Я немного обижен на мою маму. Когда она умерла, на её лице застыла горькой складкой губ обида. Она в 73 года умерла. Могла б, может, и дольше прожить, если б медицина была получше в нашем городе: так и не смогли поставить ей диагноз, а вскрытие показало рак прямой кишки. Причём бог её уберёг от болей. Я ей, не помню почему, колол анальгин, и ей ничего не болело. Я к тому, что могла б уходить не с обидой на жизнь. Как моя жена. Попросила меня поцеловать её, и глаза… не знаю, как это сказать… стали неживыми. А рот не покривился. – Мама и при жизни была на жизнь в обиде: несчастная-де: «Родилась в мае, чтоб всю жизнь маяться». В войну лишилась мужа. Хоть была красавица (копия Доронина), не вышла замуж, чтоб меня не травмировать, хоть я агрессии к ухажёрам не проявлял (правда, она их практически ко мне не подпускала). Ну, несчастливая жизнь, конечно. Но я ей был хорошим сыном. Она дожила нянчиться с двумя внуками. Ой, как много, кто гораздо и гораздо худшую жизнь прожил. – Наверно, глупо –