Шеф-редактор «Моей Планеты» проехала на автомобиле из Владикавказа в Махачкалу и делится впечатлениями.
СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ
Ночевала тучка золотая на груди утеса великана...
М. Ю. Лермонтов
Северная Осетия — Алания — зеленая, яркая, переменчивая. Из внезапно налетевшей тучи может пойти ливень с градом, который прекратится через десять минут, а еще через час одежда будет почти сухой. Главные достопримечательности республики — в горах, где на крутых поворотах не всегда могут разъехаться встречные машины.
Аланский Успенский мужской монастырь, расположенный на высоте 1300 м над уровнем моря, каменные громады обступают со всех сторон. Это самый высокогорный православный монастырь в России. Что примечательно, открытый совсем недавно, в 2000 году, хотя история христианства в Осетии насчитывает 11 веков. Начинался монастырь с двух иноков, отправившихся нести службу на Кавказ, сейчас же здесь живут десять монахов, паломники и трудники. Внешне обитель напоминает классические византийские постройки. К воротам приходится подниматься по крутым ступенькам, зато вид на Куртатинское ущелье открывается открыточный. Зайдите в храм Иверской иконы Божией Матери, а затем прогуляйтесь по расположенному неподалеку поселку Верхний Фиагдон.
Отсюда дорога ведет к Кармадонскому ущелью. Его нельзя назвать очень живописным, у этого места другая слава — печальная. 15 лет назад сошедший с гор ледник Колка полностью засыпал пространство 300-метровым слоем льда и камней. Жертвами стали больше 150 человек, среди них съемочная группа Сергея Бодрова. Наверху теперь есть смотровая площадка, а внизу, возле старого автомобильного тоннеля, где спасатели искали уцелевших или их останки, памятная доска с цитатой, ставшей эпитафией: «Если человеку пришлось умереть, то тот, кто его любит, не перестанет его любить» (из письма С. Бодрова жене Светлане).
По древним горским поверьям, загробная жизнь является продолжением земной, но только солнце для мертвых светит ночью. Поэтому доступ посетителей к башням-склепам Даргавс прекращался после заката. А с недавнего времени и вовсе закрыт. Селфи на фоне скелетов и граффити на стенах могил изрядно надоели коренным жителям. В каждой из 95 усыпальниц покоится до сотни человек. Во времена, когда эпидемии чумы и холеры выкашивали целые поселения, заболевшие уходили сюда умирать. Они заслужили покой.
Но это не повод не ехать в Даргавс. Как не увидеть розовеющие в лучах солнца каменные башни с фирменными крышами-грибами, не помолчать? Недостаток личной вовлеченности искупают бродящие вокруг коровы и сумасшедшие виды окрестных гор, по которым медленно сползает туман, меняя пейзаж в мгновение.
ИНГУШЕТИЯ
Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал.
В. Высоцкий
Чтобы попасть в Ингушетию, надо свернуть с Военно-Грузинской дороги в сторону села Джейрах. Еще несколько лет назад в Джейрахский район без пропуска было не попасть. Сейчас достаточно показать на КПП российский паспорт.
Пока в голове всплывают вроде бы забытые уроки школьной литературы, за поворотом вырастают все новые горы, облака расчерчивают зеленые полотна тенями и где-то в вышине парят орлы. Тут нужно просто ехать и наслаждаться видами. В некоторых местах оборудованы смотровые площадки с навесами, а в районе Цей-Лоама обнаружится кафе «Легенды гор», где гостеприимные хозяева не только угостят вкуснейшими лепешками, но и станцуют зажигательный танец.
Спустившись в Таргимскую котловину, вы окажетесь в Средневековье. Древние каменные башни настолько вписаны в окружающий ландшафт, что кажется, будто сейчас век XVI.
Родовые башни Ингушетии — уникальные, других похожих в мире нет. В горах негде заниматься земледелием, можно разве что пасти скот, чем вайнахи издревле и занимались. Набеги воинственных соседей заставляли быть настороже, поэтому жилплощадь росла не вширь, а вверх, а по краям селения обязательно стояли оборонительные башни — вход в них осуществлялся по приставным лестницам и находился на уровне второго-третьего этажа. Позже башни стали строить сразу боевыми и жилыми одновременно. Они имели до восьми этажей, и каждый был укреплен. На первом размещался скот и хранились хозяйственные запасы, на втором жили люди (в те времена каменные полы и стены покрывали ковры, а посуда и другие нужные предметы хранились в стеновых нишах). Верхние этажи были наблюдательными, с бойницами и машикулями (навесными бойницами, похожими на маленькие балконы; они использовались для ликвидации непростреливаемого пространства у подножия стены). В случае если нижние этажи захватывал враг, семья переходила выше. При наличии запасов можно было продержаться в осаде довольно долго, пока не подоспеет помощь.
Две башни сторожевого комплекса Вовнушки по обе стороны ущелья охраняют покой гор. Внизу ворочает камни река Гулой-Хи. По дороге к комплексу не пропустите древний христианский храм Тхаба-Ерды. О его датировке до сих пор ведутся споры — возможно, это самый старый христианский храм в Северо-Кавказском регионе, построенный еще в XIII веке. Реконструировался он не раз, и каждая эпоха вносила свою лепту. Тут и грузинские орнаменты, и полуязыческие барельефы. А рядом — уже привычные склепы.
Село Эгикал называют сердцем Ингушетии — здесь пересекались дороги в Чечню и Грузию. Башенный комплекс Эгикал — наиболее доступный путешественнику. Не менее интересно селение Эрзи, где сейчас насчитывается девять боевых и 22 жилые башни, и башенный комплекс Таргим. Путешествие по ним — не на один день.
Каждая башня когда-то принадлежала определенному роду. Возводились они потомственными строителями на скальных основаниях, без фундамента. (Легенда гласит, что выбранное для постройки место сначала поливалось молоком. Если оно не впитывалось в землю — значит, можно строить.) Но горе тому заказчику, на роду которого лежал грех. Хоть ингуши и считались лучшими строителями в регионе, но грешнику они сооружали башню кривую. Тот мог сколько угодно просить поправить и перестроить, но наклоненная родовая башня оставалась с ним в веках. По крайней мере так уверяют местные.
ЧЕЧНЯ
Тебе, Кавказ, суровый царь земли, я снова посвящаю стих небрежный.
М. Ю. Лермонтов
Грозный и его мечети. «Резиденцию не снимать!» — суровый мужчина с бородой всем телом заслоняет вид со смотровой площадки центральной грозненской высотки. За возможность насладиться горячим степным ветром и панорамой восстановленного города придется заплатить символические 100 рублей. С оружием (ну вдруг у вас оно имеется) вход воспрещен.
Прогулка по Грозному покажет новые жилые и офисные кварталы, реку Сунжа, заключенную в берега из бетона, и цветущие сады. Те, кто уже бывал здесь несколько лет назад, говорят, что грозненцы начали улыбаться. О прошлом напоминает разве что 32 аптеки, расположенные в пределах одного (центрального) квартала. Они выросли из палаток медицинской помощи, расположенных когда-то неподалеку. Ночной Грозный очень красив. И многолюден. Когда спадает жара, жители выходят на детские площадки или в парк прогуляться и поболтать. Немного странно видеть вместо Starbucks Starcofe, а вместо McDonald’s — McDowell's. Автомобилисты вполне радушны и не гневаются на толпу экскурсантов, зависших посреди дороги на красном сигнале светофора, а машут руками: проходите, проходите!
В 2008 году здесь открыли самую большую мечеть в Европе — «Сердце Чечни». Она действительно впечатляет. В качестве архитектурной основы при ее строительстве использовали Голубую мечеть в Стамбуле. Еще одна мечеть — «Сердце матери» — в пригороде Грозного Аргуне, названа в честь Аймани Кадыровой, матери главы республики. Местным жителям сначала она не нравилась: слишком смелые формы, современные материалы, и кто вообще придумал называть обитель веры в честь женщины! Тем не менее мечеть в стиле хай-тек прекрасна и удивительна. Внутри тихо, спокойно и красиво. Босые ноги утопают в восточном ковре, сквозь витражи струится мягкий свет. Перед мечетью небольшой садик с ручейком и фонтаны, в которых в жаркое время резвятся ребятишки. 23 августа этого года открылась мечеть в Шали, и уже она стала самой значительной на континенте. Монументальное сооружение из белого мрамора окружают прекрасные розовые сады.
В каждую из этих мечетей можно попасть. У входа оборудованы кабинки с одеждой: здесь гостьи, одетые не по шариату, могут подобрать длинное платье и головной платок. Обувь при входе полагается снимать.
Озеро Кезеной-Ам. Его бирюзовые воды прячутся в горной котловине среди субальпийских лугов и невероятно живописны. Купаться здесь нельзя, дабы не смущать покой местных жителей неглиже, да и температура воды выше 18 °С даже летом не поднимается. Жить удобно на одноименной туристической базе (она же отель Holiday Park Kezenoy-Am с уровнем хорошей четверки), кататься на лодке и зиплайне, рыбачить, жарить шашлыки и наслаждаться просто неприлично вкусной местной кухней, а если вдруг появится такое желание — даже попеть в караоке в ресторане.
ДАГЕСТАН
Я дышу высотой, облака мне ложатся на плечи…
Расул Гамзатов
По дорогам Дагестана, кажется, лучше ехать ночью — не видно пропасти, которая начинается сразу за колесом. А если серьезно, то сначала удивляют виды. Стоит пересечь границу Чечни и Дагестана, как климат становится суше, горы — выше, зеленый цвет меняется на серовато-коричневый. Дожди здесь редкость. Но местным жителям климат нравится. Есть даже поверье, что дома строят там, где лучше всего просохла четвертина туши убитого барана.
Не просите местных поговорить с вами на дагестанском. Такого языка нет. Даг — гора. А живут здесь аварцы, лезгины, даргинцы, кумыки.... 40 национальностей, еще больше языков и наречий. В каждом горном селе своя экзотика: этимологическая, гастрономическая, архитектурная. Всех объединяет радушие. Как это объяснить? Это значит, что, когда ты идешь по дороге далекого горного села, каждая машина или сигналит приветственно, или останавливается, из окна высовывается горец и спрашивает, откуда ты и не подвезти ли тебя. (Да-да, подвезти, но потом, а пока у тебя вроде челлендж такой — ознакомление с культурой региона, который только через ноги и происходит. Через ноги и голову. Ну и желудок.) Когда потерявшегося путешественника заводят домой, кормят, поят и возвращают обратно сытым и довольным. А захандривший на серпантине автобус помогает чинить полсела.
В республике есть несколько мест, про которые можно рассказать, только употребив слово «самый».
Самый красивый вид — аул Гамсутль. Дорогу к нему можно охарактеризовать сказочной присказкой: долго ли, коротко ли… Кто-то взбирается на вершину за час, кому-то нужно все полтора. Дорога каменистая, пыльная, обувь должна быть удобной. И обязательно берите с собой воду. Приехав в предзакатное время, после тающих в розовой дымке древних крыш покинутого людьми аула вы увидите звезды и услышите тишину.
Еще одно место с видом — село Чох, эдакий дагестанский Санторини, где дома держатся на скалах неизвестно каким образом. В жаркий полдень на улицах ни души. Только поджарые кошки да три аксакала на скамейке возле здания почты — такой же старой, как они сами. Хотите посмотреть, как живут люди в горах? Приезжайте. Тем более, скоро здесь откроется этнодом, который можно будет посетить с экскурсией.
И конечно, нельзя не побывать в Гунибе. Аул, затертый со всех сторон горами, памятен тем, что именно здесь 160 лет назад закончилась затяжная Кавказская война. Въезд сюда стерегут двое ворот: Шамилевские и Барятинские. Названы они в честь обоих противников: имама объединенных Дагестана и Чечни Шамиля и князя Барятинского, главнокомандующего Кавказским корпусом. Воздух пахнет разнотравьем. На самой вершине горы — палаточный лагерь со всеми удобствами для тех, кто готов к единению с природой.
Самый глубокий в Европе каньон — Сулакский. Его протяженность — 53 км, глубина достигает 1920 м. По глубине он уступает лишь каньонам Котауаси и Колка в Перу.
Здесь можно совершить прогулку на катере, рассматривая с воды потрясающей красоты ущелья и гроты. Самая главная видовая точка — в поселке Дубки. Отсюда весь Сулакский каньон виден как на ладони.
Не меньше впечатлений оставляет Карадахская теснина. Ее причудливо изгибающиеся стены вполне готовы поспорить с Гранд-Каньоном, а огромные валуны над головой, застрявшие в расщелине, заставляют вспомнить знаменитый Къерагболтен — камень-горошину в Норвегии. Идти сюда минут 40 по палящему солнцу, но оно того стоит. Глубина ущелья местами достигает 150 м, а ширина — всего 2–4 м. Причудливо падающий свет позволяет сделать очень интересные снимки.
Один из старейших городов России — Дербент. Город был основан более 5000 лет назад, старше его только Керчь. Сейчас сюда едут в первую очередь посетить крепость Нарын-кала, древнюю доарабскую цитадель, столетиями игравшую важнейшую оборонительную роль. Внутри сохранились бани, система водоснабжения с подземными водохранилищами, которые были способны поддерживать жизнь в осажденной крепости годы, руины шахского дворца и древний храм. В музее можно полюбоваться на коллекцию посуды и оружия. С крепостных стен открывается вид на Каспийское море.
Самая высокая дюна Евразии — Сарыкум. Это крупнейший бархан Евразии, его абсолютная высота 262 м. Во всем мире его превосходит только бархан Большой Эрг в пустыне Сахара. Свой, российский кусочек пустыни расположен в получасе езды от Махачкалы посреди степи. Как эти тонны песка туда попали, до сих пор точно не установлено, но самая распространенная версия — надуло с ближайших гор. На вершину ведет деревянная дорожка, и это очень кстати, так как в солнечный летний день песок здесь нагревается до +60 °С. Змеи и прочие гады, которыми пугают неискушенных туристов, днем обычно спят, а вот симпатичных ящерок, перебегающих с невероятной скоростью от куста к кусту, вы наверняка встретите. Знаковое место для любителей селфи.