Марьяна Васильевна пронзительно рыдала в маленькой почтовой каморке. Привычно робкая и слегка улыбчивая, в свои 52 она носила потертое чистое платье моды прошлого века, а седые волосы каждое утро собирала в аккуратный хвост на затылке.
Чуть сгорбленный силуэт будто растворялся в кабинетике метров 12 с крохотным окном, неуютно высоченным потолком и стенами с пожелтевшими от времени обоями. Лишь оглушительный рев выделял Марьяну Васильевну из ветхости и однообразия почтовой клетушки.
Всю жизнь она беспрекословно слушалась деспотичную маму. С самого раннего детства слышала: «Если не будешь послушной – я умру».
И маленькая Марьяна верила. Верила в далеком детстве, что не голодная, когда сосало под ложечкой. Верила в 13, что ни на что не годится, хоть и училась на отлично. Верила в 22, когда выходила за жениха, которого выбрала мама. Верила в 27, когда разводилась по маминому же требованию. Даже в 50 в ней все еще жила та крохотная девчонка и самоотверженно верила…
«Из тебя ничего не по