Посвящается Ковшовой Ольге, мой студенческой подружке, светлому чудесному человечку, способному пронести любовь и дружбу через десятилетия
Эта забавная история случилась с нами в студенческие годы, когда Лёля приехала ко мне погостить на мою малую Родину – небольшой промышленный город Салават в степной зоне Башкирии. Я была так рада приезду подруги, что хотелось показать ей самое интересное, что есть в городе. Излазив улицы города вдоль и поперек, осмотрев памятники, обелиски и стелы, посетив набережную реки Белой, мы подошли к кульминации нашей прогулки – Парк культуры и отдыха.
В конце 80-х годов он уже подутратил свой увеселительный потенциал, но был по-прежнему зелен и опрятен. Среди его тенистых аллей еще продолжали функционировать несколько аттракционов: цепочная карусель, Сюрприз, незатейливые детские паровозики и карусельки. Над ними гордо возвышалось оно – Колесо обозрения. (В простонародье называемое Чертовым колесом). Это был мой любимый аттракцион. Меня завораживала эта поездка, когда сидя в открытой кабинке, медленно поднимаешься над парком. Где-то внизу остаются суета и музыка, дети и взрослые, воздушные шарики и мороженое. И даже запах пирожков с картошкой, который так и норовит отправиться вместе с тобой в облака, сдается и рассеивается на полпути. А ты продолжаешь свое величественное путешествие вверх, медленно проплывая мимо зеленой массы берез под тихий скрип металлических конструкций Колеса. Еще несколько минут и кабинка, в которой ты сидишь, возвышается над зеленым морем парковых деревьев и небо распахивает тебе свои объятья. Между ним и тобой лишь поручни кабинки и легкие цепочки, условно создающие эффект защищенности от внешнего мира. Дух захватывает от этого ощущения безграничности пространства и свободы. Наслаждаясь солнцем и легким ветерком так и хочется воскликнуть фразой классика: отчего люди не летают как птицы? И самой себе ответить абсолютно по-современному: потому что техника безопасности ограничивает их цепочками. Несколько мгновений восторга и вот кабинка уже движется вниз, ныряет в зелень деревьев, пространство наполняется звуками музыки, веселым гомоном пестрой толпы отдыхающих, звонкими голосами торговок мороженым и пирожками, наперебой расхваливающих свой товар.
Я не могла не поделиться этими впечатлениями с Лёлей и уверенно потянула её за собой в сторону Колеса обозрения.
- Может не надо? – вяло сопротивлялась Лёля, - Я не очень «дружу» с высотой.
- Надо! – уверенно сказала я и привела последний аргумент, - Тебе надо посмотреть на наш город сверху, обозреть его, так сказать, с высоты птичьего полёта!
Меня огорчало то, что парк был практически пуст: ни людей, ни продавцов воздушных шаров и всяких вкусностей. Вместо весёлой музыки из репродуктора раздавался монотонный женский голос, рассказывающий о достижениях легкой промышленности. Не удивительно, ведь это был будний день, жара, середина лета. Школьники на каникулах, взрослые на работе, детвора в садике. В парке были только я с Лёлей, редкие прохожие, сокращающие свой путь через парк и две скучающие женщины, обслуживающие аттракционы. Чертово колесо плавно вращало свои пустые кабинки.
- А покататься можно? – робко спросили мы.
- Конечно можно! – обрадовалась администратор появившимся отдыхающим, взмахнула рукой в сторону аттракциона и хохотнула – Выбирайте кабинку, любая ваша.
Я чуть-ли не бегом рванула за любимыми ощущениями, волоча за собой Лёлю, у которой ноги стали ватными.
- Может я не…
Я не дала ей договорить, заботливо усаживая слегка побледневшую подругу в лучшую, как мне казалось, кабинку. Звякнула заградительная цепочка. Тётенька улыбнулась нам вслед и пожелала приятной поездки. Я ликовала: сейчас я покажу Лёле свой мир, полный бесконечного неба, свободы и счастья!
Лёля сидела не шевелясь, вцепившись пальцами рук в сиденье.
- А вдруг мы застрянем? – испуганно промолвила она, и в её глазах мелькнул страх.
-Ха! Я столько раз каталась и ни разу не застревала – уверенным голосом приободрила я подругу. – не бойся, посмотри вокруг, какая красота.
Я восторженно и вдохновенно говорила про ветви березы, которые проплывают рядом с нами так близко, что стоит протянуть руку, можно коснуться их листвы. А вон внизу площадка, с которой мы садились в кабинку, она стала такой маленькой и смешной. Мы словно вырастаем в больших великанов, поднимаемся над всеми ввысь…
Я повернулась к Лёле и осеклась на полуслове. Подруга сидела бедная, закрыв глаза и боясь пошевелиться. С трудом мне удалось уговорить её открыть глаза, чтобы убедиться в том, что всё не так страшно.
- Ты только не раскачивай кабинку, - тихо промолвила Лёля и снова повторила – а вдруг колесо остановится, и мы застрянем.
- Почему? – недоуменно спросила я. – почему оно должно остановиться?
- Ну не знаю, - задумалась Лёля, - может завод кончится.
Чтобы приободрить её я вдохновенно стала рассказывать о строении механизма Колеса обозрения, обо всех этих радиальных и приводных элементах (наверное, сочиняла на ходу), о том, что видела, как в металлическом ящике крутятся большие шестеренки и вращают колесо, и, главное, я видела большую красную кнопку с надписью «ПУСК». Так что, если «завод кончится», нужно будет всего лишь нажать эту волшебную кнопку.
Эти мои повествования отвлекли Лёлю от её страхов, и она начала осторожно оглядываться по сторонам, наконец-то заметила деревья, хороводом окружающие аттракцион, солнышко, проглядывающее сквозь их листву ну и собственно меня, сидящую напротив.
- Тебе совсем-совсем не страшно, Лен? – удивилась подруга.
- Нет, Лёля, смотри, мы с тобой одни на этом Чертовом колесе, оно крутится специально для нас! Мне не страшно! Весь это мир для нас! – ликовала я.
- Для нас и для вон тех двух женщин, - откликнулась Лёля, показывая вниз на посадочную площадку с которой в кабинку садились две новые пассажирки.
- Отлично! – не унималась я. – Это для баланса. Мы наверху, они внизу. Так и должно быть!
Тем временем наша кабинка поднималась всё выше и выше, среди зелёных крон берез стало проглядывать голубое небо. Я была в предвкушении того, что скоро мы окажемся выше макушек деревьев и увидим крыши домов и строений города и чувство восторга и свободы наполнит нас.
-Интересно, а для чего эта металлическая лесенка вдоль всего колеса? - всплыл среди моих грёз Лёлин голос.
Она совсем освоилась и разглядывала всё вокруг с интересом. А может сам факт того, что мы не одни совершаем это круговое путешествие помог справиться ей со своими страхами.
Радость от того, что Лёля больше не пребывает в полуобморочном состоянии, позволила мне пошутить, что по этой лестнице слезают те, кто застревает на этом Чертовом колесе. Напрасно я сделала это. Лёля прикрыла глаза и сказала:
- Значит всё-таки застревают… Мне кажется, - добавила она после недолгого молчания, - что колесо замедлилось и сейчас оно остановится.
- Нет-нет, это лишь обман зрения, - успокаивала я, - Пока мы двигались вверх рядом с ветками деревьев, видно было как быстро это происходит. А теперь деревья уже под нами и нам не с чем сравнить как…
Я не успела договорить. Колесо протяжно скрипнуло и остановилось…
Мы сидели молча, смотрели друг на друга, и не понимали, что происходит. Колесо не двигалось. Не было слышно шума работающего механизма. Лишь чуть поскрипывали металлические детали кабинки, слегка покачивающейся на ветру. От самого верха Колеса нас отделали две пустые кабинки. Мы чуть-чуть не доехали до максимально высокого положения. Но и этого было вполне достаточно, чтобы увидеть город. Обозреть, так сказать. Над нами голубым куполом раскинулось небо, под ногами зеленели верхушками деревья парка, рядом с ними виднелись крыши пятиэтажек, где-то вдали вырисовывались трубы предприятий, каркали вороны, пролетая внизу под нами, лёгкий ветерок обдувал нас спасая от жаркого солнца.
У Лёли большие красивые серо-голубые глаза. Я их увидела словно в первый раз. Потому что в них отразился весь город Салават, весь парк с его деревьями, озером и аттракционами. И даже я, как гарант вечного движения Колеса обозрения.
- Спокойствие, только спокойствие, - голосом мультяшного персонажа попыталась я разрядить напряженную обстановку. – Как остановилось, так и снова начнет двигаться. Надо просто подождать. Давай пока посмотрим вокруг на город и на небо.
- Помоги-те-е-е, снимите меня отсюда-а-а-а – тоненько запричитала Лёля.
Я принялась успокаивать подругу, рассказывая ей о том, что никто нас тут не бросит, сейчас обязательно всё образуется само собой и мы благополучно спустимся вниз. Чтобы чем-то занять время, необходимое для того, чтобы чудо-колесо снова начало своё движение, я вновь попыталась привлечь внимание Лёли к красоте окрестностей. Но она категорически отказывалась наслаждаться открывающимся видом, сказав, что она уже всё посмотрела.
- Ты видела всё только с одного ракурса, давай я покручу кабинку, и ты посмотришь всё вокруг – я решительно взялась за металлический штурвал кабинки и стала его медленно поворачивать. С легким скрипом кабинка стала двигаться вокруг своей оси.
- Не-на-а-а-до-о-о – Лёля вцепилась руками в штурвал, не давая его крутить.
Лёля паниковала. Она просила вызвать пожарных с лестницей, скорую помощь и милицию, всех вместе взятых. Спасательной службы в те времена еще не было. Спасательной службой пришлось стать мне. Договорились о том, что будем кричать вниз прохожим о том, что мы застряли наверху. Лёля смотреть вниз категорически отказывалась. Закрыв глаза, она крепко держалась за штурвал и тянула бесконечное «а-а-а-а-а».
И тут я вспомнила о дамах, которые тоже находились на Колесе обозрения, только значительно ниже нас. Высота их кабинки не позволяла им сойти на землю. Но они могли позвать администратора аттракциона. Покричав им об этом с высоты птичьего полёта в ответ я услышала задорный смех:
- Не бойтесь девчата, ничего не сломалось, просто надо нажать кнопку ПУСК и всё заработает, потерпите чуток. А администратора мы позвать не можем, потому что мы и есть администраторы.
Теперь уже у меня по спине поползли противные мурашки: колесо не двигается, администраторы подвешены вместе с нами, заветную красную кнопку нажать некому. Осталась одна надежда: пожарная машина с лестницей.
И вот представилось мне, как приезжает в парк красивая красная пожарная машина, и устремляется к нам спасительная лестница…
Так. Стоп. Ну приехали, ну выдвинули лестницу и что дальше? Прекрасный принц не шагнет с неё ко мне в кабинку, не подхватит на руки и не снесёт вниз моё тело. Этому телу придется добираться до этой лестницы ползком, потому что встать в полный рост в качающейся кабинке, откинуть цепочку и шагнуть навстречу дороге вниз я не смогу. Потому что страшно. Потому что наслаждаешься свободой высоты только тогда, когда твоя попа уверенно и плотно прижата к сиденью, а руки держатся за поручни. И от этих поручней меня придется отдирать силой. А Лёля? Лёлю придется снимать с Колеса обозрения только вместе с кабинкой.
Но Лёле я об этом не сказала. Рассказала лишь о том, что спускаться по пожарной лестнице нам не подходит. Мы в платьишках. А усиливающийся ветерок непременно поднимет подолы этих платьиц нам на голову. И вообще, мы не готовы демонстрировать свои юные ноги всем на обозрение. Это Колесо совсем другого обозрения.
Закончилось всё благополучно. Весёлые тетеньки-администраторы покричали проходящему мимо мужчине, чтобы он нажал красную кнопку ПУСК. После чего Колесо вздрогнуло и тронулось в путь. Смотреть по сторонам нам было не интересно. Удивить нас уже было не чем.
- Здравствуй, земля, - воскликнула Лёля, выходя на посадочную площадку из кабинки Колеса. Мы чувствовали себя космическими путешественниками, вернувшимися на землю. А потом мы долго сидели на скамейке парка, кушали мороженое и размышляли: имеет ли место в этом приключении фраза «кто чего боится, то с тем и случится» или это просто совпадение?
P.S. Через много-много лет я прокатилась в закрытой кабинке современного колеса обозрения в Уфе. Не впечатлило. «Ерунда какая-то» подумалось мне, и я улыбнулась маленькой девочке в моём воображении, отважно спускающейся по пожарной лестнице с колеса обозрения в трепещущем на ветру платьице.
Донна Роза Д.