Найти тему

Разный Пушкин

В книге А. Тырковой-Вильямс «Пушкин» моему воображению было где развернуться. Мне запомнилось начало: колыбель малыша, над которой склонились 2 века – 18 и 19. Я действительно увидела эту картинку. И это ожидание чего-то удивительного, необычного, креативного.

Детство. О нем у всех исследователей написано очень мало, потому что А.С. Пушкин не вспоминал о нем. Хотя некоторые штрихи, такие как связанные ручки ребенка запоминаются. Маленькому человеку, видимо, пришлось много испытать в детстве такого, о чем позже вспоминать не хотелось. Тем более, что человечек этот был тем еще живчиком.

Лицей. Стихи лились рекой, так же, как и шалости. В лицее будущий поэт обрел друзей на всю жизнь. Он был с детства очень начитан, но в учебном заведении ум его образовывался, развивалось патриотическое чувство, вызванное во многом Отечественной войной 1812 года.

У поэта был непреходящий интерес к русской истории. Он читал исторические книги, ездил по местам исторических событий. Он любил все русское: природу, речь, людей.

Постепенно, главу за главой великий поэт раскрывается как человек. Сначала я увидела взбалмошного юношу, который порой не знает удержу своим выходкам. Он запросто может ударить не понравившегося ему человека. Пушкин в юности много озорничает. Но что интересно, он уже тогда способен долго и упорно работать. Делать и переделывать, пока пришедшее к нему вдохновение, выраженное в прекрасных стихах, не станет его удовлетворять, да и позже он может возвращаться к написанному и совершенствовать текст.

Конечно, меня удивляет его любвеобильность, но в то же время мне понятно, что это действительно глубокие чувства. Поэтическая любовь к Марии Раевской, страстно особенная любовь к Елизавете Воронцовой, задорная к Анне Керн. Но и не очень понятное чувство для меня к Натали Гончаровой.

Натали, или Таша, была первой красавицей, но она не интересовалась поэзией от слова совсем. Автор пишет, что А.С. Пушкин не посвятил жене ни одного стихотворения. А для чего? Если она их не читала.

Пушкин любил в ней красоту и материнство. В письме он написал, что душу ее он любит более всего. Мне бы очень хотелось узнать, что он подразумевал. Какие свойства души Натали он так ценил? Но могло ли только это его удовлетворить? Тем более, что красота ее доставляла впоследствии ему только неприятности.

И поразительно, как трепетно он относился к тому, что происходит, никогда ни в чем не винил свою жену. Это неподдельное мужество.

Мне действительно не очень понятно, как женщина, имеющая детей, любящая действительно своего ни на кого не похожего мужа, не смогла разобраться, что вышла за грань допустимого для такого щепетильного человека, как Пушкин. Увлеклась по молодости? Была легкомысленна? Но в письмах Пушкин столько раз ее предупреждал, просил. «Вреда не будет», – почему-то решила Натали, и глупая пуля оборвала жизнь великого человека.

Еще мне было созвучно в биографии поэта то, как он мучился, когда его выслали из столиц и его друзья ему не писали. Да, события были грозными, но именно в такое время нужна поддержка близких и друзей, а тут почти забвение. Я прекрасно понимаю, что чувствовал вдали от всех Александр Сергеевич. Он мог творить сколько душе угодно, но душа стремилась к дружескому общению, которого очень не хватало.

От какого-то исследователя я слышала, что А.Х. Бенкендорф был просвещенным и очень умным человеком. Но, читая книгу, мне так не показалось. Просить разрешение на передвижение по стране и получать нагоняи, когда Пушкин все-таки уезжал без разрешения, для меня как-то дико. Можно согласиться с получением разрешения напечатать произведение – это еще можно понять, но невозможность самостоятельно собой распоряжаться в 30 лет – это ужасно.

И постоянная нехватка денег, что унизительно действовало на поэта и в молодости, и в зрелом возрасте.

Книга А. Тырковой-Вильямс «Пушкин» мне понравилась, вот ее мне хватило, чтобы погрузиться во время, когда жил великий поэт, в его творчество, поразмышлять и помечтать, увидеть поэта, такого озорного и серьезного, упорного и праздного, любвеобильного и настоящего семьянина.