Люди, причиняющие нам вред – наши спасатели, наша лакмусовая бумага, благодаря которой мы понимаем какие мы внутри. И сколько бы не меняли место жительство: дом, город, страну…монастырь не в людях дело, а в нас самих. Куда бы мы не поехали, мы везем себя с собой. И там Бог даст такое же искушение, таких же несносных соседней, начальника, жизненные неустройства, чтобы изжить то, что в нем живет. Увидеть наше раздражение, осуждение, зависть и поменяться. И пока так не поступим, они будут преследовать нас до гробовой доски.
Обида, клевета, поношения, которые они вызывают, должны быть нами исповеданы на исповеди, прощены. Но не просто в своем "красном уголку", а вынести (если не общее обозрение, как люди делали раньше при общем покаянии, и не как сейчас, когда просто слушают, а ведь тогда люди все даже самые гнусные озвучивали в слух), лишь единственному человеку – батюшке. Да, Бог бесспорно видит всё, но Ему нужен посредник, человек, лицо Божье, перед кем совесть хотим мы этого или нет заиграет, появится чувство стыда, как не всегда бывает наедине с собой.
И чем больше этого стыда, тем лучше, когда мерзость за грехи, когда отвращение, и обещание Богу "вооружиться" против него.
Но сами по себе, келейно, дома келейно, сделать мы не можем. Только в Церкви мы можем принести покаяние Богу. Только через батюшку, проводника Божьего, мы имеем право покаяться перед Богом в своих грехах. Не просто перечислить одно за другим, а прочувствовать, возненавидеть, понять, каковы мы на самом деле и запомнить, чтобы избавится,. Но плод важен Богу не на словах. Он должен быть деятельным. Перемена ума, сердца, мыслей, оставление грехов и не возвращение к ним. Несомненно дела любви, милостыня - тоже может быть доказательство» нашего раскаяния.
Мы не можем изменить нашу жизнь самостоятельно, если не будет помощи свыше. Без Бога мы можем только грешить и падать.. А вставать, расти, помогать дается Духом Святым.
Так и исповедь, сколько бы ты дома не каялся, сколько не приносил Богу покаянных молитв, без разрешительных молитва священника исповедь такая не законченная. Это как начатое дело бросить на полпути. Келейно каяться дома можно и даже нужно, душу очищать слезами, раскаиваться в своих грехах, душу смягчать плачем благодатным, но именно очищать себя от греха может только Бог через батюшку. Господь может и прощает нас в тот момент, когда каемся, где бы не находились, но развязывать и связывать могут только священники. Но даже не он прощает, не он благословляет, а Сам Господь участвует в этом. Мы каемся Ему в первую очередь, Ему приносим покаяние. Священник лишь посредник, лишь человек, который был свидетелем нашего покаяния. Его руками возносится над человеком прощение, но прощает его Сам Господь.
Не думайте, что батюшка не внимательно выполняет свое великое дело исповеди, он читает молитву над каждым, он внимательно слушает, а иногда и дает совет н свой личный, а Духом Святым подсказанный от Бога. Так что слова, сказанные им после исповеди не случайны, к ним нужно очень внимательно отнестись.
Батюшки отходят во время исповеди от нас не потому, что стыдятся нашего сказанного, нет, они дает возможность человеку сосредоточиться, не давить на него, не говорить лишних слов.
Исповедь в ваших руках. Она может быть холодной, пустой, батюшка иногда и такую принимает, а иногда и горячая остается не принятой. Главное иметь сокрушенное сердце, дух сокрушен ,не оправдывать себя, не превращать исповедь в беседу, главное покаяться, чтобы очистить ваше сердце от страстей, иметь большое желание поменяться, исправиться, избавиться от прегрешений. Важно возненавидеть грех, испытать к нему мерзость, отвращение и нежелание к нему больше приступать.
Исповедь дома может быть только перед Богом, заменить ею церковную перед батюшкой нельзя, хотя были и здесь исключения из правил. Когда исповеди на бумажечки от умершего человека или их слезный платок принимался батюшкой за исповедь. Но такое бывало не часто и в каждом случае отдельный разговор.
Главное в исповеди искренность, открытость, как на распашку душа перед Богом. Батюшка как раз и есть то мерило, через которое сложно переступить, рассказав ему свои согрешения, но нужно.
Не у всех же совесть бодрствует, у кого-то она спит и хорошо, когда она там , на исповеди, перед можно сказать чужим человеком, пробуждается от греховного сна. Батюшки ведь бывают хорошие молитвенники. Они не просто стоят, слушают, они молятся про себя, чем помогают кающемуся человеку. На них лежит большая ответственность, ведь они могут и не позволить исповедь быть законченной. Могут наложить сначала епитимью, которая поможет еще больше в процессе грешнику покаяться, измениться, осознать…
Так что исповедь важна сначала домашняя, келейная, а потом уже храмовая. Но без последней исповедь не может считаться настоящей, осознанной, глубокой, свершенной.
Нельзя миновать Церковь, спасаясь, нельзя спасать душу в не храма. Только святые Таинства помогут в этом. Все остальное мнение неверное, лживое, опасное. Без Бога не до порога.
Нас мирских людей легко искусить.
Мы хоть и не видим бесов, не осязаем, но мы сталкиваемся с ними в реальной жизни каждый день. А кто-то гораздо больше и чаще, но он для этого сам выбирает себе в этом «помощников». Это могут быть наркотики, алкоголь, рок концентры, блудная жизнь… Безудержное веселье в конце концов. У монахов этого нет, но он не станет монахом настоящим, если не пройдет , не выиграет «духовную борьбу».
Он рано или поздно должен войти на передовую. Потому и бесам нужно на ни ополчиться, точнее это Богу будет угодно, появится перед ними не только виде фобий, страхов, помыслов блудных, духовных браней ,но и ввиде осязаемых явлений.
Афон – место где они являются особенно часто и сильно. Паисий часто это видел и слышал. И крики страшные, и стуки, и чудовища не раз являлись ему. Это не игра слов, это реальность.
А однажды него ночевал один паломник, так он сбежал. Сбежал среди ночь, только бы не слушать всех этого дикого ора, который был в доме.
Он еще изгонял бесноватых. Однажды к нему привели мальчика маленького бесноватого. Ему он дал много сладостей, а когда попросил тот пить, он сказал, что даст ему водички, которые никому не давал. И когда тот выпил святую водичку он заявил, что его вода жжет. «Не тебя жжет вода – сказал старец – она жжет кого-то другого».
Тогда он начала крестить голову малыша, его затрясло, он впал в кризис беснования и бес, который находился в нем, скртил его тело. Но потом по молитвам его старец исцелил его.
Батюшка ярок осознавала связь духовную и человеческую. Он знал, что болезни – не источник вирусов и бактерий, хотя и это имеет место быть, а результат грехов родных или его самого. И даже выздоровление прямопропорционально его изменению.
Даже если человек вдруг что-то обещает Богу не делать, когда он более –это не торг, это стимул изменить свою жизнь.
За что любили старца Паисия? Достаточно прочитать шеститомник «Слова», который так часто переиздавался в России. Он говорил обо всем ясно и просто, иногда даже с юмором. Жизнь духовную сравнивал с радиволной, на которую нужно настроиться, а семейную жизнь с автомобилем, из-за разности характера, ведь в нем иногда нужен педаль ,а иногда и газ. Чтобы и не тормозили, и не бежали впереди паровоза.
Иногда он давал неожиданные советы. Супружеской паре, к примеру советовал ссорится с кем угодно, на работе, улице, но только не с друг другом.
«Церковь учит человека идти одним из двух путей: или путем монашеским или путем брака. Все остальное — неестественно. Вол, которые не хочет впрягаться ни в ярмо, ни в плуг, оказывается под ножом мясника. Молодым людям, которые встречаются друг с другом, но не могут решиться на брак, я говорю: если хотите мне что-то прислать — пришлите лучше приглашение на свадьбу. Ничего другого мне не нужно.»
Когда человек ощущает себя с Богом, он даже чувствует рядом с собой Ангела Хранителя потом и движения его становятся спокойными внимательными и вместе с тем свободными. Такое поведение его не напрягает, наоборот, в них узнается духовная свобода.