Заявка Илья Голдин "Город, день"
Они просто стояли там, в окнах. Стояли и смотрели. Все они. Все четыре дома, сложенных в квадрат, изъеденный прорехами арок. Все 9 этажей вверх, к облакам. Просто стояли и смотрели куда-то, туда, где не было уже ничего.
Это был самый нормальный район из всех возможных. Самый типичный спальник, с кучей человейников, налепленных один на другой так тесно, что две машины с трудом могли разъехаться в крошечном пространстве дорожных разметок, а люди были вынуждены отступать на скудные грядки, чтобы разойтись на тротуаре. Детские площадки внутри, пара магазинчиков на первых этажах, аптека, собственная стоматология рядом с остановкой, чуть в стороне от лабиринта бетона детский сад, школа, районная больница, здание почты. Люди жизни свои проживают в подобных местах, изредка, ради прогулок, выбираясь в соседние такие же районы.
Город тоже был обычным, серым и скучным в своей нормальности. Никаких тебе фестивалей красок или буйства архитектуры, только четкие линии, строгие формы, серые фасадов и спешащий ручеек людей, разветвляющийся и сходящийся на перекрестках. Автобусы, парковки, немного магазинов, почетная статуя Ленина, протягивающего раскрытую ладонь в сторону паршивой забегаловки на берегу воняющей тиной речки. Рутина, как она есть. В таких местах даже маньяки не заводятся, им слишком тесно в клетке из нормальности и скуки.
Мне… нравилось. Я переехала в этот город из столицы – и вот уж где хватало и фестивалей, и красок, и безумия, творящегося за каждым поворотом – и ни о чем не жалела. Разве только о невозможности посидеть с подружками в ТЦ и выпить кофе из Старбакса, но это была малая плата за общее спокойствие и тихую какую-то, неторопливую ежедневную суету.
Я даже не подозревала, что за фасадом из серости и благополучия скрывается то, что однажды убьет меня. Нет, не физически. Но как по мне, моральная смерть, полная и окончательная, намного страшнее.
Я просто возвращалась домой на обед. Я могла себе это позволить, выделить жалкие пять минут из законного часа на прогулку от офиса до родной квартиры, выпить кофе не из автомата, перекусить чем-то, разогретым на родной плите, или наскоро состряпать себе бутерброд из продуктов, валяющихся в холодильнике. Мне нравилось это тоже, возможность на час вывалиться из офисной рутины обратно в жизнь.
Я просто шагала, наслаждаясь последними солнечными днями осени, смотрела по сторонам на играющих детишек и их мамочек, сидящих на лавочках вокруг детской площадки с вечно встревоженным видом и явной готовностью бросаться и защищать свое дитя от любой опасности или угрозы. Мое состояние я могла бы охарактеризовать как веселая апатия – это когда в целом все нормально, но двигаться лишний раз уже немного лень.
А потом я повернула в свой родной двор – в арку, разделяющую очередной бетонный квадрат от другого такого же – и… Мурашки. Первыми были мурашки. Жуткие, ледяные, они пролетели по моей коже, и я чисто на инстинктах замерла, выглядывая опасность.
В отличие от остальных пройденных мной дворов, мой двор был пуст. Совсем. Внутри бетонного колодца не было сидящих на лавочках бабулек, дети не бегали во дворе, мамочки не спешили за ними с платками наперевес. Никого. Тихо. И то жуткое ледяное нечто, внезапно образовавшееся где-то под ребрами, ощерилось сильнее, зашипело внутри меня, уже не предупреждая – готовясь атаковать опасность в любой момент.
Но когда я подняла голову чуть выше двора, на окна квартир, моей первой реакцией было не «Бей» и даже не «Беги», а самое обычное удивление. Растерянность. Непонимание. В каждом из окон, выходящих во двор, стояли люди. Мои соседи, те, с кем я пересекалась регулярно во дворе или на лестничных клетках. Они просто стояли там, все, кто только мог, и смотрели куда-то вверх. В каждом чертовом окне. На каждом чертовом этаже. Во всех четырех домах, образующих бетонный колодец, проеденный арками-переходами.
И нет, это не были какие-то пришельцы или монстры – это были именно мои соседи, знакомые до последней мелкой детали. Те, кто вроде как должен быть где угодно, кроме дома – посреди рабочего дня-то – и те, кто обычно сидел по домам, уставившись в телевизор. Все. Казалось, что там, вверху, куда они все пялились как завороженные, было что-то такое, интересное, что перечеркивало всю остальную рутину. Что-то, на что нельзя было не смотреть.
До своей квартиры я бежала бегом, пытаясь спрятаться хоть где-то от накатывающих на меня волн ужаса. Я не понимала, что происходит. Почему это происходит? Это шутка? Пранк? Какой-то внезапный флешмоб, о котором я не имею ни малейшего понятия? И почему мне так страшно, как будто мое сердце в любой момент может выйти через грудную клетку и отправиться куда подальше?
А потом ощущение ужаса прошло само собой, как волна схлынула. И солнце снова засияло через оконное стекло и занавески, а с улицы донеслись привычные звуки городского фонового шума. Я выглянула в окно, и убедилась, что так или иначе, но глюк пропал, а мир снова встал на место.
Тогда я решила, что все дело в переутомлении и усталости. Нужно больше спать, заняться, наконец, спортом, перейти на здоровое питание – и все наладится. Ага, конечно.
Это НЕ наладилось. И на следующий день, и на следующий, и еще спустя неделю непонятная, жуткая, противоестественная галлюцинация повторялась в точности до детали. Люди стояли в окнах и смотрели, а я умирала от ужаса и мечтала то ли о том, чтобы все прекратилось, то ли о том, чтобы сойти с ума уже окончательно и просто смириться.
Я подходила к людям, к соседям, и спрашивала у них сперва деликатно, вроде как из любопытства. «Вы пропустили работу, вам нехорошо, может нужна помощь?» «Что-то случилось с вашим телевизором? Почему вы смотрите в окно вместо любимого сериала?» Потом уже откровенно кричала в недоуменные лица «Какого черта ровно в 12.00 по полудню вы стоите у окна и пялитесь куда-то в небо? Какой в этом смысл?».
Вот только никто не пялился. С недоумением, с понимающей ухмылкой, с жалостливой улыбкой каждый из соседей отвечал мне одно и то же – он или она не были дома в тот момент, никто не стоял у окон, зачем кому-то стоять там в разгар рабочего дня?
Именно поэтому – от паники, с затапливающим голову отчаянием, в полнейшем ужасе – когда я увидела тусклую вспышку на обычно пустом небе, новый, непривычный элемент моего безумия, вместо того чтобы бежать в квартиру, я побежала прочь. Куда подальше. В конце концов, в других местах мне еще никогда не мерещилось ничего, что не существовало бы в реальности. И это спасло мне жизнь. Но, увы, не разум.
Каков шанс того, что из всех возможных вариантов смерти целый отрезок спального района, небольшой каменный колодец в рамках целого города, целого мира, выберет ЭТО? Чертов самолет. Огромный лайнер, полный пассажиров. Я понятия не имею, как случилось так, что он упал прямо на крыши НАШИХ многоэтажек? Как, черт возьми, это могло случиться? Еще и злая ирония – в тот день все те люди, которых я видела в окнах, были ДОМА. И СТОЯЛИ там, черт возьми, живые, настоящие, не галлюцинации! Просто стояли и смотрели на странную точку, приближающуюся к ним с неба.
От взрыва пострадали все четыре многоэтажки большого двора. Нет, остальные пострадали тоже – где-то выбило окна, здания тряхнуло конкретно, людей на улицах ранило и покалечило осколками и взрывной волной. Но от наших многоэтажек – от моей родной квартиры и всего нашего колодца – не осталось ничего, кроме мешанины из бетона и стекла. Все, кто был дома в тот день, погибли.
А я выжила. Зачем-то. Только вот мысль, одна, заевшая на повторе… Я МОГЛА их предупредить. Я ВИДЕЛА это, и ничего не сделала. Я убила их. Своим бездействием.
Почему эту картинку, жуткую и страшную, но могущую спасти всех, показали именно мне?
История в авторской озвучке выйдет вечером, в 18.00. Понравилась история? Не забудь подписаться и поставить лайк!
______________________________________________
Хотите принять участие в игре "Страшилка по двум словам"? Переходите по ссылке: https://dzen.ru/a/Y4hTNcnRJCELDe6p?share_to=link
Два условия от меня: быть подписанным и терпеливым))
Всех жду!