ЛУЗ. Рассказ об ужасном будущем. Глава 10

Все предыдущие главы выложены в серии "Луз" на моей странице.

Трое мужчин затаили дыхание в напряженном ожидании. Джереми обязательно обратил бы внимание на странные слова старика о своей покойной жене, но компьютер уже выдал на экране лицо девочки. Ли сразу узнал ее. Это была та же фотография, которую показал ему робот. На кадре была девочка лет семи. Она смеялась. Трое мужчин, завороженные безгрешной красотой ребенка, не могли оторвать от нее глаз.

– Чувствуешь что-то? – Спросил Джереми у Чана.

– Да, – ответил тот, едва дыша. – Я ничего не помню, но знаю – это моя дочь.

– Они не смогут потушить свет Всевышнего, – с грустной улыбкой произнес старик, ощущая, что и у него возник ком в горле.

Джереми хотелось поскорее узнать всю информацию о девочке. Действительно ли она дочь Чана, память о которой стерла Система? А главное – был ли он, Джереми Аткинс, представитель этой системы, причастен к ее смерти.

Вскоре на экране отобразилась информация:

«Кристина Чан умерла в возрасте семи лет. Ее родители – Ли Чан и Шарлотта Гринсберг».

Увидев фотографию матери, ошеломленный Джереми присел и прошептал:

– Какого черта…

На фотографии была она, Шарлотта, его коллега – девушка, которую он полюбил с первого взгляда.

– Ты был женат на ней? – Спросил он у Чана, чувствуя, что с трудом стоит на ногах.

– Я понятия не имею, – ответил тот с отчаянием в голосе. – Я вообще не знал, что был женат. Не знал, что у меня была дочь. Я не понимаю, что происходит!

Ли упал на пол и, закрыв лицо руками, заплакал.

– Какое вы имеете право так поступать с людьми? – Кричал он, обращаясь к Джереми. – Кто позволил вам стирать у человека память о самом дорогом?

Сам с трудом переваривая информацию, Джереми ответил:

– Так ведь ты сам и позволил. Ты лично спровоцировал мысль о самоубийстве, заставив работников Системы приехать за тобой. По считыванию мыслей в твоем мозгу было видно, что ты все сделал намеренно. Единственной твоей целью тогда было стереть воспоминание.

– Джентльмены, – прервал их старик. – Давайте будем держать себя в руках. Все-таки мы мужчины и должны стараться работать головой. Давайте отбросим эмоции и разберемся.

Седовласый старец уже не казался Чану страшным. Его умные глаза и спокойная речь успокаивали его. То же чувствовал и Джереми.

– Итак, Джереми, друг мой, – обратился он отцовским тоном к следователю. – Выходит, ты знаешь мать девочки, эту Шарлотту?

– Еще бы, – ответил тот, чувствуя, как весь вспотел от напряжения. – Мы работаем вместе. Каждый день вот уже несколько лет мы обедаем на крыше главного офиса Системы.

– Хорошо, – ответил Блэйкли. – Когда ты стирал память мистера Чана о покойной дочери, ты не увидел информацию о его матери?

– Это все работает иначе. Если человек, по какой-то причине важный для Системы, решает совершить самоубийство, стирается тот отсек его памяти, который стал причиной для этого. Я не вижу всю информацию о его жизни. Тонкости процесса стирания мне неизвестны. Все делает нейросеть. Я лишь тот, кто проводит формальную беседу и нажимает на кнопку.

– Как ты думаешь, зачем Император велит вам проводить беседу с человеком, которому стирают память об этой беседе? Он ведь не должен помнить ничего, что связано с самоубийством, в том числе и то, что ему стерли память? – Задумчиво спросил Блэйкли.

– Не знаю, – ответил Джереми,  в недоумении потирая лоб. – Никогда не задувался об этом.

Старик пристально посмотрел на него, будто пораженный какой-то мыслью.

– В чем дело? – Спросил Джереми.

Блэйкли ласково улыбнулся, но ничего не ответил. Ли пришел в себя, вытер слезы и выпил немного воды.

– Покажите информацию о том, как умерла моя дочь, – попросил он у старика. Ли взглянул на следователя и понял, что его беспокоит тот же вопрос.

– Погоди секунду, – сказал Джереми, когда Блэйкли уже собирался нажимать на кнопку. Он вытащил свой пистолет и передал его Чану. – Если окажется, что именно я убил твою дочь, пристрели меня на месте.

Подпишись, чтобы не пропустить продолжение