспоминается, и так уж с кем-то поделиться хочется…
Это случилось давно. Лет мне тогда было, ну, как тебе, годков двенадцать, не больше. Родители мои из городских были, а родня-то вся по деревням раскидана, кто дальше, кто ближе, сейчас и не упомнишь всех… Ну, нас с сестренкой моей младшей, Тасей, и отправляли на лето куда-нибудь от заводов подальше – воздухом дышать, по хозяйству помогать.
Тем летом попали мы с сестренкой в горы Уральские. Тетка моя оттуда родом, хозяйство там у ней свое имелось, огород. Деревушки, в которой мы жили, уже и нет поди… Старая она была, деревушка та, «одна, в глуши лесов сосновых» – как про нее писано! А леса! Какие вокруг нее были леса! Бывало, забредешь куда-нибудь по ягодной тропке, присядешь под березкой али липкой какой и дышишь. Корзинка полупустая поодаль лежит, а тебе и дела уж нет – хорошо!
Любили мы вот так втроем по округе бродить, бывало, и грибов белых соберем, и ягоды кое-какой, а уж тетка-то, тетка! – большая охотница она была травы собирать, коренья всякие. Как увидит метелку лабазника али чагу на дереве заприметит – все. Держи, не могу! Пока не добудет – покоя нет. Далёко забредали мы, порой и с рассвета до сумерек бродили… Золотое время было!
И вот как-то пошли мы в лес по грибы. Накануне дождик хороший прошел, нынче погода теплая выдалась, отчего ж не сходить? И нам удовольствие, и казне прибыток. Ох, сколько мы тогда грибов собрали! Уйму! И подберезовики, и маслята, и белые, и подосиновики, уж и корзинки полные, и косынки, с грибами внутри, узлом завязаны, ан нет, не исчерпывается лесная кладовая. А тут еще и дождь сызнова зарядил, да коварный какой. Поначалу мелкий был, слегка накрапывал, головы, солнцем нагретые, остужал. А потом словно осерчал на что – зарядил, мама не горюй. Мы быстрей-быстрей в деревню побежали, надеялись до дома успеть добраться, пока еще до нитки не вымокли. И ведь немного не успели! Уж и из леса выскочили, и к деревне припустились, тут такой ливень грянул! И гром, и молнии! Одним словом – гроза. Мы тут же с ног до головы промокли.
И увидала я тогда рядом часовенку махонькую. В деревне-то церковь закрыли давно, стояла пустая, окна досками заколочены, штукатурка со стен осыпалась… А часовенка осталась. Ее на отшибе поставили, на небольшой горе. Место хоть и хорошее – всю округу видно, а ходить сюда неудобно – склон уж больно крут да каменист. Вот и попросили мы у ней, одинокой, убежища от дождя. Распахнули деревянную дверцу, с улыбками и смехом забежали внутрь, радуясь нечаянному теплу и крыше над головой. Корзинки у порога оставили, сами осматриваемся. Мне да сестренке все интересно – жители мы городские, от религии далеки, а тут – целая часовенка, да в нашем распоряжении!
Странное то место было. Не квадратное, но какое-то пяти али шестиугольное строение, деревянное, крытое старой черепицей, но шибко уютное. И сухое. Да и пахло там по-особенному. Вот хочешь – верь, хочешь – нет, прелой осенней листвою там пахло, хвоей, досками деревянными, да еще и ладаном церковным. И нигде я больше такого запаха не слышала! Ни в церквях, ни в домах… Чудесная часовенка! По стенам тексты молитв развешаны, слова из Библии.
Сестренка моя тут же против них остановилась. Гляжу, губами шевелит – читает. Против двери полочка прибита, на полочке блюдце со свечкой, кружка жестяная, а в кружке – цветы! Пригляделась я, подошла поближе. Верно все, цветы. Ромашки луговые. Удивилась я тогда безмерно.
– Теть, – говорю, – а что, сюда кто-то ходит?
– Коли мне память не изменяет, бабушка сюда одна по утрам поднимается. А окромя нее и никто, поди, не бывает тут…
Недолго мы пробыли в этой часовенке. Скоро и солнышко выглянуло, тучки да громы разогнало, травку пригрело. С одиноким домиком мы тепло попрощались, поблагодарили. Тетка моя еще и перекрестилась – так, мол, нужно. Часовенка мигнула нам на прощанье золотистым крестом на крыше, да так и осталась стоять на той крутой горе. А мы вниз вернулись, в деревню…
Я к чему всё это рассказываю-то?.. Сниться она мне стала, часовенка та. Почти каждую ночь. Как будто карабкаюсь я по тому крутому склону и несу с собой что-то, цветы, вестимо. И ждёт меня в этой часовенке кто-то очень важный и родной. И так светло и радостно после этих снов на душе, словно на краткий миг в детство возвращаюсь…
Ну, утомила я тебя, поди, своими рассказами. Нам, старым, только дай молодость вспомнить, до вечера уболтаем. Варенье вот попробуй, земляничное, у вас-то в городе небось такого уже не купишь.
Оригинал публикации находится на сайте журнала "Бельские просторы"
Автор: Анастасия Крамскова
Журнал "Бельские просторы" приглашает посетить наш сайт, где Вы найдете много интересного и нового, а также хорошо забытого старого.