Читала однажды статью одного психолога на Дзене. Он рассказывал историю о своей жене. В материале он говорил о том, что женщина — это индикатор усталости мужчины, который не так чуток к своему внутреннему состоянию. Что если жена говорит, что устала, значит, это на самом деле это не ей, а ему, мужу, пора отдохнуть.
Пусть не дословно, но позволю себе передать его слова прямой речью:
— Жена говорит, что очень устала, хочет поехать на море, отдохнуть. А от чего она может устать? Ни от чего. На самом деле, ее усталость — это барометр моего состояния. Мы, мужчины, не так чувствительны к своему внутреннему миру. Поэтому если женщина говорит, что ей нужно развеяться, значит, она считывает нашу усталость. Значит, на самом деле, устал муж.
Его жена — домохозяйка.
Я не буду говорить о том, правильно ли его утверждение с точки зрения психологии. Сейчас в этом контексте мне важно другое. Мужчина искренне считает (и ни капли в этом не сомневается), что если жена — домохозяйка, значит, уставать ей не от чего.
Может быть, я неправильный человек или неправильная женщина. Но я пипец как устаю от домашних дел. Сейчас я тоже — временно домохозяйка. И мне время от времени кажется, что я попросту бездельничаю: так, просыпаюсь по утрам, готовлю завтрак, кормлю детей, потом заправляю кровати, готовлю обед и ужин. Раз в три дня делаю влажную уборку в доме. Каждый вечер работаю в огороде: очищаю палисадники, выращиваю картошку. Читаю книги с детьми, слежу, чтобы они поели, готовлю им одежду, провожаю в музыкальную школу, учу с ними уроки. Вроде бы ничего особенного не делаю. И мой муж, который сейчас не дома, тоже аккуратно так спрашивает: "Ну что ты еще не вышла на работу?". Подразумевая, наверное, следующее:
Ну что, ты не наотдыхалась еще?
По мнению всех мужчин на свете уставать мне не от чего.
Но я все равно устаю.
Объясню, почему.
1. Потому что я всегда нахожусь в перманентно рабочем состоянии. Мой день не разбит на две части: 8 часов труда и 5 часов отдыха. Моя работа всегда со мной и бесцеремонно врывается в мое мироощущение: с грязными тарелками, брошенным полотенцем, забрызганной плиткой в ванной, случайно пролитой кошачьей миской.
Все это мелочи, но эти мелочи невозможно отложить на следующий рабочий день, как это происходит с папкой офисных бумаг. И они делаются целый день, без переключения режима "труд-отдых". То есть, получается, домохозяйка всегда находится во включенных режимах: "уборка" и "дети", готовая отреагировать на любой раздражитель. Единственное время, когда этот тумблер выключается — раннее утро и поздний вечер.
Наверное, поэтому выгорание среди домохозяек — дело нередкое.
2. Мне всегда нужно готовить: каждый божий день, без выходных, в болезни и здравии. Такой бессовестно круглосуточной работы больше нет нигде. Думать о закупках продуктов, о сроках годности, о полноценном меню для детей с разными вкусовыми предпочтениями утром, в обед и вечером. Потому что если я этого не сделаю, никто не поест и умрет с голоду.
3. Мне всегда нужно следить за детьми. Быть бдительной, вовремя возить к врачу, контролировать, чтобы они были аккуратно одеты, причесаны и наглажены, вовремя отбирать телефоны и делать с ними уроки.
И это нужно делать в любом состоянии, несмотря ни на что. В любую погоду, с любым количеством сил и в любом настроении. И дело десятое, что этот труд не так сложен, как, допустим, работа бухгалтера или строителя. Главное — что отложить ее нельзя, даже если очень хочется.
А значит, что это — самый что ни на есть трудный труд.
И когда он обесценивается, когда мужчины считают, что заниматься детьми и хозяйством для женщин так же естественно, как дышать, я испытываю неприятное чувство. Такое, какое бывает, когда тебе сказали на испытательном сроке, что ты не подошел и не заплатили.
Когда ты старался, вкладывался, переживал, не спал ночами, тратил здоровье, а тебя похлопали по плечу и сказали: "Ну что ты, дружище? Что ты такого важного сделал? От чего ты устал?"