Нет. Джон Уильямс — замечательный композитор для кино. Он оставался верен оркестру, когда многие другие композиторы обращались к синтезаторам и небольшим ансамблям. И это одна из причин, почему некоторые фильмы, для которых он написал музыку, по-прежнему звучат свежо сегодня. Он гениален в придумывании запоминающихся тем и мотивов.
- Тема «Имперского марша» из «Империя наносит ответный удар».
- Мотив из пяти нот из «Близкие контакты третьей степени».
- Мотив из двух нот (!) из «Челюстей». Всё, что вам нужно сделать — это сидя на пляже с кем-нибудь, кто видел этот фильм, напеть это...
- «Марш Искателей» из фильма «В поисках утраченного ковчега», который мгновенно вызывает в памяти Индиану Джонса, его шляпу и улыбку.
- «Тема Хедвига» из фильмов о Гарри Поттере, которая прекрасно подчеркнула темы невинности и сверхъестественной угрозы в фильмах.
- «Prelude and Main Title March» из «Супермена». И так далее.
Это лишь некоторые из примеров, где он придал фильмам, над которыми работал, уникальную музыкальную окраску. Вам достаточно услышать всего несколько нот, и вы вспоминаете эти фильмы. Трудно вспомнить другого кинокомпозитора нашего времени, к которому это относилось бы более верно. Возможно, исключения составляют некоторые произведения Говарда Шора или тема Элмера Бернстайна из «Великого побега».
Тем не менее Уильямс в значительной степени полагается на звучание уже существующей музыки (хотя и не в такой степени, как неисправимый плагиатор Джеймс Хорнер) — он воссоздает стили и настроения существующей оркестровой музыки и сочиняет новую музыку в тех же стилях.
Например, музыка «Звездных войн» в значительной степени стилистически обязана Густаву Холсту. «Имперский марш» — близкий родственник «Танца рыцарей» из «Ромео и Джульетты» Прокофьева. Музыка из «Челюстей» не могла быть написана без Стравинского. Музыка «Искателей» не могла быть написана без Корнгольда и других голливудских композиторов «Золотого века».
Но настоящая причина, по которой Джона Уильямса не следует ставить в один ряд с великими композиторами прошлого, заключается в том, что он и не пытался делать то же самое, что они. Иногда спрашивают, с точки зрения популярности, разве музыка к фильмам не сравнима с классическими произведениями прошлого? Разве у Бетховена не было много поклонников тоже? Да, их сравнивают. Но по большому счёту это сравнивать всё же нельзя. Бетховен изменил сами «правила игры». Его музыка была написана ради неё самой, и люди слушали её как музыку, а не как сопровождение некой драмы.
Музыка Джона Уильямса принимает форму составной части фильмов. Он не создаёт новых форм, которым другие композиторы чувствовали бы себя обязанными подражать. В своих партитурах к фильмам он не создаёт масштабные произведения и не развивает тему на протяжении всего фильма. Партитуры к фильмам работают не так.
Не то чтобы он не умел развить тему. Например, он действительно делает это в «Wild Signals» из саундтрека к «Близкие контакты третьей степени». Но это произведение, на которое обратили бы внимание только близкие к Уильямсу слушатели, к тому же его продолжительность едва превышает четыре минуты — потому что это опять музыка к фильму, а не 15-минутная часть какой-нибудь симфонии.
Видео: «John Williams - Wild Signals (Audio)».
Он действительно иногда пишет музыку, которая не предназначена для фильмов. Но слушали ли вы её? Например, «Heartwood: Lyric Sketches for cello and orchestra» или «Three Pieces for solo cello»? Это не та музыка, которую приняла бы активно широкая публика. «Heartwood» написан в стиле середины 20 века, где чувствуется влияние Бриттена и Шостаковича, в то время как «Три пьесы» — просто интересная работа. Это прекрасные вещи, хорошо проработанные и эффективные. Но они звучат как многие другие, и в них нет свежести или по-настоящему современного качества музыки даже таких композиторов, как Анна Мередит, Нико Мьюли или Джон Лютер Адамс — хотя все они моложе Уильямса.
Итак, Уильямс наиболее известен и любим тем, что пишет музыку для фильмов. Это ни в коем случае не скромное ремесло. Он пишет великолепную музыку для фильмов. Но это тот контекст, в котором обязательно нужно обсуждать и понимать его музыку. Не в контексте радикально новых и эпохальных произведений, таких как третий опус Бетховена, или второй — Малера, или даже струнный квартет № 2 Шёнберга.
Итак, Уильямс — хороший, но второстепенный композитор современной концертной музыки, а также один из великих композиторов нашей эпохи кино. Это кое-что говорит и о нём, и о нашем времени.
По материалам поста (англ.) Alex Johnston, который представился как «писатель, редактор, отец, ирландец, музыкант и иммигрант».