Есть мнение, что у людей нет инстинктов. Животные, рождаясь, сразу знают как выжить, куда бежать, что есть. Мы - люди приходим на свет беспомощные, без инструкций. Вместо этого у нас развита способность к обучению. А отсутствие инстинктов у человека объясняется его высокоразвитым разумом, социальной адаптацией и гибкостью поведения. Это и делает нас уникальными существами, способными принимать осознанные решения и создавать разнообразные социокультурные системы.
И, действительно, если ограничиваться рамками классического определения инстинкта, представленного в виде механической модели (потребность, ключевой стимул и фиксированный комплекс действия (ФКД)), то с полным основанием можно сказать, что у людей нет никаких инстинктов. Да не только у человека, у высших животных никаких инстинктов не найти.
Мало того, научные исследования последних десятилетий взрывают все стереотипы в отношении врожденных поведенческих программ, показывая, что инстинктивное поведение вариативно и может проявляться факультативно (индивидуально). Например, если рассмотреть охотничье поведение грызунов, то обнаруживается, что не все особи охотятся как настоящие хищники. Нормальное хищническое поведение проявляется не у всех представителей вида, а от 25 до 50 %. Существуют не только межвидовые различия, но и внутри вида есть вариативность. Было выяснено, что грызуны, которые не имели наглядного примера охоты, всё же охотились, но по-разному и в большей степени непродуктивно. Для формирования должного хищнического поведения необходо социальное научение. То есть особи должны видеть, как это происходит у других.
То, что млекопитающие и птицы способны к передаче коллективного знания, которое помогает адаптироваться к условиям среды обитания и выживать, давно никого не удивляло. Теперь же выяснилось, что аналогичные способности к обучению присутствуют даже у беспозвоночных. И это в противовес к господствующему долгие годы мнению, что членистоногие являются существами, деятельностью которых руководит исключительно "слепой инстинкт".
Как оказалось, многим насекомым свойственно поразительно сложное поведение. Во многих случаях оно, по-видимому, является врожденным. Но присутствует и вариативность. Например, только менее 10 % "наивных" муравьев, которые в лабораторных условиях из куколки стали имаго, демонстрируют полный врожденный поведенческий стереотип действий.
Другие общественные насекомые - пчелы тоже оказались вовсе не бездумными биомашинами. У них, как выяснилось, есть даже "школы танцев".
Для медоносных пчёл навыки танца очень важны, как речь — для людей. Танцующих пчёл называют пчёлами–фуражирами. И танцуют они не от того, что делать больше нечего, а потому, что танец медоносной пчелы - наиважнейший инструмент передачи информации в рамках колонии. Правильная последовательность пируэтов, па и виляние брюшком с определенной частотой помогают пчёлам делиться информацией о качестве пищи и о том как быстрее всего до неё добраться. Пчелы сообщают не только местоположение нужных ресурсов, но и в целом передают сведения об окружающей среде, вплоть до расположения солнца.
Ранее считалось, что такое поведение полностью врождённое. Потому как каждый вид пчел использует свой собственный способ кодировки информации в танце. И если пчёлку одной колонии переселить к другой, то её "язык танца" никто не поймёт. То же самое, как если бы люди разговаривали друг с другом на разных языках.
В ходе наблюдений было замечено, что танцы пчёл даже одной колонии далеко не идеальны с точки зрения точности исполнения. Молодые особи, которые "прогуляли уроки танцев", исполняли его беспорядочно. Неправильно танцующие особи в дальнейшем все же могли улучшать свои движения, наблюдая за опытными "хореографами" и практикуясь.
В ходе эксперимента учёные разделили пчёл на группы. В тех группах, где пчелы были разных возрастов, молодые особи наблюдали за более опытными пчелами - разведчиками и, как следствие, учились танцевать гораздо быстрее и практически не ошибалась. А в тех ульях, в которых присутствовала одна молодёжь, пчелы танцевали кто во что горазд. Они плохо кодировали расстояние до кормушки и наводили хаос. Правда со временем ситуация улучшилась, но точностью пчелы все еще не отличались. И только спустя месяц ситуация изменилась: за этот срок каждый экспериментальный улей смог разрабать свой "диалект" танца, который начинали понимали все жители. Танцы разных ульев были похожи, но отличались в деталях. Пчёлы, родившиеся за время исследования, спокойно выучивали уже свою версию плясок.
Такие индивидуальные способы передачи информации, сформировавшиеся у каждой конкретной колонии, свидетельствуют о том, что у пчёл существует социальное обучение. Это подтверждает гипотезу существования у пчёл культурных традиций, помогающих адаптировать танец к деталям местной обстановки.
"Обучение — это полезный способ усовершенствовать поведение в зависимости от местных условий. Мы предполагаем, что уникальная топология „танцпола“ каждой колонии позволяет начинающим „танцорам“ учиться у более опытных", — рассказывает Тан Кен, научный сотрудник Тропического ботанического сада Сишуанбаньна.
Данные результаты исследований согласуются с идеей о том, что пчелиный танец — в основном врожденное поведение. То, что пчелы начинают танцевать без всякого опыта и обучения, свидетельствует о том, что врожденная составляющая в танце пчел присутствует. То есть в основе генетическая программа, которая нуждается в отладке за счёт наблюдения за опытными сородичами (социальное обучение) и отлаживания деталей методом проб и ошибок (асоциальное обучение). Так делают, например, многие певчие птицы, у которых врожденная песня весьма приблизительна, а для полноценного пения требуется социальное обучение.
Реализация врожденного поведения в конкретных условиях индивидуального развития животного обеспечивается процессами научения, то есть за счёт индивидуального приспособления врожденного, видотипичного поведения к условиям среды. Формирование любой формы инстинктивного поведения в онтогенезе сопряжено в той или иной степени с какими-либо элементами индивидуально приобретаемого поведения. О строго фиксированном инстинктивном поведении в "чистом виде" не приходится говорить даже относительно низших животных.
Автор: Ольга
Источник информации: