Ви себе не представляете, Сема, какая ранимая душа может быть у маленького человека и как легко можно его огорчить. Таки да! Достаточно лишить его гешефта и душа будет сотрясаться в муках. Прямо, как сотрясается тело Сары Соломоновны с Привоза, когда та бежит за уходящим трамваем.
Как это «о чем я»? Нет, Сема, даже не надейтесь, это не у меня отозвали лицензию на врачебную деятельность. Если ви себе вспомните, я говорил о «маленьком человеке». Вспомнили? А теперь взгляните на меня и попробуйте задать себе вопрос, можно ли ко мне так обратиться? И это я еще не говорю о моем положении в обществе – коллеги уважают, а пациенты на меня просто молятся.
Так что, Сема, нет, ви не угадали. Говоря эти слова, я имел в виду действительно маленького человека. И ростом, и весом, включая политический, и полным отсутствием уважения к нему. Вот именно его и лишил гешефта суровый Президент России.
Ох, Сэмэн Маркович, и не говорите. Это совсем не мáзель. Человек делал свой маленький бизнес продавая не им выращенное зерно и не тому, кто в нем нуждается. Но кому какое шо, позвольте вас спросить, если это бизнес был санкционирован из самой Амэрики. Нет, Сема, нет, не с Брайтона. Берите выше – из самого, шо ни на есть, местечка Уошингтон, округ Каламбия.
Поэтому, кстати, «маленький человек» не стал закрывать свое лицо грязными ладошками, скрывая слезы и белый порошок, размазанный под носом. Он гордо распрямился и грозно, прямо как Моисей, борющийся с идолами брата своего Аарона, сказал. Ой, шо это я? Не сказал – заявил! Мы будем защищать свое право на гешефт, стреляя по русским кораблям в темно-черном море. Да! И он пообещал застрелить их все! Корабли, я имею в виду.
Согласитесь, Сема, это достойно уважения. Если тебе не дают скопить копеечку на спокойную старость где-нибудь в штате Флорида, среди приятного теплого климата, на берегу океана, хотя и по соседству с некошерными крокодилами, это неприятно. Но за спокойную старость надо бороться. Тем более если за тебя есть кому заступиться.
Азохен вэй, Сэмэн! Если бы я не видел жизнь широко раскрытыми глазами на протяжении стольких лет (моя мама, ви знаете, всегда говорила мне, что лучше внимательно смотреть по сторонам а не в небо. В этом случае ви имеете вовремя заметить навоз, который лучше обойти стороной, чем потом твоя жена будет отмывать от него твои же ботинки и бруки), так вот, я бы, наверное, немножэчко испугался.
Но в Москве сидят люди, которые видят гораздо больше меня. Они не испугались, шо неудивительно, они просто ответили, шо таких угроз от «маленького человечка» они слышали больше, чем дочь Рабиновича (видели бы ви ее фигуру) нескромных комплиментов от молодых людей. Он даже в Крыму обещал некошерных рапанов с песочком поесть. Еще в мае. Поел? Шоб да, так нет! И по русским военным кораблям стрелять тоже уже пробовал. Но, Сема, шоб ви знали, военный корабль, он на то и военный, шо на нем установлен пулемет и прочие приспособления. И русские моряки таки да, умеют всем этим пользоваться.
Так шо «маленькому человечку», лишенному его маленького гешефта, уже завтра придется оплакивать свою потерю. И его заморский дедушка помочь ему сможет разве шо словом. Он, конечно, приготовил ему небольшой утешительный подарок из 31 Абрама… ой, нет, «Абрамса». Но в, так сказать, «обезжиренном варианте», сняв с них секретную броню и приборы. Но зато оставив гусеницы и пушку. Помочь вернуть гешефт это не поможет, но на какое-то время создаст иллюзию того, шо за него можно бороться.
И еще, Сема. Как доктор, я бы не советовал, но как врач знаю, шо помочь пережить потерю, и не сойти с ума от невозможности переправить зерно тому, кто в нем не нуждается, помогли бы не «Абрамсы», а белый чудодейственный порошок, который волшебным образом меняет состояние сознания. Действительность он, конечно, не изменит, но сознание – таки да! А шо еще нужно «маленькому человечку»? В душе-то он будет думать, шо все хорошо, шо он победил, оставил Россию без флота и вернул себе свой гешефт вместе с возможностью кушать «рапанов с песочком» где-нибудь в Ялте.
Беда только в том, шо порошок этот вне закона, но, думаю, это поправимо. Поскольку «волшебную травку» в Раде уже узаконили.