Перестройка шла своим ходом.
Приехала зимой с местного курорта, где было скучновато и дома познакомилась с мужчиной, он был вдовцом и жил с сыном , которому было 35. Сынок его не работал и любил выпить. Надо сказать, что отец с сыном очень хорошо выглядели: два высоких голубоглазых блондина с правильными чертами лица.
Они жили в хорошей двухкомнатной квартире, кухня была очень приличных размеров. Сидим с Виктором на их кухне, чай пьём, а его сынок из моей сумки деньги казённые таскает ( я сумку на тумбочке в коридоре оставляла).
До меня не сразу дошло, почему, когда я раз в неделю деньги сдавала в кассу, их всегда не хватает, ведь я сама казённые деньги не брала (работала в то время страховым агентом). Этот сын брал не все, а с умом, чтобы потом ещё воспользоваться.
Сам Виктор был «ценным кадром», машинист электровоза на пенсии, очень трудолюбивым, имел старую легковую машину на ходу.
Вот привёз он меня на мой огород, разделся до трусов и прополол 18 грядок, я не успевала сорняки складывать в большую кучу.
Он работал сторожем на стройке, где зарплату выдавали продуктами, водкой и даже стиральным порошком. В перестройку это было хорошим подспорьем.
Виктор, хотя и был старше меня на 9 лет, был очень приятный на лицо, ласковым и работоспособным во всех отношениях. Возил меня на озеро, за грибами.
Приходим к ним домой, а его сын сварил суп с грибами и ест с аппетитом, я пригляделась, а на ножках грибов , как была земля так и есть, их никто не чистил. После моего замечания, аппетит у него не пропал, он с шумом поглощал пищу. Дома готовил и убирал только отец, сын даже машину не умел водить.
Мне по работе пришлось идти к одной женщине домой, её сократили на заводе, Оля была бухгалтером. Она с большим интересом слушала, что я встречаюсь со «старичком» - ему было в ту пору 61 год. Язык мой — враг мой, я хвасталась ей, как Виктор мне помогает в жизни. И как говорят — недолго музыка играла, вскоре эта Оля оказалась в постели с моим кавалером.
Дело в том, что она нашла себе работу в киоске рядом с домом этого героя, а он ходил туда отовариваться. А чтобы начать дружить телами у него был большой опыт, с молодости он был « ходок».
Он рассказывал на досуге, как шёл на работу днём, когда жил с женой ( ещё был молод), встретил на пути не очень трезвую женщину, он её проводил до квартиры и там всё и случилось. Есть народная поговорка, баба пьяная - «она» чужая.
Эту неразборчивость в связях он объясняет тем, что у него много энергии.
Как то раз, вечером решила к Виктору сходить, вижу свет горит в его квартире на девятом этаже, поднялась на лифте — никто не открыл. Когда обратно очутилась на улице, то света в окнах уже не было. А они в это время там кувыркались с Олей.
Виктор признался, что моя соперница ему в постели понравилась, она извивалась, как змейка. Не приходится удивляться таким физкультурным кульбитам, ведь у них разница в возрасте 20 лет.
- Я тебя больше не люблю! -
провозгласил мой любовник, а я ему:
- а тебя кто любит? -
Когда виновник «торжества» мне всё рассказал, захотелось на её посмотреть. На её бессовестную рожу. Захожу в киоск ( где она торговала), у Оли руки затряслись, она заметно побледнела, один глаз совсем закрылся ( обычно он у ней закрыт наполовину).Но, как известно, глаза в постели с мужчиной не главное. После, когда Оля удостоверилась, что её не будут бить, поведала, что он помогал ей на даче, даже сделал забор вокруг участка в 10 соток.
Всё течёт, всё изменяется, когда этот « старичок» ей надоел, она стала его избегать, а он стал её караулить у киоска, показывая нож из-под полы. Оля встретила меня на улице и стала жаловаться ( нашла себе « жилетку»).
- Разбирайтесь между собой сами! Я с ним давно никаких дел не имею! -
был мой совет.
После посещения могилы мужа на кладбище, я на остановке увидела Виктора, у него был не очень ухоженный вид. Он поведал, что свою квартиру поменял с доплатой ( по настоянию сына) на окраину города. Доплата тут же растаяла, как снег весной и они сейчас живут в квартире с разбитыми окнами. Мне было его не жаль.
Так и жили...