Преображенский и Семеновский полки – краса и гордость армии Российской Империи. Как они создавались, что было в самом начале?
Петр Первый неординарный во всех отношениях монарх. Детство его тоже было, мягко говоря, нестандартным для царского сына.
Не обладая никакой реальной властью, царевич практически все время проводил за пределами Москвы, появляясь в Кремле лишь по распоряжению властной сестры.
Никто не предполагал, что со временем мальчик станет полноправным императором, потому воспитанием его по большому счету никто не занимался. Двое вечно пьяных «дядек» вот, пожалуй, и все учителя.
Но так было лишь до тех пор, пока паренек немного не подрос. Дальше его безудержная натура взяла верх. Петр постоянно учился сам. Без системно, урывками, занимаясь лишь тем, что интересно, но он постоянно развивался сам, а в последствии тащил за собой других, показывая пример.
Таи и его «игра в солдатики» в итоге переросла в полноценные гвардейские полки. Элиту русского воинства.
Выпросив у матери разрешение на небольшое потешное войско из сверстников, Петр, сам того не понимая, заложил крепкую основу для своего реального восхождения на престол.
Двенадцатилетние Петр научился маршировать и лихо стрелять из пушки. Но самое главное воспитывалось поколение преданных лично ему соратников. Петр рос, вместе с ним росло и его воинство.
Что характерно, воинские чины и звания присваивались в Преображенском полку (именно в него переросло потешное войско) строго в соответствии с уставом. Никакие связи и уж тем более деньги не могли продвинуть по службе в этом гарнизона. Только личное старание и заслуги.
Самому Петру понадобилось 10 лет, чтобы стать капитаном бомбардиров. Начинал он свою игру простым барабанщиком.
Время шло из Преображенского вырос еще один полк – Семеновский. В итоге к семнадцатилетнему возрасту будущий император имел собственную хорошо обученную гвардию. И, что самое главное. Гвардию преданную.
Вчерашние «потешные» бойцы с жадностью следили за каждым движением своего господина, готовые немедленно разорвать любого, на кого тот укажет.
Эта готовность нашла подтверждение, когда царевна Софья попыталась поднять очередной мятеж стрельцов.