Рассказ Маши Рольникайте (Марии Григорьевны Рольникайте (1927-2016) «Продолжение неволи» по объёму большой, как средней величины повесть.
Действие рассказа происходит в советской Литве, в первые послевоенные годы. Главная героиня, Люба, чудом осталась жива после пребывания в фашистском концлагере (она еврейка), оплакала всех своих погибших родных и теперь пытается наладить новую, мирную жизнь в Советском Союзе. Её подруга знакомит её с немолодым евреем Яковом, который тоже пережил ужасы концлагерей, как фашистских, так и советских, за то, что был в плену. Яков пытается раскрыть девушке глаза на советскую действительность, уговаривает её бежать с ним в Польшу, а затем, возможно, и дальше на Запад (тут свои заморочки – он предлагает ей фиктивный брак, поскольку она – бывшая гражданка Польши и может получить разрешение на выезд, а его в Польше ждёт жена, которая спаслась из лагеря, но его не выпускают из Союза). Но Люба – наивная девушка, она не хочет покидать свою родину и места, хранящие память о её близких, она верит в светлое будущее, а ещё она не может пойти против своей совести и фиктивно выйти замуж. И тогда Яков решается бежать из Союза. Но попытка эта заканчивается плачевно.
Такой вот сюжет. А теперь более подробно о тонкостях сюжета, которых в рассказе немало.
Почему всё же Люба отказалась ехать в Варшаву? Что держит её в Советском Союзе? Как оказалось, понятие «Родина» включает в себя не только город, в котором родился и вырос, не только родные берёзки, которые в принципе одинаковы везде, но и такие вещи, как могилы предков, материальная память о них.
«Дрожа от холода и волнения, самой себе твердила, что ни в какой загс не пойдет и ни в какую Варшаву не поедет. Не сможет она жить в чужом городе, с чужими людьми, а главное — больше никогда не сможет ни побродить в сумерках по улочкам гетто, ни постоять у «их» дома с этой скрипучей лестницей, по которой поднимались и спускались мама, Сонечка, да и она сама. А в их дни рождения и в день рождения отца не сможет поехать в Понары, обойти все ямы».
Главные герои рассказа по национальности евреи, но еврейский вопрос здесь не главный. От войны пострадали люди всех национальностей. Подруга Любы – Альбина, литовка по национальности, рассказывает ей свою, не менее трагическую историю о том, как её родителей в 24 часа вывезли в Сибирь, и она потеряла их следы.
«Вдруг Любе пришло в голову, что ведь они с Пранасом [речь идёт об Альбине] тоже могут уехать. Хотя литовцы, но местные, тоже были гражданами Польши. И сказала это.
— Можем, — согласилась Альбина, — но не хотим. Все еще надеемся получить весточку от родителей. Надеемся, что они там, в Сибири, все-таки живы. В нашем бывшем доме теперь правление колхоза, а в доме родителей Пранаса живут другие люди. Он туда ездил и просил, если прибудет письмецо, переслать его нам. Оставил конверт с наклеенной маркой и надписанным нашим адресом. Да и зачем нам уезжать в чужую Польшу? Здесь же теперь Литва. Хоть советская, а все же своя. Только у вас, людей вашей национальности… — и не договорила. Но Люба поняла: видно, хотела сказать: «своей родины нет».
Вот и Яков считает, что все его беды именно от его национальности. Люба не хочет ему верить, у неё свой взгляд на жизнь, пусть незрелый, наивный, но свой.
«Этот человек — он совсем чужой, даже назвать его по имени не могла — нарочно ее пугал, что советская власть нас не любит. Ведь из лагеря ее освободила Красная армия. А он обижен на то, что потом его долго проверяли. Это, конечно, несправедливо. Но, может, оттого проверяли, что вначале он назвал не свою настоящую фамилию. Ее ведь тоже проверяли, и ничего. А что вместо паспорта выдали временное удостоверение на три месяца, так ведь после истечения срока это удостоверение продлевалось. Теперь у нее уже настоящий паспорт, как у всех. Правда, говорят, что там есть какой-то тайный знак или буква, означающая, что этот человек был у немцев, но это же ей не мешает».
Конец рассказа ставит очень яркую и жирную точку над всеми буквами «i». Не остаётся никаких иллюзий относительно того, что можно безнаказанно бежать из СССР. Подробности писать не буду, чтобы не портить удовольствия от прочтения. Кто захочет – сам прочтёт.
Этот материал ранее был размещён мною здесь.