— Васька! Ты что, совсем? – звонким голосом крикнула тонкая, как тростинка девчонка с огненно-рыжими волосами.
Мальчишка со взъерошенной шевелюрой насупился, упрямо топнув ногой, и нахмурив черные бровки.
— Нет. Не совсем. Вырасту и женюсь на тебе! – твердо произнес он. – Это мое р…решение. А я мужчина! – почти выговорив слово с буквой “эр”, произнес Вася.
— Ишь чего удумал! – взвизгнула тучная женщина в засаленном переднике, которая выскочила из дома, чтобы позвать сына ужинать. – На оборванке жениться не позволю! А ну давай, иди-ка отсюда, ведьминское отродье!
Женщина махнула грязным полотенцем и сурово посмотрела на сына, который еле-еле доставал ей до пояса.
— Ты меня слышал? Никогда не смей к ней приближаться! Никогда!
— Почему? – спросил мальчик, воинственно смотря на мать.
— А потому, – хмыкнула женщина. – Иди вон суп ешь.
Мальчик бросил на сбежавшую девочку последний взгляд и зашел в дом.
— И придумал же такое... – качнула головой женщина. – На Нинке жениться. Вот дуралей. Ну ничего, вырастет – поймет.
Вася вырос, но не понял. Ни одна клеточка в его высоком и молодом теле не могла понять, за что его мать так сильно ненавидит Нину. Его самую замечательную, ласковую и умную Нину. Ну и что, что её родители пьяницы? Она же тут не при чем. Тем более ее воспитала бабушка. Ну называли Веру Степановну ведьмой, так это от глупости людской. А Вера Степановна хорошая была. Умная. Она людей лечила и его мать, между прочим, тоже один раз. Когда той в спину так вступило, что ни один доктор помочь не смог...
Не нравится им её внешность, на себя бы глянули. Подумаешь рыжая. Если рыжая значит нехристь? Ну, а глаза зеленые, как у русалки, так это ж красиво наоборот. В этих глазах утонуть можно... Какая глупость, – думал парень, шагая к дому Нины с большим букетом полевых цветов.
Нина выскочила из дома и кинулась к парню, когда его увидела.
— Васька, вернулся! Васенька... Целый год тебя не видела, – уткнувшись носом в плечо парня, говорила девушка. – Ты так изменился. Возмужал.
Да, за год в армии парень возмужал, стал сильнее, шире в плечах и, даже кажется, чуточку грознее. Нина не могла поверить, что он вернулся к ней. Она-то думала, что он забыл про неё совсем. Ни одного письма, ни одной весточки, ничего не получила она от любимого за целый год. А она ждала его преданно. Как обещала и как поклялась...
— А ты чего не отвечала мне? Ни словечка не написала. – спросил Вася, поправляя растрепавшиеся волосы на голове Нины.
Девушка нахмурилась и непонимающе посмотрела на парня.
— Не отвечала? Так это же ты мне ничего не писал, Вась… Ни разу.
Вася удивленно распахнул глаза.
— Да нет же… Писал каждую неделю… Ниночка, каждую неделю писал. Клянусь! Думал что случилось у тебя, потому не пишешь... Чуть с ума от беспокойства не сошел.
— О, привет, молодежь, – раздался позади громкий голос женщины на велосипеде.
Нина и Вася кивнули, приветствуя местную почтальоншу – Марину.
Вася посмотрел на Нину, нахмурился и внезапно стукнул себя кулаком по лбу. Нина только ахнула..
— Ну мама… Вот я тюлень. Теть Марина, почтальонша, ведь подруга её. Это матушка моя, небось, подговорила её письма выкинуть. Вот же кто змея… И правда – змея.
— Но… Но зачем? За что? – спросила Нина. – Чем я так не угодила твоей матери?
Вася махнул рукой, сунул букет девушке и кинулся домой. Нина что-то кричала ему вслед, но он не слышал. Парень ворвался домой с грохотом. Его мать – Ольга Ивановна – подпрыгнула на стуле и удивленно уставилась на сына.
— Письма ты выбрасывала?
Ольга Ивановна расправила спину и высоко подняла голову, смотря на сына.
— Ну я. И что? Костьми лягу, а не дам Нинке тебя загубить! Не чета она тебе! Не чета!
Вася непонимающе покачал головой.
— Почему она меня должна загубить? С чего ты взяла? Мать!
Ольга Ивановна встала из-за стола, с грохотом задвинув за собой стул и грозно посмотрела на сына.
— Я молчу про то, из какой она семьи! На весь район известны своей любовью к бутылке. Так у неё, у Нинки твоей, еще и ни гроша за душой. Вот ты отправишься учиться в город, а она тут гнить будет. Работать на ферме, да за коровами убирать. И тебя на дно потянет. У неё на роду несчастие написано. Бабка ведьма, родители алкаши, а она кто? Отродье змеиное.
Вася ничего не сказал на это, только кулаки сжал до белых косточек, да побагровел. Потом хлопнул дверью и бросился прочь. В мыслях у него было только одно - бежать подальше от гневных и несправедливых слов матери...
Час спустя Вася и Нина сидели на небольшом мостике вблизи реки. Нина положила голову ему на плечо и молчала, а он, не отрываясь смотрел на речную гладь, по которой так сильно скучал в армии.
— Правда, что ты никуда не поступила, потому что у тебя денег на учебу не было? – наконец-то спросил парень.
Нина нахмурилась.
— Почему же никуда? Не в Москву, конечно, но в местный техникум на медсестру. Я всегда хотела людям помогать. А кто сказал, что я никуда не поступила?
Вася покачал головой и улыбнулся. Они уедут. Вместе сбегут подальше от его матери и этих криков и козней. Теперь он был спокоен. Он знал что ему делать...
*****
— Вот, Нинка, никак не могу понять, – сетовала Марина. – Ольга тебя ненавидела, на свадьбу даже вашу с Васькой не пришла, а ты помогать ей приехала.
— Что же ей теперь, помирать в одиночестве? При живом сыне и снохе? – удивилась Нина, развешивая белье. – К тому же это ненадолго. Вася из командировки вернется, мы заберем Ольгу Ивановну в город, наймем сиделку. Ей с инсультом в деревне теперь жить несподручно. Условий тут нет.
— Добрая душа ты, Нинка, – хмыкнула Марина. – А все ведьмой вас с бабкой кличут.
— Пусть что хотят, то и говорят, – фыркнула Нина. – Земля слухами полнится. У меня есть люди, которые меня любят. Муж и дочь. А на остальных мне все равно. Да и вы, теть Марин, шли бы работать. А то, боюсь, люди про вас плохо говорить будут. Скажут, что с ведьмой заодно..
Марина дернула головой, скривилась и ушла. Нина смотрела ей вслед. В чем-то почтальонша была права. Нина и сама не понимала, почему простила Ольгу Ивановну. Женщина строила козни и интриги даже после переезда Нины и Васи. И даже после их свадьбы. Все пыталась их развести, рассорить. Да вот только у неё ничего не получилось.
А быть может, дело было в том, что Нина привыкла помогать людям, этому всегда учила ее покойная бабушка. Помогать и быть снисходительной к людским слабостям. Да и профессия врача, которым она стала спустя долгие годы, обязывала. Бросать людей, даже тех, кто тебе не нравится, было не в ее принципах...