Очевидно, что цель развития человечества можно внятно сформулировать лишь в рамках научного мировоззрения, которое сложилось за последние три столетия. Это стало ясно уже на заре становления науки – почему, собственно, и возник конфликт между наукой и церковью. В ходе этого конфликта была придумана буферная теория о двух истинах: человеческой и божественной. Придумали эту теорию учёные, чтобы отвязаться от нападок религиозных догматиков; – и придумали они эту теорию тогда, когда догматики обладали реальной политической силой, способной на беспредел.
Концепция двух истин заключалась следующем. Человеческая истина – это всё, что касается внешнего мира, причём к области внешнего мира было отнесено – не без борьбы, конечно, – и человеческое тело. Внешний мир подлежал ведению науки. Истина божественная касалась внутреннего мира человека – его души, что бы там ни понимали под душой богословы, – а также Бога. В общем, на откуп религии отдавалось то, что со временем получило название психология.
Но психология как наука за последние полтора столетия тоже очень сильно продвинулась вперёд. Теперь уже ясно, что душа человека – это его отношение к другим людям, а Бог – устаревшее обозначение самосознания. Так что теория о двух истинах выполнила свою задачу и больше нет необходимости её использовать.
Как набор практик, действительно оздоровляющих сознание, религия, и в частности христианство, и в частности православие вполне могут работать для определённого круга лиц. Пусть даже и сама необходимость оздоровлять сознание обусловлена деформациями, возникшими в русле религиозного мировоззрения – то бишь являются порождением как раз-таки религии, христианства, православия. Но идеологией, ведущей цивилизацию к прогрессу, религия, как устоявшаяся за тысячелетия историческая форма общественного сознания, быть уже не может.
Православие, например, проявило свою некомпетентность в деле преодоления геополитических вызовов сто лет назад, когда оказалось, что выращиваемое им в течение столетий мировоззрение неспособно что-либо противопоставить внешним угрозам.
Но даже потерпевшая фиаско идеология будет умирать не одно столетие – и не просто умирать, а претендовать на былое величие. А это значит, что долго ещё будут находиться люди, вроде бы и не обделённые интеллектом, но использующие сей инструмент для шевеления своих французских булок, чтобы те хрустели и испускали рулады во славу православной империи. Поэтому критика религии как формы общественного сознания будет актуальна ещё много десятилетий. Сама критика, в конце концов, является частью объективного исторического процесса.
А от устаревшего мема Православная Империя следует избавиться как можно быстрее.
ТГ-канал Мясорубка на Реверсе