После приведения мира Агхору к согласию, полного его изучения, уничтожения в горе, пожирающей жизни, некого чудовища и нахождения там портала в сеть эльдар под названием "Паутина", Магнус и его легион, по чуть ли не приказам Русса, отправился к Космоволкам на помощь с кампанией по приведению к согласию мир, как его прозвали солдаты, "Сорокопут" или "Гелиоса".
Уже на Гелиосе, в перерывах меж битвами, на привале, Азек Ариман отчитал Хатхора Маата и Фозиса Т'Кара за нерезонное использование своих псайкерских сил для такого мелкого дела как чистка болтера и таких же мелких прихотей. Немного позже затем он встретил, знакомого ему еще с Агхору, рунного жреца Космоволков Охтхере Судьбостроителя, где они затем друг друга обучали и посвящали в некоторые тайны своих легионов, но затем прибыл он
Леман Русс — Король Волков, Великий Волк, Волк Повелитель Фенриса, Яростный, Гроза Врагов, Истребитель Зеленокожих. Сам великий волк появился так:
Примарха Космических Волков, высокого воина, словно выкованного из льдов Фенриса и закаленного в его холодных океанах, сопровождал отряд терминаторов в серой броне с копьями-гарпунами. Величественный и свирепый, Леман Русс воплощал в себе стократ усиленную мощь и жестокость Космических Волков. Его широкие плечи прикрывала черная волчья шкура, а на груди и шее висело множество амулетов из звериных клыков. Боевая броня густо-серого, грозового цвета была испещрена глубокими царапинами и вмятинами, как будто примарх дрался с огромными мускулистыми волками — черным и серебристым, которые стояли у его ног.
А Ариман ощутил эту встречу так:
В присутствии Лемана Русса кожа Аримана покрылась мурашками, словно под броню проник ледяной ветер. Волосы примарха, цвета расплавленной меди, застыли под слоем смолы, зато его глаза, пронзительно-холодные и настороженные, все время были в движении. На боку Русса висел огромный меч, не менее полутора метров длиной, и Ариман заметил на его рукояти руны, призывающие леденящий ветер.
Казалось невероятным, чтобы перед этим воином мог устоять какой-то противник. В Руссе Ариман видел грубую, ничем не сдерживаемую силу и неукротимый дух, в вечном противоречии со строгой дисциплиной и преданностью долгу. Леман Русс пылал ослепительно-белым огнем, а его аура переливалась самыми невероятными цветами. Световое излучение, исходящее от примарха в Великом Океане, можно было сравнить со вспышкой сверхновой звезды, и Ариман непроизвольно закрыл свой разум от эфира, а потом некоторое время моргал, избавляясь от остаточного изображения, пока его физическое зрение не приспособилось к отсутствию дополнительной информации.
Ариман вдруг осознал, что его мышцы пришли в движение, он и сам преклонил колено перед величием примарха, чей облик вырастал до неба. Русс шагнул им навстречу, двигаясь с уверенностью непревзойденного воина, и резкий холод горного воздуха заметно усилился. Весь его облик говорил о горделивом высокомерии, но Русс мог гордиться по праву.
Ариман давно привык к обществу своего примарха, к тому, что их объединяло общее стремление к познанию. Но здесь было совсем другое. Если Магнус ценил понимание, познание и науки ради самих знаний, то Русс стремился только к тому знанию, которое способствовало более эффективному уничтожению врагов.
Он не испытывал страха, но близость Русса заставляла его ощущать свою уязвимость, словно открылось истинное лицо неизвестного до сих пор противника.
И тогда Русс спросил у Азека.
— Ты тоже знаток звезд?
— Азек Ариман, мой лорд, — представился главный библиарий. — Своим прибытием ты оказал нам большую честь.
В словах Лемана Азек уловил лож примарха Космоволков, и предположил что за маской благородного дикаря, чья цивилизация утратила интеллектуальное наследие и вернулись к варварству, скрывается хитрый военный стратег.
После небольшого разговора Великого Волка с Судьбостроителем, он снова обратил внимание на Аримана, на которого он смотрел как на потенциального врага. Дальше это описывается так:
Глаза примарха оценили броню, моментально отыскали ослабленные соединения, поврежденные поверхности и точки возможного проникновения клинка. В одно мгновение Русс узнал о его физическом состоянии больше, чем было известно самому Ариману, узнал, какие кости легче всего сломать, куда лучше вонзить меч, а куда нанести удар кулаком, чтобы гарантированно повредить внутренние органы.
Все это испытание для Аримана закончилось появлением Магнуса.
Из книги Грэма Макнилла "Тысяча сынов"
