С кем ты чаще всего общаешься? На кого хочешь стать похожим? Кто влияет на твои мысли? У кого ты учишься быть и жить? Кто они, эти люди? Кто он-твой самый главный человек?
Когда-то, учась классе в 7-ом, я задавалась вопросом:
какой характер я хочу, чтобы у меня был?
В то время я казалась себе мягкой, бесхарактерной-ни рыба, ни мясо, а кисель из чечевицы.
Злиться долго и качественно, как мои одноклассницы не умела. Завернуть ответочку трехэтажным с прилагательными, от которых у сидевших и вышедших уши вяли, тоже не могла.
Я понимала, что у меня есть внутренняя сила, но на что ее наложить и как ее проявлять - не понимала.
Помню, как однажды закрутилась ситуация с одноклассницами, из которой выходили мы, стоя на черной лестнице в школе. Их было человек 5, я одна.
В тот раз случилось осознание, что именно сейчас я могу свою внутреннюю силу подключить и выпустить на волю.
Наш разговор на черной лестнице закончился не дракой, как планировался, он закончился рассказыванием истории. Трогательной, про любовь, где главная героиня долго ждала своего любимого, верила и ждала, что он непременно появится.
Я помню, как после этих слов сделала паузу, пытаясь сформулировать трагичный конец.
Именно эта пауза стала тогда моим орудием на долгие годы.
— Ну и? Баба эта дождалась, или **** совсем с ней случился?
Окружившие меня одноклассницы на глазах превращались из агрессивных подростков с сигаретами в еще детских руках в детей, с горящими от любопытства глазами.
За два дня этого разговора, я дочитала книгу «Большие надежды» Чарльза Диккенса, и во мне еще жили герои и их боли, переживания, любовь и надежды.
Я посмотрела на каждую из своих одноклассниц по очереди и выдала:
—Если вам интересно, то я могу завтра после школы рассказать эту историю.
Пауза. Нафига им эта история, - я была уверена, что свернула не туда и сейчас они вспомнят, что здесь не литературный кружок, а место для драк и разборок.
Первой отреагировала Света, из всех «блатных и крутых на районе» она была наиболее адекватной и чужеродной в этой компании.
— Да нафига нам твой рассказ!? Я сама возьму книгу и прочитаю!
Свету одернула Оля, самая отмороженная из школы, не говоря про наш класс.
— Стопэ, читательница****! Прочитает она! Ты иди русский сдай сначала!
Я поняла, что этот момент мой, что я завладела вниманием и эмоциями.
Продолжала уже в позиции «я тут вам не просто так».
— Завтра после 6-го урока встречаемся здесь, расскажу вам про бабу и про то, почему нельзя никому верить.
Когда я заканчивала пересказ романа, они рыдали. По щекам текли слезы, дешевая тушь смешалась на лице с размазанной помадой. Вся шелуха слетела и в глазах каждой девочки были надежда на лучшее, они примеряли судьбу Эстеллы на себя.
После того случая три моих одноклассницы записались в районную библиотеку.
Я позволяла себе периодически рассказывать им истории из Драйзера (Джени Герхардт перечитала раза на 3 к 8-му классу), Диккенса, Булгакова.
Они позволяли себе слушать меня, но никогда больше не позволяли себе плакать.
Мы опыляли друг друга: я их книгами, они меня умением постоять за себя.
В моей жизни было много людей, благодаря которым я стала тем, кем стала.
Наверное и я для тех девочек-подростков неосознанно стала опылителем добра. Верю в это.