Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«МАМА ОБ МЕНЯ МОЛЧАЛА»

КАК ОТКАЗ ОТ РАЗГОВОРА ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ПЫТКУ ДЛЯ РЕБЕНКА «Сегодня вы почувствуете силу и превосходство, прекратив общение с ребенком, а завтра он почувствует, что ему неважно иметь контакт с отцом или матерью. По-моему, страшный обмен». Психолог Екатерина Сиванова объясняет, почему молчание матери столь мучительно для ребенка, чем оно может обернуться во взрослой жизни и как вести себя, если близкие «об нас молчат». 🔹 Молчание и власть  Недавно во время разговора с клиентом услышала: «Мама об меня молчала. Я не мог сказать ей, что это хуже любой пытки, любого наказания. Она молчала и молчала…»    Потом я гоняла в уме фразу: «Мама об меня молчала», — до тех пор пока до меня не дошло, что здесь молчание — действие, которое сродни удару.    Я много разного слышу от людей об их детстве. И о том, что о детские головы что-то ломали, и о стену били. И про наказание молчанием тоже. Но вот этот оборот речи: «Мама об меня молчала». Так не говорят. Но так сказано. И в этой фразе невероятная бол

КАК ОТКАЗ ОТ РАЗГОВОРА ПРЕВРАЩАЕТСЯ В ПЫТКУ ДЛЯ РЕБЕНКА

«Сегодня вы почувствуете силу и превосходство, прекратив общение с ребенком, а завтра он почувствует, что ему неважно иметь контакт с отцом или матерью. По-моему, страшный обмен». Психолог Екатерина Сиванова объясняет, почему молчание матери столь мучительно для ребенка, чем оно может обернуться во взрослой жизни и как вести себя, если близкие «об нас молчат».

🔹 Молчание и власть 

Недавно во время разговора с клиентом услышала: «Мама об меня молчала. Я не мог сказать ей, что это хуже любой пытки, любого наказания. Она молчала и молчала…» 

 

Потом я гоняла в уме фразу: «Мама об меня молчала», — до тех пор пока до меня не дошло, что здесь молчание — действие, которое сродни удару. 

 

Я много разного слышу от людей об их детстве. И о том, что о детские головы что-то ломали, и о стену били. И про наказание молчанием тоже. Но вот этот оборот речи: «Мама об меня молчала». Так не говорят. Но так сказано. И в этой фразе невероятная боль и жгучая правда о том, как чувствует себя ребенок, когда замолкает его мама. 

Эта правда состоит в том, что когда родитель замолкает, он разрывает эмоциональный контакт с ребенком. То есть вот только что у меня был взрослый, рядом с которым безопасно, а в следующее мгновение его нет. Я никому не нужен… Мне не за кем идти. Меня не видят… Меня не любят… 

 

Помните приветствие жителей Пандоры из фильма «Аватар»? 

 

«Я тебя вижу!» 

 

В этом суть человеческих отношений. Видеть другого значит признавать его право на существование. 

 

Что уж говорить о родителе и ребенке? 

 

Вы можете себе представить волчицу, которая перестала разговаривать со своим волчонком и игнорирует его? 

 

Нет. 

 

Просто потому, что волчонок в таком случае практически наверняка погибнет. 

 

Молчание, как отвержение, как декларирование тезиса: «Ты — чужой. Ты мне не нужен», — это медленное убийство души ребенка. 

 

Я никогда не сталкивалась с таким видом наказания. 

 

Я сама никогда так не наказывала своих детей. 

 

Но я молчала, когда обижалась на свою маму… 

Да, молодая была. Горячая. Молчала. Неделями. Жила с ней в одной квартире и молчала. Потом этот способ выяснять отношения от меня, к счастью, отлип. Но я помню свое состояние превосходства, безграничной власти над человеком, об которого ты молчишь. 

 

🔹 Брошенная трубка как оборванная эмоция 

Зачем взрослому человеку так проявлять свою власть над другим? К чему родитель выбирает такую стратегию воспитания? 

 

Он не умеет по-другому. 

 

Чтобы человек научился молчать, наказывая, он должен был увидеть это действие еще в детстве в исполнении кого-то значимого. 

 

Я сама долго вспоминала, кто молчал у меня на глазах об других людей. Не помню самих событий. Не помню, как это происходило. Помню ощущение тяжести и чувства вины, которое не дает дышать. 

 

Об меня маленькую никогда не молчали. Но молчали об того, кто был очень близко. Я отзеркалила и взяла себе. 

 

«Молчи. Сначала о тебе станут думать, что ты дура. Потом напрягутся. А потом тебя станут бояться». Так меня учили в юности. 

 

Я — хорошая ученица. Прилежная. Урок усвоила на пять с плюсом. Не в теории. Я — отличница в практической части. Слава Богу, была.

А молчать об кого бы то ни было я перестала тогда, когда уже во взрослой жизни встретила людей, которые стали молчать об меня. Сценарий всегда был один: какие-то нелепые обвинения, брошенные в телефонную трубку, и гудки, перерастающие в тишину. Ты и ответить-оправдаться не успела, и кричать в безмолвную бездну бесполезно. А потом проходило время и люди начинали разговаривать с тобой как ни в чем не бывало. 

 

Так вот что я сегодня хочу сказать вам, мои дорогие друзья-читатели. 

 

Если есть у вас внутри такая история про замолчать (пусть даже не из желания почувствовать власть, а из потребности переварить произошедшее), сообщите, пожалуйста, вашему визави о вашем намерении на какое-то время выйти из контакта. И неважно, сколько лет тому человеку, с которым вы только что поссорились, 5 или 65. 

 

Брошенная трубка — это всегда оборванная эмоция. Это — с размаха головой о стену. 

 

Резкий выход из контакта с обрывом связи — это тоже про запрет другому выразить его (!) эмоции. Это — с размаха головой о стену, из которой торчат остатки арматуры. 

 

Поверьте, если вы перестанете использовать молчание как оружие, у вас появится больше уважения к самому себе. 

 

Рано или поздно тем, об кого молчат, становится все равно. А, как известно, «все равно» — оборотная сторона любви. 

 

Следующий абзац я готова заглавными буквами написать для родителей, которые молчат об своих детей. 

 

Сегодня вы почувствуете силу и превосходство, а завтра ваш ребенок почувствует, что ему неважно иметь контакт с отцом или матерью. 

 

По-моему, страшный обмен. 

 

🔹 Это не ваша война 

Что же делать, если вы оказались тем, об кого молчат? 

 

Не берите чужое. Это не ваша война. Занимайтесь собой. А тому, кто молчит (он по-прежнему видит и слышит), можно донести информацию о том, что с вами все в порядке, что вы понимаете, что происходит, ждете, когда ему станет легче, и пока займетесь своими делами. 

 

Написала и вспомнила женщину, с которой муж не разговаривал месяцами, информацию передавал через детей и скандалил тоже через них. 

 

Можете ли вы изменить поведение такого молчаливого насильника? Нет. Не можете. Это его стратегия, и ему с ней и разбираться. Ждать, что он изменится, как минимум, опасно для здоровья того, об кого он молчит.

Но с детьми же он разговаривает!.. 

 

Да. И дает им наглядный пример того, как можно обращаться с другими людьми, как можно их наказывать и добиваться своего насилием. 

 

Когда я опубликовала пост на эту тему в социальных сетях, получила много вопросов. 

 

Например, о том, что человек выбирает молчание, чтобы «не наговорить лишнего». Тоже стратегия. Но она будет здоровой, если о том, что человек решил замолчать, он сообщит другому. 

 

У меня самой не так давно была ситуация, когда пришлось человеку написать: «Мне надо помолчать, чтобы успокоиться». Прошло время, меня спросили, готова ли я общаться снова, я ответила: «Нет. Давай оставим все так, как есть сейчас». За то время, которое я взяла на молчание, я и успокоилась, и проанализировала то, что произошло, и приняла решение о том, что делать дальше. С моей точки зрения, так честно. 

 

А молчать «без объявления» войны — это не честно. Да и по-детски как-то. 

 

Говорите! И радуйтесь! 

 

🔹 Бог никогда не молчит 

Я хочу закончить этот текст выдержкой из письма, которое недавно получила от своего читателя (публикация согласована с автором): 

 

«…Что со мной что-то не так, я понял в детстве. Мне было лет пять или шесть. Мы с друзьями на прогулке в детском саду кидались снежками. Я попал в глаз другу. У него синяк. А у меня — недельное молчание мамы. 

 

Я понимал, что виноват. Я попросил прощения у мальчика. И он общался со мной потом. Но мама, когда узнала о том, что произошло, произнесла: «Мне за тебя стыдно», — и замолчала. Я спрашивал у папы, у бабушки, почему мама со мной не разговаривает, а они отворачивались, не отвечали. Я был в какой-то абсолютной изоляции. 

 

Не помню, как все наладилось, но такое молчание повторялось очень часто. И каждый раз оно начиналось со слов: «Мне за тебя стыдно». 

 

Представляете, я женился в 20 лет и при первой же ссоре (мы почему-то не ссорились до свадьбы) моя жена замолчала! А я уже хорошо знал, как это. И знал, что если бы со мной все было в порядке, то со мной бы разговаривали. А тут и мама, и жена… 

 

Все изменилось, когда я пришел в храм. 

 

Я в какой-то момент понял, что Бог разговаривает со мной всегда, вне зависимости от моих поступков. 

 

Он никогда не молчит. Всегда звучит внутри меня молитвой. 

 

И еще мне очень помогли разговоры с нашим батюшкой. 

 

Я не смог объяснить жене, почему нельзя молчать, почему нельзя добиваться от меня изменения поведения молчанием. Мы расстались. 

 

Сейчас я встречаюсь с женщиной, с которой познакомился в нашем храме. Почти на первом свидании я сказал ей: «Все что угодно, только не молчание!» А она даже не поняла сразу, о чем это я. 

 

Моя мама недавно умерла. Скоропостижно. Инфаркт. Это было как раз тогда, когда она опять молчала. Я только могу догадываться о том, что она хотела бы мне сказать, если бы знала, что мы больше никогда не встретимся в этой жизни».

Екатерина Стванова