Найти в Дзене
богданчик

Убытки и точка: "наш Макдоналдс" скатился и закончил год с проблемами. Почему мы не тянем на уровне иностранцев?

орько рыдают владельцы обновлённого «Макдональдса»: их чистый убыток составил грандиозные 11,3 миллиарда рублей. Для сравнения, доходы организации в 2021-м, досанкционном году, составляли 106 миллиардов рублей. Как говорил достопамятный Черномырдин — Хотели как лучше, а получилось как всегда. Но почему же так вышло? Специалисты считают — виноваты расходы на ребрендинг и, как бы сказать помягче, специфические способы ведения бизнеса. Симптомы беды начались почти сразу после перехода компании отечественному менеджменту. Сразу же посыпались пугающие жалобы от посетителей сети — они находили в фирменных булочках то насекомых, то плесень, жаловались на то, что мороженое стало «более водянистым». Клиенты утверждали, что уменьшились и порции, в частности, в размерах сократились фирменные чизбургеры и чикенбургеры. Читайте также: «Патриотические» облигации вместо зарплат? Чем опасна новая инициатива Минфина Несладко стало жить и сотрудникам, адовая работа которых начала оплачиваться скуднее Та

орько рыдают владельцы обновлённого «Макдональдса»: их чистый убыток составил грандиозные 11,3 миллиарда рублей. Для сравнения, доходы организации в 2021-м, досанкционном году, составляли 106 миллиардов рублей. Как говорил достопамятный Черномырдин — Хотели как лучше, а получилось как всегда. Но почему же так вышло?

Специалисты считают — виноваты расходы на ребрендинг и, как бы сказать помягче, специфические способы ведения бизнеса.

Симптомы беды начались почти сразу после перехода компании отечественному менеджменту. Сразу же посыпались пугающие жалобы от посетителей сети — они находили в фирменных булочках то насекомых, то плесень, жаловались на то, что мороженое стало «более водянистым». Клиенты утверждали, что уменьшились и порции, в частности, в размерах сократились фирменные чизбургеры и чикенбургеры.

Читайте также: «Патриотические» облигации вместо зарплат? Чем опасна новая инициатива Минфина

Несладко стало жить и сотрудникам, адовая работа которых начала оплачиваться скуднее Так, премии в компании перенесли с лета на начало ноября, а затем появились слухи и о полной их отмене. Ксения Собчак (оставим за скобками личное к ней отношение) писала следующее: «Убраны теперь надбавки за «полные возможности» (6 тысяч) и за выработку часов (2 тысячи). Остаются премии за выполнение денежного плана и квартальная».

Впрочем компания информацию об отмене премий опровергала.

Новости, появившиеся сегодня, вероятно свидетельствуют о том, что компания вошла в кризисный период. О причинах его рассказывал СМИ член совета Гильдии маркетологов Николай Григорьев: «Если все описанное правда, а не происки конкурентов или раздутый хайп, то вынужден констатировать, что мы наблюдаем обычное заболевание российского бизнеса, — считает Григорьев. — Сразу после открытия заведение показывает блеск и красоту, а потом начинает скатываться, менеджмент оказывается неспособен удержать необходимый уровень. Перспективы в таком случае достаточно печальные».

Такое предпринимательское поведение получило в народе название «рашн бизнес». Суть его в том, чтобы заработать как можно больше в короткие сроки. При этом взращиванием собственной репутации никто не занимается, о последствиях не заботятся — знай гребут, пока есть возможность.

Другие примеры подобного бизнеса хорошо известны: тот же «пирожковый» проект общественного питания, созданный Лужковым. Под него отвели огромные площади в центре столицы, вложили огромные деньги, а в результате — пшик. Или другая история — с отечественным «убийцей айфона» Йотафоном. Идея была отличная — с передней стороны устройства — обычный экран, а сзади — читалка электронных книг, способная работать днями, почти не расходуя энергию девайса. И чем всё окончилось? Проект начали раскручивать, но вскоре бросили, и тот так и завял…

В чём же идеологическая основа «рашн бизнеса»? Почему наши предприниматели не могут как все — постепенно, по кирпичику, создавать предприятия, а потом постепенно же и получать доходы? Почему ценятся не тяжкий друг и честная прибыль, а мгновенное, жадное хапанье, не имеющее будущего?

Ответа два. Во-первых, капиталистическая Россия так и не смогла стать действительно стабильной страной. Государство рвут на части катаклизмы — то политики дерутся, то санкции накладываются, то очередной кризис, то беспредел силовиков (уменьшить их влияние постоянно требует тот же Дерипаска).

Также интересно: Дерипаска: Россия останется без денег уже через год. Нас ждут нищета и голод?

Поэтому бизнесмену страшно строить долгосрочные планы: хапнуть бы, да рвануть в далёкие Лондоны, где тишь, гладь, да Божья благодать (как выяснилось недавно — не совсем и не для всех).

Вторая причина: ресурсное проклятье, о котором я недавно писал. Годы нефтяного благоденствия приучили наши элиты к безделью, к тому, что можно зарабатывать, не вкладывая больших усилий. Мнение общества при этом не учитывается — мол, хавайте что дают. В этом стиле поступили и руководители бывшего «Мака». Компания, например, не то что не посоветовалась с людьми относительно нового названия, но и никак не отреагировала на критику того, что ей выдумали маркетологи. Пресловутое «Вкусно и точку» склоняли на все лады — от соловьёвской «Заточки в почку» до грубого «Лопай и проваливай».

По теме: Ресурсное проклятье: как газ и нефть сгубили СССР и уничтожают Россию

Как результат, больших доходов без усилий хочется во всех сферах. И начинают экономить на всём — срезают безмолвным сотрудникам зарплаты, уменьшают размер булочек.

Есть и ещё одна причина катастрофы организации: маркетинг. У нас принято недооценивать это понятие: мол, поставил любую палатку с котлетами и доход так или иначе будет. На этот счёт мне вспоминается фильм «Основатель» режиссёра Джона ли Хэнкока. Лента рассказывает историю Рэя Крока, создавшего компанию «Макдональдс». Однажды бизнесмен остановился возле небольшого кафе братьев «Макдональдс», где подавали пищу быстрого приготовления — гамбургеры, картошку и колу. Идея его заинтересовала, он вошёл в бизнес, а потом обманом отобрал его у братьев. В конце картины бизнесмены спрашивают его: «Почему вы отобрали компанию у нас, а не просто украли идею, основав свою фирму на основе наших технологических разработок?» Он ответил им: «Название «Макдональдс» привлекает, в нём есть что-то, магическое, манящее, напоминающее о домашнем уюте».

Конечно, для русского уха в названии нет ничего особенного, отличающего его от других англоязычных наименований, но у ресторана явно присутствовала некая аура, трогавшая и нашего покупателя — всемирно известная сеть с легендарной историей, тут же в сознании всплывали детские мультики про Дональда Дака и прочих диснеевских уток (молодёжь так ресторан и называет — «Макдак»). Посещение ресторана в каком-то смысле было приобщением к популярным у многих западным ценностям.

Ну а что сделали эти товарищи? Вырвиглазный логотип с несочетающимися, как говорят дизайнеры, цветами — зелёным и оранжевым, к тому же напоминающий всё на свете, включая эмблему отеля «Мариотт», студию звукозаписи «Уорнер», «Адидас», и так далее.

Оригинальнее надо было быть товарищам, чтобы что-то получилось. Пусть и ненадолго — нестабильность опять же.