Если хочешь заморочить дело - создавай комиссию, если хочешь заработать - создавай фонд
Здравое суждение среднего класса
Игорь Колпакчиев ( vzlyot@dsuper.net; 18.01.99 )
В статье “Мозги утекающие” вопрос поставлен принципиальный и серьезный. Как бы ни отставала Россия по уровню жизни и прочему, в науке она неизменно занимала передовые рубежи.
Написал этот ходячий штамп и почувствовал фальшь... Заглянем в Большой Оксфордский словарь: “Slav” -славянин и “slave” раб, весьма похожие слова и стоят рядом. Не следует ли поэтому читать бессмысленное в русском языке словосочетание “рабское подражание” как более точный перевод с высокомерного английского “славянское подражание”?
(4.2.1.)
Примеров несть числа... От “исконно русских” церковных куполов-луковок, взятых у византийской Софии, и Кремля - символа государства Русского, - слепка с западноевропейских рыцарских замков, до атомной бомбы, полная информация о которой поступала с Запада по ведомству Берии, и космических ракет, начало которым идет не от Циолковского, Кондратюка или Цандера, а от “рабского подражания” фашистской трофейной “Фау-2” Вернера фон Брауна.
Здесь, конечно, я слышу интеллигентское брюзжание: “Сидит там, в Канаде, и злобствует. А сам-то, что для России сделал?”.
Да, я сейчас работаю в Монреале, только за что меня ругать, если никто пока эти общеизвестные факты не опроверг. О том же, что я сам сделал, поговорим чуть позже.
Я специально заострил этот вопрос потому, что в России, по существу, всегда было два “передовых рубежа” науки. Один - официальный: быстренько, что-то на Западе слямзить, состряпать, используя открытые и “закрытые” материалы, и хоть на месяц, да утереть ему - Западу - нос.
Так было, к примеру, со сверхзвуковым пассажирским “Ту-144”, который строился сплошь по материалам, получаемым из разведупра. Я тогда работал в ЦАГИ, помню эту эпопею, рассказываемую в курилке, которая теперь подтверждается в открытых публикациях. Взлететь-то он первым взлетел, когда еще внутри болтались провода, да вот только при реальном сравнении - взлететь вслед за “Конкордом” после легкого касания с воздуха взлетной полосы, свалился, проклятый, на виду у всего мира.
Компьютер - это последнее, в чем мы не преуспели в “рабском подражании” - советское государство развалилось прежде, чем построили отечественную копию. Поэтому теперь даже стратегические ракетные системы стоят под контролем западных “мозгов”.
Но были и другие, истинно передовые рубежи. Имен не называю, поскольку не все они известны. Россия всегда славилась расправой со всяким инакомыслием, в том числе в науке, и техническом творчестве: “Смерда того, летать хотящаго, батогом бить и гнать с позором из града. А крылья его паганые огнем сжечь”.
Я думаю, что те русские ученые, которые создали славу России как великой научной державы, как раз и были теми, кого “батогом били” в родной стороне. Здесь я могу назвать лишь некоторые, наиболее значительные имена, благо теперь они постепенно проявляются из забытья. ...
(Далее я перечисляю славные российские имена - Сикорского, Руднева, Зворыкина, Юркевича, Термена, Уфимцева, - более подробно - см. гл. 1, разд. 1.2, - И.К.). ...
Последний пример я взял из статьи в нью-йоркской русскоязычной газете, которая имеет знаменательный подзаголовок: “Как бы жилось Америке без русских мозгов?” 4.3
Можно поставить и встречный вопрос: “Как бы жилось России без американских (и прочих) мозгов?”. Из какого источника черпала бы вдохновение “самая передовая” советская наука?
Здесь самое время поговорить об этой, теперь уже российской науке, о которой с ностальгией говорят все участники дискуссии, пугая друг друга ее полной деградацией.
А по мне: деградирует, ну и пусть себе деградирует, людей только жалко.
Что организационно представляет из себя российская наука, в боевом порядке перешедшая из социализма в, ну, скажем помягче, ранний капитализм? Это точный слепок того крепостного, диктаторско-азиатского общества, от последствий которого мы пытаемся сейчас избавиться.
(4.2.2.)
Это та же самая вертикальная структура бюрократического управления с, по-русски насмешливой, но в реальной жизни безапелляционной и страшной присказкой: “Я начальник - ты дурак, ты начальник, я дурак”.
Это система жесткого ранжирования ученых по изобретенной в сталинские времена “табели о рангах”: академик, член-корр., доктор, кандидат (или, если нравится, главный, старший, ведущий, младший, просто научный сотрудник). Об официальных должностях я вообще не говорю.
(4.2.3)
Это гигантские служебные и производственные площади с бесконечно разнообразным вспомогательным хозяйством: детскими садами, пионерскими лагерями, санаториями и домами отдыха, теплицами, магазинами, жилыми домами и черт знает еще чем, очень важным для социалистической жизни с распределением благ трудящимся, у которых зарплата от аванса до получки, но не имеющего абсолютно никакого отношения к научному процессу.
Это безразмерный штат социалистических “скрытых безработных”, которые по известной формуле “делают вид, что работают за то, что им делают вид, что платят”.
Это, наконец, идиотская система присуждения ученых званий и степеней, в которой оценивается не реальный вклад соискателя в развитие соответствующего направления науки, а степень его изощренности в наукообразном обмарывании определенного количества страниц и добывания ничего не проясняющих отзывов.
(4.2.4.)
И как же любят наши начальнички, пользуясь служебным положением, обзавестись еще и “учеными корочками”. Ясно, что умным быть престижно, но зачем же давать индульгенции дуракам? Где еще, в какой нормальной стране чиновник прется в науку?
Да, российская наука серьезно больна, но не потому, что ей мало перепадает от государства, а потому, что пытаясь сохранить архаичную и порочную структуру, не ищет, опираясь на свои достижения, возможности для самофинансирования, не помогает государству решить и без того болезненные и сложные проблемы переходного периода, а своим гнусавиньем: “Подайте, Бога ради”, в еще большей степени усугубляет их.
Я знаю, что и здесь я услышу интеллигентское брюзжание в свой адрес, но повторю более конкретно: “Грош цена той науке, которая не может окупить себя сама. Грош цена той науке, которая не может доказать, что она нужна”.
Мы слишком долго хвалились миру, что у нас самое большое количество ученых (врачей, инженеров) на душу населения. Если науке общество отдает столько голов и рабочих рук, значит это очень нужные руки и головы. Они должны давать обществу конкретный результат.
(4.2.5.)
Но что получается на деле: лекарства сплошь импортные, продукты питания, одежда - не отечественного производства, дороги заполонили иномарки. Лечение - разумеется, лучше поехать за границу. Куда уж дальше, если выдающийся авторитет в хирургии, академик Амосов едет делать в общем-то уже ординарную операцию шунтирования в провинциальную немецкую больницу. Да еще умиляется при этом, что смертность там 1-2%, в то время как у нас, при гораздо меньшем количестве аналогичных операций смертность достигает 60%. За что же платить такой науке?
Мое конкретное предложение.
Российская экономика безнадежно больна. Принимаемый сейчас Думой 20-ти миллиардный (в долларах) бюджет России в сравнении с 48-ми миллиардным бюджетом Нью-Йорка и 18-ти миллиардным бюджетом Чехии говорит сам за себя. 80% российского бюджета наполняется сейчас за счет продажи нефти. В материальном плане больше торговать России нечем.
Но есть другой, нематериальный товар, который стоит гораздо дороже. Это передовые научные идеи и разработки, которыми так сильна научная Россия. Если мы сможем в ближайшие несколько лет довести их до промышленного производства, это будет реальный шанс интеграции России в мировую экономику. Во всяком случае не нужно будет выклянчивать у МВФ очередные займы, отдавать которые стоит дороже, а получать полновесную прибыль от реализации на мировом рынке российских изделий действительно мирового уровня.
Мне представляется необходимым создание, скажем, Фонда Передовых Технологий России, из которого целевым образом финансировались бы безусловно передовые разработки. Я полагаю, для такого благородного дела недостатка в меценатах не было бы.
Здесь самое время сказать несколько слов о деятельности Научно-Технического Центра “Взлет”, который я возглавляю.
(4.2.6.)
Наша область - скоростные транспортные системы и устройства, в частности, транспортные летательные аппараты вертикального взлета, включая аэрокосмические. В нашу тематику органично вписываются и усиленно развиваемые сейчас в связи с мировым экологическим кризисом альтернативные автомобили. Наш WEB-site размещен по адресу: http://www.helicoptermuseum.org/links.html, где он, единственный, выделяется нашим лого - “Коньком-горбунком”, - символом экологически чистого транспорта и девизом: “All the way from Russia” (см. предыдущую главу).
Я полагаю, что установка нашего сайта в Музее американского вертолетостроения, наряду с “Боингом” и “Белл Хеликоптер”, это не только высшая оценка нашего профессионализма и новых идей в вертикальном взлете, но и, по большому счету, честь и слава России.
Дмитрий ( mitrich@landslide.dpri.kyoto-u.ac.jp; 18.01.99 )
По сути все правильно! Диагноз науке поставлен точно и емко. Но диагностиков сейчас навалом. А вот рецепт выписан по-интеллигентски.
“Создание...Фонда Передовых Технологий России, из которого целевым образом финансировались бы безусловно передовые разработки”.
Уважаемый Игорь! Угадайте-ка с пяти раз, кто будет решать какие разработки передовые, а какие нет?! Угадали? Если нет, то вот ВАША же цитата: “та же самая вертикальная структура бюрократического управления с, по-русски насмешливой, но в реальной жизни безапелляционной и страшной присказкой: “Я начальник - ты дурак”.
Итак?
Igor Efimov ( efimov@ieee.org; 20.01.99 )
Колпакчиевская “рабская” характеристика всему русскому народу сначала удивила. Но дочитав до конца понял, что ларчик просто открывался - вертолёты он продаёт. А тут прекрасная бесплатная реклама.
Насчёт “слямзить” всё с запада: Игорь объясните мне, пожалуйста, почему уравнения - Максвелла, законы - Ньютона, теория - Эйнштейна, а таблица - периодическая. Вертел я её и так и сяк - нет нигде имени Менделеева, как будто не было его, таблица вот есть, а Менделеева нет. И вертел я уже довольно много таблиц напечатанных в Америке и Европе. А Менделеева не видел пока. Может он тоже согласно вашей теории “слямзил” её у какого-то Периодического.
Mихаил ( mde@megsinet.net; 26.01.99 )
Спасение утопающих, дело рук (головы) самих... На заграницу не надейтесь. А за державу (Умных профессионалов) обидно.
Олег А. Попов ( popov@erols.com; 21.01.99 )
Оставим в стороне … этимологические “находки” Колпакчиева. Не о них речь. Ведь то, что он писал о советской науке, как “инструменте” и слуге тоталитарного государства - правда. И то, что российская наука и технология оказались в... есть результат не столько “непреднамеренного убийства”, а “непреднамеренного бездействия” пост-советского режима. Ведь очевидно должно было бы быть, что та структура науки и технологии, которая служила имперским интересам и политике идеологизированной бюрократии, не может ни функционировать, ни просто существовать в “не-тоталитарном” государстве (стране). И как ни называй сегодняшний политико-экономический строй в России - бюрократический капитализм, воровской капитализм, и так далее - прошлая советская наука в этом строе лишняя. Но никто из участвовавших в дискуссии и не “оплакивает” эти формы, в которые была затиснута и в которых уродливо развивалась советская наука. Но зачем же “с водой выплескивать ребенка”? И ведь далее Вы сами же, Игорь, и пишете, что “единственным” капиталом, которым обладает Россия - это “передовые научные идеи и разработки, которыми так сильна Россия”. И я добавлю - люди, которые их создают, то есть ученые, инженеры, квалифицированные рабочие. А есть еще и какая-то “мат. база”, которая хоть и устаревшая, но может быть как-то использована. И если этот капитал “растерять”, то его уже не собрать. И придется начинать ВСЕ с начала, как писал Калинычев, “с Петра”. … И быть тогда России страной “третьего мира”, поставщиком дешевой нефти и леса, с коррумпированным правительством, абсолютным произволом местных “бугров”, и с нищетой и бесправием подавляющего большинства. … Так, что наука и передовая технология - это не роскошь. Это может быть единственная РЕАЛЬНАЯ возможность, рычаг, с помощью которого можно вывести страну из той “потенциальной ямы”, в которую ее … завела “коммунистическая” система.
И еще. Полагаться на “правительство” (государство в узком смысле этого слова) нельзя. Проблемы российской науки и технологии - это ВСЕНАРОДНАЯ проблема. И ее решать надо ВСЕМ. Пассивность “широких масс” после августа 1991 года была одной из основных причин, почему к власти смогли прийти не просто безответственные люди, властолюбцы, но и просто жулики. Отдать дело науки, технологии и образования “на откуп” вчерашним бюрократам от науки, НЕСПОСОБНЫМ подняться над своим прошлым, обрекает страну на очередную, хотя и другого сорта, “потенциальную яму”. Необходимо “широчайшее” (прям как у Лукича) участие ученых, инженеров, экономистов в обсуждении проблем науки-техники-образования с выходом на политические проблемы и решения. … (Как говорится в какой-то беллетристике, “ловко излагает, собака”. Только балаболка и есть балаболка, одним словом - Олег Попов, - И.К.).
4.3. ВЫСТУПЛЕНИЕ № 2.
“ЧТО ДЕЛАТЬ С ЛИШНИМИ ДЕНЬГАМИ?”
Али что же мы, да не русские?
Хлеб да щи едим, на печи сидим,
Все на мир глядим, да про Русь кричим, -
Вишь, - до охрипу!
А.И.Герцен. “Былое и думы”
Игорь Колпакчиев( vzlyot@dsuper.net; 26.01.99 )
“В Москве иностранцев водят показывать диковины: Царь-пушку, которая никогда не стреляла, и Царь-колокол, который никогда не звонил, наверное, как знак того, что населяет сию землю племя славян, которые и сказать о себе ничего не могут” (Чаадаев).
“Прошлое России тёмно, настоящее ужасно, а будущего у нее вовсе нет”. (Он же).
Кто этого не знает, я не виноват.
Очень уж уныло и скучно течет наша “бурная дискуссия”. Для оживления разговора всегда требуется некий “психологический удар”, неожиданный поворот, прием, в общем-то общеизвестный. Я воспользовался небольшим экскурсом в отечественную историю, взяв за основу хорошо известный в среде русской интеллигенции середины прошлого века спор “западников” и “славянофилов”, нашедший отражение в “Былое и думы” Герцена. Я не привел эти перлы в прошлый раз, ввиду отсутствия первоисточника. Сейчас, извините, привожу их по памяти сорокалетней давности. Как показали ответы, спор этот, к сожалению, не утих и по сей день.
Вот смотрите.
Александр Иванович Герцен говорит о “женственной сущности славян, вследствие того они легко все принимают и перенимают (от Запада, - И.К.)”.
Юрий Сеничев: “... ментальность русского человека располагает к этому - чувствителен он, а, следовательно, расположен к изучению наук”.
То, что досталось на мою голову от современных “славянофилов” я принимаю со “славянской женственной сущностью”.
Но почему не коробит моих уважаемых оппонентов нескончаемые заявления в печати о коррупции (государственном воровстве) в России, о том, что все уже разворовали, о ее хилом годовом бюджете, о котором думцы орут “вишь, - до охрипу!”. Почему не коробит заявление известного русского историка одним словом определившего на века ситуацию в России: “воруют”.
Да и при чем здесь русский народ? Воруют чиновники, олигархи, “новые русские”, которые, говорят, даже вроде и не совсем русские. Воровала, когда была сильна, и столь ругаемая участниками данной дискуссии научная бюрократия, один из представителей которой на самом верху прямо заявил мне: “вот когда в Америке это сделают, тогда мы у нее и купим за золото, которого у нас много”.
Прежде чем говорить дальше по делу, мне хотелось бы ответить некоторым оппонентам. Начну с Вас, Дмитрий, Воспользовавшись моей цитатой о научной бюрократии для доказательства нереальности моего предложения о создании Фонда Передовых Технологий России, Вы цитировали не меня, а мое видение этого паразитирующего слоя, который парализовал нашу науку.
Отличие фонда, как общественной организации, от государственной структуры в том и состоит, что фондом руководят инвесторы или их доверенные лица, которые кровно заинтересованы в его успешной работе, говоря проще, желающие получить быструю и эффективную отдачу (прибыль) от вложенных в этот вид бизнеса денег. Фонд - это не “интеллигентское” предложение, Дмитрий, это жесткая бизнес-структура, управляемая не чиновниками, подделывающимися под ученых, а, если он коммерческий, а таковым мне и представляется, деловыми людьми, у которых одна забота - максимальная прибыль за короткий срок.
(4.3.1.)
Второй мой серьезный оппонент И. Ефимов. Вы очень позабавили меня, Игорь. Смеялся от души, когда представил, как мы тут с Серегой напару толкаем канадским лесорубам эти мясорубки. Миллион ему, миллион мне и разбежались по-новорусскому обычаю на все четыре стороны. Серега - это в миру Сергей Викторович Михеев, генеральный конструктор вертолетов, с которым я когда-то учился в одной группе. Только жизнь такова, что я его живьем уже лет тридцать не видел.
Допускаю, что Ваш скороспелый вывод возник оттого, что Вы возможно где-то слышали, что его организация продала Канаде пятнадцать гражданских вертолетов. И это добрый знак для России, поскольку они представляют с нуля российскую конструкцию. Надеюсь, что я тоже имею к ним какое -то отношение, но совсем не то, о чем Вы подумали. В конце 70-х я разрабатывал для них технические требования с перспективой на 20 лет - вот их время и пришло. Не торгую я вертолетами, абсолютно ничего не смыслю в этом деле, да и абсурдно предполагать, что дискуссия о фундаментальной науке - лучшее место для “бесплатной рекламы”. Не купите ли, физики-биологи-математики, вертолетик?
И, наконец, Олег Попов. “Луч света в темном царстве”. Вы так, уговариваете меня, Олег, опять же ссылаясь на мои слова, что я готов поверить, что будущее у российской науки есть. Если же серьезно, Вы ломитесь в открытую дверь. Я полностью согласен с Вами. Послушайте же и меня.
Начнем с головы. Что-то я не припомню, чтобы в Белом Доме (США) было Министерство науки или что-либо подобное. Зато в нашем Белом Доме оно есть. Хотя если поразмыслить, Министерство науки - это такая же государственная глупость, как и Министерство культуры; как могут чиновники руководить творческим процессом?
Обе эти структуры сугубо советского свойства. Их назначение - распределять и пресекать, потребляя при этом на собственные нужды средства, на которые бы мог работать крупный научный центр. Распределяют они финансы, а пресекают технологическое или политическое инакомыслие. Последнее в идеологическом плане было даже более важным. Это тоталитарные органы, доставшиеся нам в наследство от тоталитарного государства.
Но вот мнение Юрия Сеничева: “Лично я затеял эту дискуссию лишь с одной целью - вызвать на диалог людей в правительстве, отвечающих за науку в стране, конкретно, министра науки и технологий. Что он персонально думает, как выходить из сложившейся ситуации, какое он видит место нашей науки в сегодняшней науке...”.
Это ли не пример, простите, все того же тоталитарного мышления по второй части формулы российского управления? (См. мое предыдущее выступление). Стоять с протянутой рукой и просить: “Подайте”. Ну и где же они эти мнения начальников от науки? Неужели трудно понять, что если даже они расшибут свои лбы о стены, они не выбьют из тощего российского бюджета ни одного дополнительного рубля. Чтобы мы тут ни наговорили, они всегда ответят: “по одежке протягивайте ножки”. Уже протягиваем...
Не помогут здесь и такие, то и дело встречающиеся в дискусси заклинания:
Игорь Ефимов: “Единственно, что можно сделать для науки, как и для всего остального в России, - найти и выбрать не ворующих политиков, готовых делать дело. А если это не произойдет, любые мудрствования по поводу перестройки в науке будут маниловщиной”. Ну, и так далее. Где ж их взять-то, неворующих политиков? Политика всегда “грязное дело”.
Юрий Сеничев: “Прежде всего должна измениться экономическая ситуация. Наш доморощенный олигарх должен научиться считать не только сиюминутную прибыль, но и перспективную...”. Никому он ничего не должен, кроме компаньона по договору и государству по налогам. Главный экономический закон капитализма - получение прибыли, поэтому при нормальном хозяйствовании, олигарху на все остальное начхать. Такая у него работа. Все остальное от лукавого, то есть от марксизма-ленинизма. Там же: “Ответ очевиден - надо создавать максимально интеллектуальноемкие производства”. И с этим все ясно. “Вертолеты нужно делать хорошо”, - говорил у нас один высокопоставленный деятель. Рекомендую прочитать статью во втором номере Е-“МН” за этот год “Блеф”. Куда уж более наукоемкое производство как современный истребитель, а что вышло. Ту-144 в свое время оттянул на себя 2,5 млрд тех еще полновесных рублей, а много ли это кому дало, тем более фундаментальной науке?
Еще конкретный совет Юрия Сеничева: “Добычу природных ресурсов необходимо национализировать, как можно быстрее, поскольку именно они послужат локомотивом на начальном пути. И не дай нам Бог сделать образование платным!” Сейчас много говорят о Каспийском нефтяном шельфе и Каспийском трубопроводе. Что-то не услышал я там абсолютно ничего о фундаментальной науке. Зато Рокфеллер - самый богатый человек планеты, по совковым оценкам - злостный “частник”, нагревший руки на нефти, помимо других своих щедрот американскому народу, создал гигантский Рокфеллеровский фонд, который обильно питает вот уже почти сотню лет, в том числе и фундаментальную науку.
Западное образование (настоящее) - это также сплошь частное, очень дорогое, но оплачиваемое через различные фонды, а потому для толкового студента нестрашное. Есть и государственное, - там, где в основном учатся дети нижних слоев общества и иммигрантов. Именно оно нам доступно и потому дает столько поводов для насмешек в сравнении с нашим, истинно средним образованием.
Очевидно одно: все эти заклинания, находящиеся вне сферы нашей компетенции и возможностей, никоим образом не возродят российскую науку.
Поэтому сколько я не размышлял о предложениях, прозвучавших в ходе этой дискуссии, сколько мысленно не предлагал своих вариантов, пока не вижу ничего более действенного для возрождения отечественной науки, кроме предложенного мною прошлый раз Фонда Передовых Технологий России.
Прежде, чем что-то импульсивно решать в нашей бедной стране, давайте, как это обычно делают разумные хозяева, посмотрим, что делается у других. Вот последние данные о фондовой деятельности в Америке, которые я взял из статьи в “Новом русском слове”.4.4 Называется она очень странно для русского уха: “Что делать с лишними деньгами?”. Выборочно процитирую.
(4.3.2.)
“В нормальных человеческих условиях владельцы законным образом приобретенных крупных состояний не только не прячутся от бдительного ока государства или от завистливых взглядов соседей, а, совершенно наоборот - сами изыскивают разнообразные пути, как бы своими деньгами поделиться. Именно поэтому значительное число американцев, у которых образовалось больше денег, чем им может понадобиться, пытаются создать надежные механизмы крупной благотворительности. Одним из наиболее распространенных в наши дни механизмов является организация так называемых некоммерческих фондов. Координационный центр этих фондов, расположенный в Нью-Йорке, недавно сообщил, что из примерно 45 тысяч благотворительных фондов Америки (здесь и далее подчеркнуто мной, - И.К.), выдающих гранты на самые разные полезные цели, более 9 тысяч создано только за последние 9 лет (тысячу в год при ни одном у нас! - И.К.). В прошлом налоговом году только эти новые фонды владели примерно шестнадцатью миллиардами долларов (напоминаю - безвозмездно внесенных богатыми людьми), из которых за тот же год в виде различных благотворительных грантов было выдано на разные нужды примерно 1,1 миллиарда. А всего, по данным налоговой службы, в распоряжении благотворительных фондов находится около 250 миллиардов дролларов... (А я напомню еще, что принимаемый сейчас Думой государственный бюджет России составляет 20 миллиардов долларов, - И.К.). ...
Рокфеллеровский фонд явился прообразом многих нынешних благотворительных фондов. И все больше и больше богатых людей такие фонды создают. Только за последнее время крупные целевые фонды создали такие финансовые магнаты, как Джон Мэлони (глава крупнейшей американской телекоммуникационной сети) … для поддержки образования. Размер фонда около полутора миллиардов долларов. Примерно миллиардный фонд в поддержку различных начинаний ООН создал хорошо известный телевизионный магнат Тэд Тернер. ...
Но это лишь самые крупные примеры. Многие люди, достаточно богатые, чтобы делать крупные пожертвования на благотворительность, но недостаточно богатые, чтобы организовывать собственные многомиллионные фонды, … создают объединенные фонды, например, недавно возникший 155-миллионный фонд Охраны Здоровья штата Нью-Джерси... И только в том же Нью-Джерси с начала 1990 года создано 375 фондов разного назначения.
Конечно, налоговые списания пожертвованных денег всем хорошо известны. Но против этого мало кто возражает. Более того, многие законодатели выступают за увеличение налоговых льгот для благотворителей, чтобы больше денег попадало в подобные фонды. Как полагают они, создание таких фондов снижает давление на федеральный бюджет, к тому же, как правило, фонды способны проводить политику финансирования различных проектов, более гибкую и динамичную, чем бюрократизированные правительственные организации”.4.4
И еще. “Если судить по тому, что сейчас происходит с отчислениями на благотворительность в Америке, можно предположить, что богатым людям очень мешают их деньги. ... Сумма добровольных пожертвований американцев на благотворительные нужды возросла ... до небывалого уровня - 203,45 миллиарда долларов. Если верить докладу Американской ассоциации советов по сбору средств, это почти 2% валового внутреннего продукта страны, достигшего 9,96 триллиона долларов. ... Львиная доля пожертвований ... приходится на частных лиц: они внесли 152 миллиарда (подчеркнуто мной, - И.К.)”.4.41
(4.3.3.)
Давайте, ученые всех российских наук, проведем мысленный эксперимент. Каким-то чудом Российское государство оторвало от своего сегодняшнего хилого бюджета, ну, скажем, миллиард долларов на поддержку фундаментальных наук. Дали каждому институту, без всяких ограничений столько, сколько он запросил. Что будет?
Жена мне подсказывает сбоку: “половину сразу разворуют”. Абсолютно точно, по классическому определению Карамзина. Вторая половина в нищей стране исчезнет не сразу, а тихо уйдет, при великолепной отчетности, в песок, оставив все те же обветшавшие избыточно-планово понастроенные при социализме производственные здания, устаревшее оборудование и воспрявший на даровых хлебах научный люд, который с еще большим остервенением, чем сейчас, будет требовать от правительства новый миллиард.
Выше я сказал Вам, Олег Попов, что полностью согласен с вашим выступлением, которое Вы сделали в ответ на мое. Цитирую Вас, лучше не скажешь:
“... Структура науки и технологии, которая служила имперским интересам и политике идеологизированной бюрократии не может ни функционировать, ни просто существовать в “не-тоталитарном” государстве (стране) ... Прошлая советская наука в этом строе лишняя ...”.
И еще: “созданный огромными жертвами нескольких поколений и сохраняющийся пока еще научно-технический комплекс непомерно избыточен по отношению к реальному уровню экономического развития России и обречен деградировать ...” (Андрей Калиничев).
Так дайте же этому монстру спокойно отмереть, чтобы не пострадали все еще работающие там люди, и не пытайтесь гальванизировать этот уже наполовину разложившийся труп.
Как и во всякой чрезвычайной ситуации сейчас важно спасти хотя бы то, что еще жизненно, что может дать эффективный результат, а через полученные за счет этого средства постепенно возрождать на совершенно новой организационной основе российскую науку, которая, в силу выявленных даже в этой дискуссии особенностей, может и должна занимать передовые рубежи.
Здесь прозвучали очень интересные научные работы, которые могли бы быть в первую очередь реализованы будущим Фондом Передовых Технологий России. Это и “разработка новых технологий уничтожения радиоактивных отходов с одновременной выработкой энергии” (Юрий Сеничев), и “плазменные технологии” (Олег Попов), и “разработка новейших материалов” (Олег Фиговский). Каждый исследователь в свое время расскажет, чем замечательна его работа.
Наш Центр, в свою очередь, может представить новые технологии, которые за короткий срок вольют в экономику России сотни миллиардов долларов.
Чтобы не быть голословным, скажу, что об одной работе в Америке, которая, и у меня есть веские основания утверждать, делается в обход наших интересов по одному из моих патентов (1990), Президент Клинтон заявил в 1993 г.: “Мы начинаем самый грандиозный и смелый проект в истории нашей нации”. Но, как говорится, на “самый” есть еще “самее”.
Очевидно, что если Фонд Передовых Технологий России (ФПТР) будет давать гигантские прибыли, а только в этом случае целесообразно осуществлять эту идею, несложно вставить в его Устав процентные отчисления государству, на развитие науки, прибыль и нужды самого Фонда. Это азбучные истины. Важно другое - наука переводится на самофинансирование, она становится независимой от государства. Тогда, быть может, отомрет и другой, абсолютно нежизненный монстр в виде Министерства науки и технологий.
Таким образом, решение вопроса о спасении российской науки переводится из эмоциональной (упрашивание чиновников, “сидящих на науке”, как предлагает Ю.Сенчев) в формальную плоскость (принятие закона о налоговых льготах для благотворительной деятельности).
Дмитрий ( mitrich@landslide.dpri.kyoto-u.ac.jp; 26.01.99 )
Объем послания впечатляет. Оставим в стороне западников и славянофилов. Не будем терзать дух Чаадаева. Давайте сразу по делу.
Никто не против отделения науки от государства. Создания ФПТР (Фонда Передовых Технологий России) тоже дело святое. Таким образом, мы сразу отсечем тех самых мерзких и вороватых чиновников от которых у нас все беды.
Только мне почему-то кажется, что чиновники эти не только лыком шиты. И как только ФПТР выбьет из-под них почву, пойдут в ход все методы аппаратного удушения, сколь простые, столь и эффективные. Проверят финансовые документы, потом личности тех кто давал деньги на создание этого фонда. Нет сейчас в России значительного и чистого одновременно капитала. Нет и все. Лет через сто, когда умрут дети сегодняшних новорусских, их дети будут восприниматься как истэблишмент. А сейчас они или бандиты или казнокрады. И наивно полагать, что придет Березовский и скажет: “Вот ребята, возьмите мой миллиард на науку”. Он лучше еще один “Атолл” создаст. Именно, как Вы правильно заметили, “для получения максимальной прибыли в минимальный срок”. Он же бизнесмен, хоть и из завлабов, - не так ли?!
На мой взгляд мы должны примириться с такой мыслью: не может быть сильной науки в нищей стране. Чудес не бывает. Пока не заработает промышленность - никаких научных успехов, кроме как на старом материале, нам не видать. И не стоит тешить себя мыслями о фонде.
Yurij Senichev ( senichev@dfi.aau.dk; 26.01.99 )
Игорь,
Честно говоря, я со многими вашими позициями согласен, особенно, что касается ФПТР. А насчет моего обращения к министру, то смысл этого обращения не в оказании помощи со стороны министерства, а в том, что есть ли у него, персонально у него, как у человека, какие-то идеи. Знаете, кто-то изрек (Сталин или Троцкий), кстати по-житейски верно: “Чтобы убить идею, надо ее возглавить”. Перефразируя, но уже в хорошем смысле: “Чтобы помочь родиться новому, надо возглавить старое”. Может наш министр именно такого плана человек, может он новаторский человек. А хотите Вы этого или не хотите, но без поддержки в государстве с тоталитарным прошлым любые начинания обречены. Я не хочу Вас обижать, но мне кажется, Вы не имеете какого-либо жизненного опыта в такого рода делах, как создание фондов в России. Поэтому так оптимистично заявляете о полном отказе от государственных структур. Ведь очевидно, что фонд будет оттенять сегодняшнее неповоротливое министерство и академию наук. А чтобы этого не было, самый простой выход - это убить этот Фонд. ...
Вы не представляете, сколько талантливых людей в стране. Когда я приезжал в Калининград, тот самый, под Москвой, то у меня дух спирало от космических технологий, существовавших в стране и которые можно применить в нашей области. В каждом коллективе, в каждой лаборатории был, ну хоть один, умница, новатор. Столько идей было!! Магнитооптическая структура, разработанная нами, и сейчас рассматривается, как основная почти во всех мировых установках такого класса. ...
Так что все мы должны помогать чем-то и как-то. Иначе ВСЕ!!!
Igor Efimov ( efimov@ieee.org; 27.01.99 )
Тон всей дискуссии вроде держался в стороне от ёрничества г-на Колпакчиева. Но его попытка скрыть за ёрничеством какие-то обиды на кого-то в России (?) и порой интересные мысли и серьёзные размышления побудила меня ответить, а, главное, хотелось бы прокомментировать по поводу вашего способа защищать точку зрения, основываясь на неточных фактах.
(1) “Начнем с головы. Что-то я не припомню, чтобы в Белом Доме (США) было Министерство науки или что-либо подобное. Зато в нашем Белом Доме оно есть. Хотя если поразмыслить, Министерство науки - это такая же государственная глупость, как и Министерство культуры; как могут чиновники руководить творческим процессом? Обе эти структуры сугубо советского свойства. Их назначение - распределять и пресекать, потребляя при этом на собственные нужды средства, на которые бы мог работать крупный научный центр” (Ваши слова)
(Мой ответ) В США фундаментальная наука руководится государством напрямую, через National Institute of Health, National Science Foundation, и другие, по сути, министерства, финансируемые из федерального бюджета. И руководят этими “министерствами” чиновники, когда-то давно занимавшиеся наукой. Жаль вы не прочитали мой предыдущий текст по поводу “крупных научных центров”. Вот это как раз здесь финансируется редко. И мне кажется, что это и есть сугубо советский подход в руководстве наукой. Основная масса денег в Америке идёт непосредственно руководителям лабораторий, а они уже платят (заложенный в бюджет) процент за помещение и прочие блага своему Университету. Я, например, написал пару грантов на темы интересные мне, а не моему “центру” в Национальный Институт Здоровья и получил миллион долларов, который находится в моём распоряжении, а не в распоряжении руководства моего “центра”. В принципе, я могу забрать эти деньги и переехать в другой “центр”. Этот своего рода Юрьев день защищает исследователей от произвола начальства “цетров”. А вот если деньги давать вашему “центру”, догадайтесь с трёх раз, куда они пойдут. Можете спросить в Протвино или других подобных “центрах”. (Эк, достали его эти мифические “центры”, - И.К.).
Теперь немного о вертолётах и сотнях миллиардов долларов. Вы, оказывается, их не продаёте, рекламируете их из спортивного интереса. А, кстати, зря - моя организация закупает партию для программы по пересадке сердца. Но вряд ли купит у Вас. И ещё по поводу вашего центра, который “может представить новые технологии, которые за короткий срок вольют в экономику России сотни миллиардов долларов”. Тут уж, сознаюсь, я не удержался – посмеялся от души. Бюджет России 20 миллиардов долларов. А Вы вот так раз и сотни миллиардов вольёте. Повеяло, знаете, от ваших слов забытым комсомольским задором и энтузиазмом первых пятилеток, как у Павки Корчагина. Суть: Я помню один bumper sticker увиденный мною на 20-ти летней пыхтящей и дымящей развалюхе в Чикаго или Кливленде, управляемой очень колоритным и очень бедным но неунывающим негром: IF YOU SO DAMN SMART WHY AIN’T YOU RICH? Мне кажется, что деньги в науке - это средство для делания дела а не цель. С уважением, Игорь Ефимов.
a.mironov ( mironov@cmns.mnegri.it; 30.01.99 )
Успехи Советско-российской науки явно завышены. Проверить очень просто. Возьмите число статей опубликованных в Nature, Science, Cell... и посмотрите, каков процент из них вышли из России и СССР (0.04%). И это великая научная держава!
Олег А. Попов ( popov@erols.com; 31.01.99 )
Игорь Ефимов прав: В пространных “ернических” заметках Колпакчиева, с заметной “отеческой” снисходительностью к дискутирующим (один “луч света в темном царстве” чего стоит) есть и понимание ситуации, в котором оказалась российская наука, как и вся Российская экономика. Действительно, на продаже нефти далеко не уедешь, если только этим жить. ВСЕ участники (за исключением, разве скептического Дмитрия), согласны, что науку поднимать надо СЕЙЧАС, а не после того, как неведомым образом и российская экономика, а значит и ТЕХНОЛОГИЯ, догонит Западые товары по КАЧЕСТВУ и по КОЛИЧЕСТВУ. Практически ВСЕ российское оборудование, в КАЖДОЙ СОВРЕМЕННОЙ отрасли индустрии … безнадежно устарело. Российские товары не могут конкурировать … на мировом рынке. Россия переходит в разряд стран третьего мира не только в области сельского хозяйства, сферы услуг, легкой промышленности, но и в машиностроении, транспорта и так далее. Последствия этого осознаются далеко не всеми. Нет процветающих и СВОБОДНЫХ стран в “третьем” мире. Полагаю, что здесь у нас нет разногласий. Нет разногласий и в том, что наука (не формы и институты, в которых она существовала и которые далеко не всегда способствовали ее оптимальному развитию) - “чистая” и прикладная - это наш “золотой запас”. Это то, что еще “конкурентно-способно” на мировом рынке. Именно поэтому, наши ученые и инженеры успешно “конкурируют” на рынке труда в странах “первого мира”.
Разногласия начинаются тогда, когда начинается обсуждение как “спасти” российскую науку. Какие общественные, акционерные, и/или государственные институты, должны быть образованы и что они должны делать. Колпакчиев предлагает создание Фонда Развития Передовых Технологий, причем без участия государства. Идея интересная, давайте обсудим. Почему без государства? Потому, что разворуют, утверждает Колпакчиев. Но может государственные формы были “неправильные”. Значит, надо создавать такие формы, такие отношения государства с промышленностью и наукой, чтобы воровать было невыгодно. Ведь в других странах в правительственных структурах ТАК не воруют! А если Вы полагаете, что это только русский человек вороватый, так он и в частных/акционерных “Фондах” будет воровать!
Короче, мы перешли - а деваться некуда - на политику. Вот к этому я и призываю. Давайте, не только “воздевать руки к небу” и ругать “продажное” российское правительство и вороватый русский народ, а “выносить” на обсуждения свои практические предложения, благо свобода слова в России еще не отменена.
Igor Efimov ( efimov@ieee.org; 2.02.99 )
Вспомнил пример частного финансирования науки. Местный Кливлендский магнат недавно дал 16 млн. долларов на строительство исследовательского института при моей Кливлендской Клинике, который был назван в его честь - Институт Лернера. Это, кстати, был один из крупнейших единовременных частных даров науке. В этот же год он истратил что-то около 550 миллионов долларов на приобретение футбольной команды, которая даже не была названа в его честь.
Др. Олег А. Попов выразил точку зрения многих принявших участие в этой дискуссии и, главное, как мне кажется, точку зрения “Московских Новостей”. В самом деле, от нас ожидали конкретных предложений по поводу решений проблемы а не поэтических формулировок о глубине кризиса в России и не поиска ещё более ёмких (но цензурных) характеристик для осатаневшего воровского сброда, дорвавшегося до власти в России. Вряд ли у нас получилось лучше, чем у Солженицина в его недавней “России в обвале”. Да и не особенно помогут наши характеристики науке. Они хороши на предвыборной трибуне. Но в этом есть свои профессионалы, которым нужно оставить их поприще. А мы, к сожалению, не поставили точки над “и” стоящими перед нами.
Я согласен с Олегом А., что науку нужно спасать сейчас, иначе её восстановление в будущем может занять по меньшей мере десятки лет (смену поколения или двух), как это произошло после революции. Но давайте разберёмся реалистично, какие источники финансирования для благоприятного развития событий. Ссылки на мифических российских олигархов представляются по меньшей мере странными. Любая нормализация в Российском обществе должна привести к их уголовному преследованию и национализации украденных природных богатств, о чём они прекрасно догадываются и вряд ли будут вкладывать деньги пока могут куда бы то ни было кроме заграницы. К тому же ссылки на частные источники финансирования науки мне представляются сильно преувеличенными. Даже в богатейшей стране мира – Америке, богатые люди которой дают огромные (по российским понятиям) деньги на науку, все эти благотворительные фонды не составляют значительной части в общем финансировании фундаментальной науки. Индустрия тоже не особенно тратится на фундаментальную науку, только на конкретную прикладную с прямым выходом на патенты. Государство было, есть и будет единственным финансистом науки. И это верно в любом обществе – демократическом и тоталитарном. Поэтому реалистичная программа должна искать новые формы в рамках государственного механизма, каким бы он не был. Или уйти в бесцельную критику. Или замолчать.
Мне кажется, что мы можем продолжить дискуссию по поводу конкретных форм организации науки. И говорить не о лиса-алисиных “СОТНЯХ МИЛЛИАРДОВ ДОЛЛАРОВ” на поле дураков, а о налаживании нормального честного механизма рецензирования грантов в России, чтобы сохранить хотя бы лучшее из лучшего. Мы, живущие за пределами России, могли бы участвовать в этом процессе. Это была бы идеальная ситуация для аппликантов, потому что учёные проживающие за границей не конкуренты, и поэтому у нас больше шансов на непредвзятость. Но главное помочь создать финансирующее агентство свободное от существующего научного истеблишмента. Опыт с РФФИ напрямую связанного с Академией Наук показал порочность такой связи. Мне кажется наивной попытка уйти от чиновничьего произвола путём “приватизации” такого фонда и таким образом очищения его от гнилого дыхания государства. В России уже изобрели прекрасный перевод для этого слова – “прихватизация”. Смена кадров управления без смены механизма управления - любимый метод Ельцина, мало ему помог. С другой стороны, если такой фонд будет финансироваться государством, что мне представляется неизбежным, государство не сможет (и не должно) оставить его без механизма контроля. Как в любой политике за всё нужно платить. Политик платит своим кредитом политического доверия и, естественно, должен знать на что он потратился и иметь механизм контроля. Всё так или иначе упрётся в эти самые механизмы и людей “честности и научной страсти которых хватит на всех”. Найти такие механизмы и таких людей и является главной проблемой. К сожалению, предложений пока не прозвучало (в том числе и от меня). ...”.
Надо было бы прервать его раньше, благо последующее редактирование текста позволяет, но я дал выговориться и ему, и предыдущему “радетелю за науку”, чтобы показать, что за их словами ничего не стоит (впрочем, Ефимов и сам признается в этом). Обычно таких шутов называют пустобрехами, балаболками… Не хотел больше лезть в эту кучу, да они подзадорили...