Внешняя профессия

Начну с благодарных слов Галине Фроловой. Много лет она была бессменным корреспондентом «Учительской газеты» по Сибири, опубликовала огромное количество интересных и злободневных материалов на темы образования. Я давно знала ее и как бабушку, часто приезжавшую навестить родных, погулять с внуками, жившими с нами по соседству.

Когда я начала работать в школе, Галина Васильевна сама подошла ко мне и предложила попробовать написать «что-нибудь интересное». А позднее рассказала немало случаев из собственного опыта и дала бесценные советы, за что я ей благодарна по сей день. Человека давно не стало, но память живет.

«Сочинительство всегда было внешней моей профессией», – написал когда-то Александр Грин. Слова запомнились с юного возраста, они же помогли понять, что я не писатель. Но также стало ясно, что можно создавать не только литературные произведения. Буквально с первого класса я стала участвовать в оформлении стенгазеты – сначала класса, потом школы. В голодные студенческие годы подрабатывала рецензиями, переводами, даже рекламы сочиняла. На одном мероприятии познакомилась с доктором исторических наук Игорем Можейко, при ближайшем рассмотрении он оказался известным писателем Киром Булычевым. Рассказал, что долгое время писал фантастические истории про девочку Алису («Тайна Третьей планеты» и др.) под псевдонимом, чтобы в институте не заели. Это тоже запомнилось, помогло понять простую истину: не все окружающие аплодируют нашим успехам.

Став преподавателем НГУ, поняла, что могу составлять методические пособия, разработки занятий. Придя в школу, написала первый материал для «Учительской газеты», а потом и для других педагогических изданий.

В том, что коллеги читают прессу, убедилась на заседании в городском отделе образования, когда приехала туда для аттестации на высшую квалификационную категорию. Заведующая кафедрой резко выступила против, мотивируя это тем, что я проработала в школе всего год, хотя у меня уже были внушительный общий педагогический стаж и ученая степень кандидата наук. Ее внимательно выслушали. А потом начальник отдела развернул свежий номер «УГ», где была моя статья, и местную газету, по совпадению опубликовавшую другую мою статью в тот же день. «Покажите нам учителей, которые столько пишут, приносят такую пользу, тогда и поговорим», – спокойно резюмировал он. Недовольная заведующая умолкла. Категорию мне дали единогласно. Это был хороший урок на будущее. Конечно, недовольные есть всегда. Бывало всякое.

Что вызывало недовольство? Увы, не угадать. Как-то раз вошла в учительскую, часть присутствовавших бросились поздравлять и обнимать. Но кто-то подошел и стал обвинять в том, что я обидела коллектив. Потом увидела свою небольшую заметку, вывешенную на доске, всю перечерканную красной ручкой. Узнавшая себя учительница с пеной у рта стала кричать, что мои дети поплатятся за то, что я написала правду. Несколько месяцев после этого я ничего не писала, кроме безвредных и всегда необходимых методичек.

Когда все мои дети окончили школу, стало легче. Исчезли шантаж, угрозы причинить им вред, снизить оценки. Но совершенно дикие реакции на, по моему мнению, безобидные материалы иногда возникали. Как-то директор вызвал к себе и потребовал писать объяснительную. Я не могла понять, в чем дело, что именно требуется объяснять. «Прежде чем писать в газету, вы должны принести это мне на редактуру!» – заявил он. Промолчала, потому что не видела смысла в разговоре. По моим понятиям, редактирует редактор, а на них мне всегда везло.

Довела до конца классы. После того вызова к директору посчитала свой стаж, проконсультировалась с юристом и решила уйти из школы. Когда сообщила об этом в учительской, к моему изумлению, несколько человек ахнули: «Ты уйдешь, а кто же будет нас защищать?!» Защитницей я себя никогда не видела, просто всегда писала правду. И видела свое будущее в методической работе, так нужной всем педагогам.

Отец всегда поддерживал меня в любых решениях и повторял: «Пиши-пиши, капля камень точит!» Иногда я отвечала ему: «Нет, не точит». Обсуждали текущие проблемы образования, он много лет преподавал в вузе, писал, даже после того как исполнилось 90 лет, с таким огромным опытом работы, немного не дожив до целого века, наверное, он что-то понимал. Завещал: «Пока в голове что-то кликает, пиши, работай».

Разговаривая сегодня с коллегами, замечаю и новшества, и неизбежную рутину. Поддерживаю недавнюю идею министерства создать корпус учителей-методистов, знаю, как важно иметь рядом наставника. Но где взять новые кадры, как разгрузить учителей, чтобы опытным специалистам было не только интересно, но и посильно передавать наработанное молодежи? Чтобы разобраться и внести свою лепту в решение проблемы, разговариваю с людьми, читаю новости, изучаю вопросы. Думаю, собираю материал и пишу, пока кликает.

Нина КОПТЮГ, кандидат филологических наук, Новосибирск

Читайте материал в сетевом издании «Учительская газета».