Начало в подборке
Проводив гостей, Илья поднялся к себе и сразу набрал Еву. К его удивлению, она тут же ответила.
— Как прошёл вечер? — её голос звучал настороженно.
— Ужасно, — выдохнул Илья. — Я бы хотел провести его с тобой.
Ева помолчала, а потом тихо сказала:
— Может, тогда приедешь?
— Правда? — Илья не верил своим ушам, — Я ведь приеду!
— Приезжай, — теперь в её голосе слышалась улыбка.
— Я скоро, — сказал Илья и отключился. Наскоро приняв душ, он надел джинсы, футболку, и осторожно спустился вниз, стараясь не разбудить родителей.
Осторожно прикрыв дверь, он направился к машине, когда его окликнул отец.
— Куда ты?
Папа возник так внезапно, что Илья дернулся от неожиданности. Его слегка качало, запах алкоголя и табака, такой непривычный от отца, заставили Илью поморщиться.
— Пап, ты меня напугал. Я думал, вы спите.
— Не могу уснуть. Так куда ты? — отец сверлил его тяжелым взглядом, заставляя чувствовать себя виноватым.
— В город. Завтра договорились до пар пересечься с Димоном, у него какое-то дело, не хочу рано вставать. — Илье не хотелось говорить про Еву. Он уже понял, что отец не даст ему уехать, если узнает правду.
Папа помолчал, не спуская глаз с Ильи.
— Знаешь, мы с мамой долго не могли завести детей…
Илья поморщился — эту историю он слышал много раз.
— Твоя мама очень переживала, а я чувствовал себя ущербным, недостойным её. Я мог купить ей всё, что угодно, но не мог дать того, что она хотела. Понимаешь?
— Понимаю, пап, но мне правда пора, а то не высплюсь, — Илья попытался пройти во двор, но папа схватил его за плечи.
— А потом появился ты. Ты бы видел, какой она стала счастливой! Я даже немного заревновал тогда, ведь со мной она такой не была. А когда ты заболел…
— Пап, прошу, давай поговорим позже...
— Нет, нет! Ты должен понять, что ты значишь для нас, сын! Должен знать… Я должен рассказать, что я сделал, чтобы… Чтобы… — отец отвернулся и замолчал.
— Я знаю, пап. И про поездку, и про врачей, ты ведь рассказывал это сотню раз. И я знаю, как вы меня любите, я вас тоже люблю, пап, но мне надо идти!
Он подхватил его под руку и проводил в дом.
— Ты же не поедешь к ней? — отец обхватил ладонями лицо Ильи, — Не надо, сын. Она тебе не пара. Совсем не пара, — в его голосе звучала такая тоска, что у Ильи кольнуло в сердце.
— Не поеду, пап. Обещаю. Иди спать.
Отец кивнул, разжал пальцы и покачнулся. Илья снова отметил, что всего второй или третий раз в жизни видит папу настолько пьяным. На миг ему показалось важным понять, почему сегодня отец позволил себе так расслабиться, но мысли о Еве перебили всё остальное. Он снова прикрыл дверь и почти бегом направился к машине. Еще чуть-чуть и он снова увидит Еву. Хоть она была старше на пять лет, ему хотелось оберегать её.
Заводя мотор, он вспоминал, как она трясется от рыданий в его объятиях, каким беспомощным он тогда себя почувствовал и одновременно злым на мир, который посмел обидеть его Еву. Её запах будил в нём какие-то странные чувства — ему было хорошо и тревожно одновременно, хотелось крепко держать её и никогда-никогда не отпускать. Будто она была самым главным человеком в его жизни.
— Ива, — прошептал он, представляя насупленный взгляд и длинные волосы.
Ева ходила по комнате, переплетая пальцы. Она уже пожалела, что позвала Илью. Зачем? О чём она только думала! Но после поцелуя с ним она будто потеряла голову. Мысли возвращались к его теплым объятьям, нежном голосе, когда он пытался успокоить её, глазам, таким же, как у Максика…
Оборвав себя, она поморгала, прогоняя слезы. Илья не может быть Максимом. Но хуже то, что она теперь не хотела, чтобы он им был.
"Тварь!" — отчетливо прозвучал в голове мамин голос.
Ева вздрогнула, взяла телефон чтобы отменить встречу, но Илья уже звонил в домофон. Вытерев рукавом глаза, она открыла, и снова зашагала по комнате, натягивая рукава на кончики пальцев. Она и не помнила, когда так нервничала в последний раз.
— Привет! — Илья остановился на пороге, когда Ева вытолкала его прочь.
— Я передумала! Поехали к твоему другу, или ещё куда-нибудь, — затараторила она, закрывая двери на ключ.
Илья разочарованно выдохнул, но послушно последовал за ней.