Лера проснулась очень рано. В палате было тихо. Какое счастье – сегодня она вернется домой! И не одна, с сыночком – Никитушкой. Вот он лежит в детской кроватке рядом, морщится от солнышка, которое светит ему в лицо.
Лера встала, тихонько прошла к окну, задернула штору. Потом умылась, перепеленала проснувшегося сына и стала его кормить.
Свекровь сказала по телефону, что встречать ее не придет:
– И так народа много будет, чего всем там толкаться. Я через несколько дней загляну.
А Лера и не расстроилась – встречать ее придет муж – Ромка – и мама с папой. И никого больше ей не надо. Она покормит и уложит в новую кроватку Никитку, а потом они вчетвером попьют чая с мамиными пирогами. Она уже, наверное, тесто поставила.
Сегодня выписывали несколько женщин с детьми, и очередь Леры и Никитки подошла только к двенадцати часам. Лера отдала медсестре вещи сына, и сама пошла одеваться.
Наконец она рядом со своими родными. Ошалелый Ромка держит на руках сына, родители заглядывают в кулек, перевязанный голубой ленточкой.
До дома доехали да двадцать минут. Поднялись на лифте на пятый этаж. Ромка открыл дверь квартиры и, широко улыбнувшись, сделал картинный жест, приглашая Леру с ребенком войти в квартиру.
Она вошла, взглянула и чуть не сползла на пол по стене: в комнате был не беспорядок, а натуральный бардак. На диване и на стульях валялись вещи мужа, на столе стояли пластиковые тарелки и лежала упаковка от суши. Все видимые поверхности были покрыты толстым слоем пыли. Рядом с окном стояла гладильная доска, а в кресле лежала куча невыглаженного белья.
Дело в том, что Лера как раз собралась гладить в тот вечер, когда у нее начались схватки и скорая увезла ее в роддом.
Лера заглянула в кухню – в раковине громоздилась немытая посуда, плита была залита убежавшим кофе, а между мойкой и холодильником было засунуто не менее десяти коробок от пиццы.
Но самое главное – кроватка для Никиты, которую они купили две недели назад, стояла в упаковке.
– Роман, а почему ты не убрался и ничего не приготовил? – спросила его теща.
– Да я не умею готовить, я думал, что Лера сегодня придет и все сделает.
– Лера сегодня сделает? Да ей еще неделю надо в себя приходить! Посмотри, ведь в квартире нет ни одного чистого места, куда можно положить ребенка.
Лера смотрела на все это и чуть не плакала.
– Так, Лера, когда тебе Никитку кормить? – спросила мама.
– Часа через два, – ответила ей дочь.
– Спускайся вниз, вот возьми этот плед, постелешь в коляску – она у отца в багажнике лежит. Посиди с ребенком на лавочке, а мы пока здесь порядок наведем.
Отец спустился вместе с Лерой, достал из машины коляску, собрал ее и поднялся в квартиру. Никитка спокойно спал, а Лера думала о том, как же так получилось, что Ромке даже в голову не пришло навести хотя бы относительный порядок к их возвращению.
Она сама избаловала его, не загружая домашней работой. Ей нравилось создавать уют в их небольшой двухкомнатной квартире, содержать ее в чистоте, готовить обед и ужин, а по выходным печь пироги – сладкие и с капустой.
Пока Лера сидела, мимо нее пару раз пробежал Ромка, нагруженный мусорными пакетами, потом в подъезд вошел курьер с продуктами – видно, мама заказала доставку. Из подъезда вышла соседка:
– Лерочка, у вас уже малыш! А где молодой папаша?
– Он наверху, с родителями. Они стол накрывают, – ответила Лера, разумно рассудив, что соседям подробности знать ни к чему.
Наконец из подъезда вышел отец и помог Лере подняться в квартиру. Здесь теперь было все по-другому. Чисто, свежо, из кухни доносился запах чего-то вкусного. А в спальне стояла детская кроватка, застеленная симпатичным бельем с изображением мишек и зайчиков.
Лера развернула сына, поменяла ему памперс, накормила.
– Как тебе не страшно трогать его, он же такой маленький? – спросил ее Рома.
– Ничего, скоро ты сам научишься с ним управляться, – пообещала Лера.
– Конечно, научишься, – поддержала Леру мама. И вообще, дочь, у тебя очень способный муж. Он умеет и мусор выносить, и пылесосить, и полы мыть. А как классно он чистит картошку! Не дай пропасть таким талантам!
Мама пригласила всех за стол. Они пообедали, и родители уехали домой, а Лера с Ромкой остались наедине с новым членом их семьи.
Им было, о чем поговорить. Лера рассказывала мужу о том, что Никитка, хотя ему всего семь дней, уже имеет свой характер:
– Он любит, когда его разворачивают и он может болтать ножками. И не любит, когда его туго пеленают с руками. А еще он урчит, когда голодный и сердится, если сразу не получается взять грудь.
Вечером молодым родителям пришлось пройти еще одно испытание – они сами, без помощи бабушек, искупали сына.
В общем, все у них было нормально, не без проблем, но хорошо.
Свекровь несколько раз звонила Лере, задавая ей странные вопросы. Антонину Павловну интересовало, что делает Лера в этот момент и вообще, чем она занимается днем, пока Рома на работе.
Лера, не чувствуя подвоха, отвечала ей, пыталась рассказывать о Никите, но внук бабушку почему-то совсем не интересовал.
Наконец через полторы недели Антонина Павловна пришла. Роман был на работе.
– Я специально пришла днем, когда Ромочка работает. Мне нужно серьезно поговорить с тобой, – начала свекровь.
– Вы так сурово на меня смотрите, Антонина Павловна, я в чем-то провинилась?
– Конечно. Неужели ты сама не понимаешь, что ведешь себя по отношению к Роме непорядочно?
– И в чем это выражается? – поинтересовалась Лера.
– Ты свалила на бедного мальчика всю домашнюю работу! Он моет посуду! По выходным убирает квартиру! И даже сам готовит себе завтрак по утрам, а ты в это время спишь! И потом, как ты догадалась оставить Рому с ребенком на целых полтора часа, а сама отправилась в парикмахерскую?!
– Антонина Павловна, вам Рома жаловался?
– Нет, не жаловался, ему, судя по всему, такое положение дел нравится. Вот только как долго это продлится?
– А от меня-то вы чего хотите? – спросила Лера.
– Не прикрывайся ребенком и делай всю домашнюю работу сама.
– Если я буду делать все сама, я превращусь в загнанную лошадь, а я этого не хочу. Мы с мужем обсудили эту ситуацию и договорились, что домашние дела будем делать вместе. И я во время декретного отпуска один-два раза в неделю буду иметь выходной, чтобы выйти куда-нибудь из дома. А с сентября по субботам я буду ходить в бассейн.
– Да ты ему на голову села и ножки свесила! Как же другие женщины все успевают? – возмутилась свекровь.
– Не знаю, – ответила Лера. – Но зато я точно знаю, что пока был жив отец Ромы, у вас в доме была домработница, а у Ромы до десяти лет была няня. Так что не вам Антонина Павловна рассказывать мне, что я должна быть едина в трех лицах – и жена, и домработница, и няня для ребенка. Мы живем так, как нам нравится. А вам пора привыкнуть к тому, Рома теперь не только ваш сын, он мой муж, а нашему ребенку – он отец.
Антонина Павловна ушла, но она еще долго пыталась объяснять сыну, что выполнять домашнюю работу мужчине ни к лицу.
А в июле у родителей Леры был отпуск, и они предложили дочери с внуком провести месяц у них на даче. Конечно, Лера согласилась, тем более что дача была недалеко, и Рома на выходные мог приезжать к ним.
Но когда надо было возвращаться в город, Лера боялась, что они снова приедут в запущенную квартиру. Однако этого не случилось – видно было, что Рома поддерживал дома порядок. Конечно, было, к чему придраться, но Лера не стала этого делать. Наоборот, она похвалила мужа.
Автор – Татьяна В.