Подобно Рембрандту и Пикассо, немецкая художница Кете Кольвиц (1867-1945) всю свою жизнь писала автопортреты.
По этим работам, как нарисованным, так и напечатанным, можно проследить ее взросление от юной берлинской студентки до всемирно известной художницы и защитницы прав угнетенных.
Среди них данный рисунок выделяется своей красотой и эффектностью.
Кольвиц обычно работала в черно-белых тонах, чувствуя, что отсутствие цвета соответствует содержанию её образов, которые были сосредоточены на таких темах, как война, безработица, голод и смерть.
Однако для этого портрета, сделанного, когда художнице было примерно тридцать три, она выбрала цветную пастель, растирая её по листу с плотной текстурой, чтобы создать ощущение тепла, движения, прозрачности и воздуха.
Очерченное в строгий профиль с четкими чертами, её лицо, окрашенное в кирпично-оранжевый и зеленый цвета, с белым бликом на затылке, выделяется на неопределенном фоне приглушенных оттенков коричневого, синего и жёлтого.
Кольвиц переплела штрихи пастели так, чтобы показать едва уловимый свет, проходящий через плоскости её властной головы. И сделала акцент на текстуре холста, а также на трехмерности рисунка, добавив тем самым декоративности портрету.
Эта любовь к созданию произведений искусства и признание существенности эстетики — всё это очевидно в этой очень редкой для неё цветной работе — вот вопросы, которые беспокоили Кольвиц на протяжении всей ее жизни.
В своих дневниках и письмах художница пыталась примирить внутренний конфликт между желанием создавать красивые образы и непреодолимым чувством долга использовать изображения для передачи послания.
Её восприятие этого несоответствия казалось особенно острым в разрушительный период Веймарской республики, последовавший за поражением Германии в Первой мировой войне.
В записи дневника от 1922 года она утверждала, что ее искусство "имеет цель. Я хочу оказать влияние на эту эпоху, в которой люди так сильно растеряны и так нуждаются в помощи".
Ей было легче исследовать цвет и форму в контексте автопортрета, чем на изображениях страдающего рабочего класса.
О том, что сама Кольвиц очень ценила эту работу, свидетельствует её история; по словам одного ученого, рисунок был взят из коллекции Эрнста Генриха, принца Саксонского.
Перед своим побегом в Ирландию через Францию принц предоставил художнице комнаты в небольшом доме через дорогу от своего загородного дворца в Морицбурге под Дрезденом, когда она бежала из Берлина после тяжелых бомбардировок союзников в 1944 году.
Возможно, она подарила ему этот автопортрет в знак благодарности за его щедрость.
Другие автопортреты художницы: