Вечером настругала целую миску овощного салата и вспомнила, что хлеб закончился. Пошла за хлебом, благо, пекарня рядом, через дорогу, а к 9 часам вечера хлеб обычно бывает готов. Попросила белый и ржаной. Пекарь протягивает мне хлеб в окошко, я беру его в руки, чувствую, какой он горячий, мягкий, с хрустящей корочкой, и ловлю себя на странном ощущении: радости, благодарности, что у меня есть хлеб. Это вовсе не мое ощущение, у меня ему неоткуда взяться, я никогда в жизни не голодала и без хлеба не сидела. Оно, это чувство, досталось мне от предков и даже не слишком дальних, от родителей, наверное. Им во время войны и после войны пришлось голодать, есть хлеб из лебеды. А у меня-то это откуда? Я не считаю хлеб каким-то сакральным продуктом, который ни в коем случае нельзя выбрасывать. А куда его девать, спрашивается, если он испортился? Насушить сухари, чтобы после выбросить уже сухари? Поэтому зачерствевший или заплесневевший хлеб недрогнувшей рукой отправляется в мусорный мешок, в