После поездки в Вологду взялась читать "Четвертую Вологду" Шаламова. Я, к стыду своему, про эту книгу даже не слышала. И вообще не очень хорошо знаю прозу Шаламова, хотя много лет интересовалась лагерной литературой. У Шаламова я читала только лагерные рассказы.
Сегодня открыта мемуары про его родной город и на первой же странице удивилась. Шаламов, как мы знаем, был прозаик, но в зрелом возрасте он стал писать и стихи. Причем известно, что их похвалил Пастернак.
Вот что Шаламов пишет о поэзии и прозе:
"Проза – это мгновенная отдача, мгновенный ответ на внешние события, мгновенное освоение и переработка виденного и выдача какой-то формулы..."
"Поэзия – это прежде всего судьба, итог длительного духовного сопротивления, итог и в то же время способ сопротивления – тот огонь, который высекается при встрече с самыми крепкими, самыми глубинными породами. Поэзия – это и опыт, личный, личнейший опыт, и найденный путь утверждения этого опыта".
Очень это странно было прочитать. Я всегда считала, что дело обстоит строго наоборот: поэтические жанры более легкие, то есть, легковесные, маневренные, актуальные. Поэты быстрее откликаются на важные события. Поэтому у нас теперь есть масса патриотических поэтов, но нет новой прозы, посвященной последним событиям.
Проза - форма литературы, которая требует больше глубины, наблюдательности, собранности, мастерства. Ей недостаточно впечатления. Написанную по поэтическим лекалам прозу мы всегда узнаем по ее легковесности, стремительном желании осмыслить текущую реальность. Такую прозу мы называем модной, актуальной.
Все тонны современной макулатуры о взаимоотношении полов, пандемии, феминизме, психотравмах - это почти всегда литература первого впечатления. Человек впечатлился повесткой, заглянул в нее и тут же побежал высказываться. Как поэт
Такое мнение Шаламова о поэзии мне, пожалуй, стало даже неприятным. Стихов я его никогда не могла читать и, наверное, теперь захочу прочесть еще меньше.
Музей Шаламова, кстати, в Вологде очень плохой. Экспозиция, посвященная собственно писателю, скудная, неинформативная: всего три или четыре зала преимущественно фото без пояснений. Если не знать его биографию, то выйдешь из музея, так и не поняв, что за писатель жил в доме в видом на Софийский собор. "Шаламовские" залы очень печальные. Выглядит вся экспозиция примерно так: фото старой Вологды, Москвы или лагерей на заднем плане и какие-нибудь фотографии с действующими лицами на переднем.
Здесь, например, человек, по чьему доносу сел Шаламов. Вошел в историю
А это фото интересно другим: оно сделано, когда в городе Сусуман работал Залман Шифрин, отец Ефима Шифрина, который до 1966 года там прожил
Понравилась в музее только выставка вологодских художников - современников Шаламова
Экспозиция о литературной Вологде на втором этаже была закрыта на ремонт.зможно, сказалось специфическое отношение жителей Вологды к сидельцам: город этапа, сам Шаламов пишет, что вологжане "в заводе", то есть, в профессии имели караульную службу, то есть, были прирожденными вохровцами. Это на нас судьба Шаламова производит столь тяжелое впечатление, а для Вологды она рядовая, Вологда столетиями видит таких. У них и сейчас полно отсидевших: я писала, что кругом ходят синие от наколок люди. Столько я ни в одном городе не встречала. Может, в Сыктывкаре или в Норильске их еще больше, но там я не была.