В Острый переулок мы вернулись уже после обеда. Пока мы шли по улицам Краллика, Марв как будто воды в рот набрал – он наотрез отказался рассказывать нам о приключениях в Университете. Мне не хватало вечно мельтешащей и суетливой фигуры Олли, а мысли, куда он мог запропаститься, не давали покоя. Однако, судя по тому, как спокойно и уверенно шел механик, с приятелем все должно быть в порядке. Только когда мы зашли в старинное здание, Марв соизволил рассказать, что же случилось в библиотеке. Мы с мальчишками в голос смеялись, слушая повествование о том, как неудачно в коридоре появился смотритель зверинца и как Олли мастерски отвлек его. Похоже, у нас появится еще одна тема для статьи! Сбежавшие дракон, невидим и огненная змея – надо же было такое придумать!
Наконец, веселость немного спала, и Лу первым подумал о деле.
- Так что у тебя с механизмом? Нашел то, что искал?
- Конечно. – Марв кивнул и вытащил из кармана исчерченный блокнот. Бросив на него беглый взгляд, он произнес. – По сути, ничего сложного. Я смогу сделать что-то подобное примерно за месяц. Пока изготовлю все, пока подготовлю нужные документы, пока зарегистрирую изобретение в доме идей… Да, думаю на работу у меня уйдет месяц, или около того. И на этот раз с лицензией нужно будет быть очень внимательными! Университет на нас ополчится, в этом нет сомнения. И если они узнают, что у нас есть нелицензированное устройство для прогнозирования погодных явлений, могут вполне подать в суд. Нужны такие проблемы? Конечно нет! Так что подождем, пока я получу патент на изобретение. В доме идей меня уже знают, так что дело должно пройти гораздо быстрее.
Еще немного посидев, мы разошлись по разным углам. Марв пошел конструировать погодный датчик, Лу взялся за свою статью о заседании городской коллегии, Дирк что-то быстро строчил в углу, а мы с Руди занялись составлением статей. Как оказалось, мальчик знает все, что происходит в Потру и Республике, так что для меня он стал настоящей сокровищницей. Недолго думая, я взяла его в оборот, желая узнать как можно больше сплетней о городе. Мне приходилось то и дело просить его говорить медленнее, так как угнаться за его повествованием было невероятно трудно. Через два часа рядом со мной лежало пять листов, исписанных мелким почерком. Вспомнив мой жалкий листочек, во мне проснулось что-то подобное на стыд и злобу на саму себя.
Олли появился, когда за окном стало уже смеркаться. Он выглядел немного уставшим, но довольным как никогда. Вместе с ним вернулся и шум, в минуту разогнавший скопившуюся тишину. Светясь радостью, он вошел в залу. Руди тут же отвлекся от нашего занятия и подскочил к другу. Потрепав мальчика по голове, Олли громко проговорил:
- Вы, как я вижу, практически подготовили номер к печати? Отлично, а я принес материал для очередной статьи. Сможем ее вставить? Идите сюда, я вам интересности расскажу!
Развалившись в старом кресле, поставленном около печатного станка, юноша дождался, пока все соберутся в комнате, и начал рассказ.
- Хорошо, что ты, Лу, удержал нашу даму от попыток прорваться в Университет. Оказалось, что появление Марва в здании учебного заведения вообще не желательно и крайне компрометирующее. Кто же знал, что ученые могут соотнести нашего гения от механизмов с появлением очередного погодного определителя?
- Соотнесут, еще как! – проговорил изобретатель, весело смеясь. – У ректората на меня зуб, еще с тех пор, как они вышвырнули меня на улицу после прекрасно сданных экзаменов. Я же тогда много чего наговорил. Так что создание нового погодного механизма можно расценивать как месть за выброс на обочину жизни!
- Так или иначе, его появление в стенах Университета должно было остаться в тайне. Идем мы, значит, к библиотеке, а нам на встречу выходит какой-то парень. Я впихнул Марва в ближайшую комнатку, а сам присматриваться к этому человеку стал. У него в руках целая стопка книг про животных была, так что я решил, что он в зверинце работает. Я прямо в лоб спросил у паренька, что он может мне сказать про сбежавших из питомника животных. Боги былые и грядущие, даже не спрашивайте у меня, откуда я такой бред выдумал! Пока смотритель думал, я изо всех сил старался заговорить его. У меня это прекрасно получилось! Прям видно было, как у него с каждым моим словом глаза все больше становятся. Сначала я хоть немного соображал, что говорю, а потом язык совсем распустился и работал уже без моего ведома. Я как увидел, что Марв пробрался в библиотеку, решил, что надо этого студента-смотрителя как можно дальше увести. Вот и пошли мы в зверинец. По дороге я еще что-то говорил, уже и сам не помню что именно. А как пришли на место, так он в себя немного пришел, стал выпытывать кто я вообще, и кто позволил мне вопросы задавать. Ну а я что? Сделал непроницаемое лицо, и строго сказал, что я, мол, представитель общественности и первой газеты Краллика, расследую все происшествия города и докладываю об этом простым горожанам. Похоже, они действительно кого-то недосчитались, так как парень не на шутку испугался. Пришлось идти с ним в питомник, ждать, пока он пересчитает всех обитателей клеток. Кстати, огненные змеи такие интересные! Это никакие не змеи, а скорее ящерки, светящиеся изнутри желтым светом. Только если до них дотронешься – могут обжечь. Ну, в общем, драконы и змеи на месте все оказались, а вот с невидимами оказалось сложнее. Паренек надел какие-то черные очки, в которых можно было видеть птиц. Он и мне их примерить дал, и я действительно видел невидимов! Они такие большие, крупнее Хермиса. Они тоже все на месте оказались. Я извинился за причиненные неудобства и сразу сюда направился.
- Мы здесь уже два часа сидим. – Лу подозрительно посмотрел на друга. – Ты целых три часа извинялся перед потревоженным смотрителем?
- Нет конечно. Я два часа изучал невидимов и огненных ящериц. Кстати, а как ты справился, Марв? Эта то, что ты искал?
- Ага. – кивнул изобретатель, сидевший на стуле за печатным станком..
- А каким образом ты рассмотрел, что там находится? Такое большое расстояние между окнами… Неужели у тебя такое хорошее зрение?
- Зрение у меня ничуть не лучше, чем у тебя или у кого-либо иного. – Марв весело рассмеялся. – Невооруженным глазом там действительно ничего не увидишь. Но, не поверишь, по чистой случайности у меня было с собой вот это. Оставил в кармане после установки печатного механизма и совершенно забыл про них.
Он достал очки и протянул их мне, так как я сидела к нему ближе всех. Это была самая обыкновенная черная оправа с квадратными стеклами. Единственное отличие от обычных очков состояло в том, что линзы можно было менять – для этого в верхней части оправы располагались маленькие рычажки. Хихикнув, я надела очки на нос, и почти сразу почувствовала сильное головокружение - настолько сильное увеличение было настроено. Моментально закрыв глаза, я сняла оправу, и ее тут же забрали у меня из рук.
Олли вертел в руках очки, изучая их с детским интересом. Подойдя к нему, Марв молча передвинул рычажки линз, сделав минимальное увеличение. Олли нацепил очки на нос, и улыбнулся во весь рот. Казалось, его счастью не было придела. Он посмотрел на себя в полированный металл печатного пресса.
- А мне нравятся эти очки! – воскликнул он довольным голосом. – Я в них так солидно смотрюсь! Только вот непривычно, что все таким большим стало.
- Снимай их!
Я не смогла сдержать хохота, глядя на весело улыбающегося друга. Олли, да еще и в очках?! Однако, не стоит скрывать, они ему действительно шли. Стянув с него линзы, я встала рядом и сама их надела. Собственное отражение меня разочаровало – если на Олли очки смотрелись хоть и по-дурацки, но как-то органично, прекрасно дополняя его внешность, то я стала похожа на начальницу отдела женской поддержки дома справедливости.
Лу стянул очки прямо у меня с носа, и тоже посмотрел на свое отражение.
- Аккуратней, не сломайте мне их! – послышался где-то сзади тревожный голос Марва.
Лу поднял голову и строго посмотрел на друга. Вот кому очки по-настоящему подошли! Если Олли выглядел в них милым чудаком, я – как очень правильная девочка, то Лу был похож на ученого человека, который готовится сказать что-то умное. С серьезным выражением лица парень осмотрел всех собравшихся, и неожиданно расхохотался.
- Пожалуйста, не делайте больше таких лиц! – выпалил он, снимая очки и отдавая их владельцу. – Надо будет обзавестись оправой, она, похоже, творит чудеса. Если вы в миг успокоились и смотрели на меня как на строго воспитателя, то какой же эффект она будет иметь при переговорах? Теперь мы с вами люди серьезные, может, со временем займем свое место и в городском совете. Давайте я буду нашим представителем? Как приду в собрание, как свергну глазами из-под очков – и никто слова лишнего мне сказать не посмеет! Кстати, давайте возвращаться к делам. Олли, не хочешь записать, о чем вы с тем смотрителем говорили?
- Почему бы и нет. – юноша растянул губы в ухмылке. – Только предупреждаю, там тот еще бред!
- Ничего страшного, разместим в конце, народ посмеется вместе с нами. – я уже придумывала как можно назвать тот случай, который произошел в коридоре Университета. – Поверь мне, то, что я услышала про падение метеорита в огороде фермера, обладает не большим количеством логики.
- Если в газете будут сухие факты, ее никто не захочет покупать. – заметил Дирк. Он единственный отказался примерять очки, зато нацепил их на братишку. – Вот такая искорка сплетен будет полезна, она как глоток жизни в пустыне официальных новостей. Даже такой бред, как сбежавшие дракон и невидим, освежат скупую информацию про заседание городской коллегии и разгон митинга на площади дома справедливости. Как думаете, мы сумеем напечатать номер к завтрашнему дню?
- Завтра точно нет – сейчас уже вечер, а мы только с материалом определились. – задумчиво протянул Марв, бросив короткий взгляд на часы. –Что нам надо сделать? Пересмотреть то, что имеется, это раз. Решить в каком порядке будут идти новости, это два.
- Отредактировать весь сегодняшний материал. – добавил Лу. – Я сам этим займусь, пока вы будете пересматривать уже готовое. Что еще?
- Напечатать все это, в смысле, набрать текст. Думаю, с этим лучше всего справится Ника, у нее быстрее всех получается нажимать на буквы. Потом, когда текст будет набран, надо будет напечатать его на бумагу. Это займет как минимум часа три, но можно будет просто оставить автомат на ночь, он сам все сделает.
- А потом еще надо будет сделать из листов единую книгу. – сказала я, вспомнив, что еще не хватает нашей газете. Однако Марв покачал головой.
- Ну, сейчас это не обязательно. Если получится три-четыре листа, а на такой объем я и рассчитываю, можно будет просто пронумеровать страницы и сложить. Да, они будут расходится, но для начала сойдет. Вот когда у нас будет много новостей в каждом номере, тогда и начнем сшивать.
Один вопрос никак не давал мне покоя. Что мы упускаем? Чего еще не хватает газете? Новости, это понятно, это есть. Редактирование, верстка, печать… Что еще? На что читатель будет перво-наперво обращать внимание, едва взяв в руки газету? Мысль еще вертелась у меня в голове, когда Лу озвучил ее:
- А как мы назовем наше детище? Не может же она называться просто газета. Надо придумать какое-нибудь название, емкое и запоминающееся, чтобы сразу в глаза бросалось.
Все задумались. Наконец, один за другим, капля за каплей, потек ручеек идей:
- Может, назовем просто «Новости»? – первым высказал мысль Марв.
- Нет, по-моему, как-то незаметно очень. Ну новости и новости, ничего особенного. – Дирк начал ощущать свою стихию. – «Городской вестник» звучит гораздо интереснее.
- А я бы предложил вариант «Обозреватель Краллика». – Олли тут же принялся спорить с приятелем. Как ни странно, обычно тихий и спокойный Марв присоединился к парочке.
- Да нет, звучит уж очень пафосно и длинно, лучше что-нибудь покороче. Например, «Литера».
- Почему именно «Литера»? – все с изумлением посмотрели на изобретателя.
- Потому что буковки, с помощью которых набирается текст, называются именно литерами. Почему бы не назвать так газету?
Лу не стал оставаться в стороне, и с удовольствием присоединился к обсуждению.
- Идея не плохая, но, мне кажется, простой горожанин не поймет ее смысла. Может, назовем «Слова и Слухи»? Хотя нет, забудьте, мне самому этот вариант не нравится. Вот «Жизнь города» звучит интереснее.
- А давайте просто «Краллик» назовем? – подала я голос, однако мои слова потонули в гомоне приятелей.
- «Новости Краллика»?
- Нет, «Алемская газета»!
- У тебя есть новости из всей страны? Нет, мы собираем информацию только по Краллику, так что пока не стоить в названии пока про всю страну упоминать, а то нас, чего доброго, еще неправильно поймут.
- Ладно, Алем пока не трогаем, шерстим по Краллику. Может, «Бело-черный»?
- «Бело-черный»? Марв, ты какие-то странные идеи придумываешь! Почему именно «Бело-черный»?
- Ну смотри. У нас же газета печатается черными чернилами на белой бумаге. Когда напечатаем, получатся бело-черные листы. Так и назовем, почему бы нет?
- Идея, в принципе, не плохая. Но опять же, давайте пока отложим ее. Не стоит настолько шокировать публику, это же первая газета Краллика, горожане могут и не понять.
- Как вам вариант «Известник»?
- Можно и лучше что-то найти. «Кралльский Глашатай»?
- «Время Краллика»?
- «Колокол»?
- «Докладчик»?
- «Сорокин Клюв»?
- Марв, кончай выдавать странные идеи! Еще раз повторяю – должно быть лаконично и понятно, а ты такие мысли озвучиваешь, которые даже нас путают! Давайте лучше назовем газету «Истории Краллика»!
- Нет, лучше «Слова».
- А еще лучше «Вести и Слухи»
- А почему бы не назвать просто «Первая газета»? – выпалил Олли. Они с Дирком уже начали затевать очередной безвыходный спор, я вместе с Лу и Марвом старательно оттесняли этот неизбежный момент. Но вот Оливер предложил то, от чего словесная перепалка мгновенно прекратилась. Парень понял, что близок к успеху, и постарался закрепить его. – Мы же действительно делаем первую газету, почему бы так и не назвать? К тому же, когда у нас появятся конкуренты, такое название будет нас выгодно отличать.
Все замолчали, как будто пробуя на язык такое название. Олли прав: когда рано или поздно появятся другие газеты, издание с названием «Первая газета» все еще будет привлекать внимание хотя бы верхней полосой. Я сразу представила, как красиво можно будет напечатать эти слова. «Первая газета». Что и требовалось: просто и лаконично, броско и привлекательно.
- А может… – скорее по инерции начал Дирк, но его тот же оборвал механик.
- А может не может? Хорошее название, как раз то, что нужно! Предлагаю голосование. Кто за «Первую газету»?
В воздух взметнулись четыре руки. Поняв, что продолжать спор бессмысленно, Дирк с улыбкой проговорил.
- Что, я в меньшинстве? Можно ведь еще подумать, еще что-нибудь интересное найти.
- Да ладно тебе, лучше «Первой газеты» мы ничего не найдем! Вон, уже полчаса спорим, и, заметь, это - самый лучший вариант. – проговорила я счастливым голосом. Было понятно, что парень уже и сам всем существом хочет прекратить перепалку.
- Хорошо, раз вы считаете, что «Первая газета» будет хорошим вариантом – то так тому и быть!
Олли буквально светился от удовольствия. Парнишка купался в собственной гордости – еще бы! Наше детище, самая первая газета Алема, стала носить имя, придуманное им! Благодаря этому самолюбие Олли, и без того не знавшее границ, взлетело до небес.
Еще немного поболтав между собой, мы снова вернулись к делам. Лу, как и обещал, принялся изучать написанные нами статьи, в то время как остальные, собравшись в углу, принялись решать, что за чем стоит расположить. На мое счастье, эта тема приятелей особо не интересовала, поэтому очередной спор так и не назрел. Решили, что на самом видном месте должна находиться статья про заседание городской коллегии, как-никак большое, важное событие, затем описание неудавшегося звериного побега, половина мелких заметок, митинг, камень и остальные заметки. Все предложения делала я, а мальчишки со всем охотно соглашались.
К обеду следующего дня материал уже был готов, и теперь рукопись терпеливо ожидала, когда же ее перенесут на тонкие, шуршащие листы газеты. Оказалось, что у нас собралось шестнадцать рукописных листов.
Мы собрались около печатного пресса, и обсуждали, что же делать дальше.
- А этого не слишком много? – спросил Дирк, критически оглядывая мелкий почерк.
- В самый раз! – проговорил механик, которого только с третьего раза смогли докричаться из подвала. – Думаю, на четырех страницах уместимся… Тут же почти все маленькое, только рассказ про заседание городской коллегии и про митинг большие. Это будет основная информация, а маленькие рассказики посередине вставим.
- Уверен? Ну ладно, тебе виднее. Ну что, принимаемся за печать? Думаю, эту работу лучше Нике поручить – она же говорила, что умеет с наборной кассой обращаться, вот пусть и набирает текст.
Спорить с Дирком я не стала. Согнав Олли со стула, стоявшего около печатного автомата, я внимательней изучила блестящие, латунные буквы. Алфавит шел по порядку, однако что-то внутри меня говорило – это не удобно. «Надо будет скорректировать наборную кассу таким образом, чтобы буквы шли в по-другому… Марв расставил их в алфавитном порядке, но так не должно быть… Нет, нужно, чтобы самые часто используемые буквы располагались близко друг к дружке, чтобы до них тянуться не нужно было… Интересно, откуда я все это знаю? Ладно, пока что и к этому привыкнуть можно, но нужно будет поговорить с Марвом на эту тему»
Ожидая, пока Марв спустится вниз и даст команду к началу печати, я разложила перед собой листы с материалом для будущего номера газеты. Почерк у Лу был красивый, круглый и легко читаемый, а вот про свои каракули я такого сказать не могла.
Наконец, снизу донесся голос механика:
- Можешь начинать!
Показатель с размером шрифта был выставлен на максимум, буквы должны были получиться просто громадными. Едва услышав откуда-то снизу голос друга, я несколько раз повернула шестерню, отвечающую за размер букв, и в небольшое окошечко, вмонтированное прямо в консоль, выкатилась буква Х. Мне показалось, что такой шрифт все-таки слишком большой, и я еще немного повернула зазубренное колесико. На экране появилась буква А. Вот такой размер мне подходит!
Мальчишки столпились у меня за спиной, наблюдая, как я работаю. Улыбнувшись, я быстро набрала название статьи. «ЗАСЕДАНИЕ ГОРОДСКОЙ КОЛЛЕГИИ ОТ 15 МАРТА 64 ГОДА 10 СТОЛЕТИЯ: ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ, КАСАЮЩИЕСЯ ВСЕХ ЖИТЕЛЕЙ КРАЛЛИКА». Лу прекрасно сумел отшлифовать разрозненные кусочки информации, собранные нами, и сделать из всего этого единую картину. Набирая текст, я поражалась, какие удачные выражения использовал парень. От статьи к статье я все больше понимала, что именно он будет редактором «Первой газеты», ведь и мои статьи, и Олли прошли его редакцию, и сейчас буквально играли новыми красками.
На набор текста ушло больше трех часов, я и подумать не могла, что придется напечатать так много. Зато через эти три часа пальцы уже запомнили расположение букв, и я писала, совершенно не глядя на клавиатуру консоли. Скоро мальчишки разошлись по углам, занятые каждый своим делом, и лишь Олли остался со мной, притащив еще один табурет, и как завороженный наблюдал за танцем пальцев по клавишам.
Когда последняя заметка была написана, я устало потянулась, и, чтобы размять затекшую спину, спустилась в подвал дома. Бывать там часто у меня не получалось, я видела его только пару раз, и с каждым моим приходом он все больше и больше преображался. Если в первое время он походил на склад строительных материалов, то теперь это была самая настоящая мастерская. Все здесь находилось в творческом беспорядке, особенно полки вдоль стен. С потолка тянулись непонятные железяки, провода и прочие приспособления, необходимые для работы печатного станка. Марв стоял в углу, держа в руках тонкий пласт металла, на котором было оттиснуто то, что я так долго набирала. Всего было четыре таких листа – четыре страницы газеты. Увидев меня, механик улыбнулся.
- Все идет как задумано! Механизм сам поймет, как надо печатать, я только настрою, и утром у нас будет свежая партия «Первой газеты». Как, кстати, мы ее продавать будем?
- Лу и Дирком пошли договариваться с владельцами книжных магазинов, но, наверное, нам придется самостоятельно ходить по городу, и предлагать всем желающим всего за четверть двирма узнать о всех актуальных новостях. – тяжело вздохнула я. Мне не казалась радужной идея ходить по перекрестам и во всю глотку расхваливать газету. – А куда деваться? Но, хочу обрадовать, мы продадим только половину всех газет. Остальное возьмут несколько книжных лавок и лотков, остальное ребята, вроде как, должны пристроить у книжников.
- Ну да, это прекрасные новости. – пробормотал Марв, что-то сосредоточенно настраивая, подтянувшись, насколько это возможно. Обычно, чтобы изменить настройки какого-то механизма, приходится нагибаться, а вот в нашем печатном станке все было наоборот: механик седлал так, чтобы при настройках человек не нагибался, а работал стоя.
Я не стала больше мешать Марву с его работой: помощь ему не требовалась, да и компания тоже, а отвлекать человека от любимого дела мне совершенно не хотелось. Вернувшись в зал правого крыла дома, я поняла, что друзья еще не вернулись, все еще ища места, где можно было бы реализовать «Первую газету». Во всем здании было тихо и спокойно, и даже неугомонный Олли что-то сосредоточенно печатал. Механизм не был соединен внизу с металлическим оттиском, поэтому парень писал просто в воздух. Но и это было полезно – насмотревшись на мою работу, Олли загорелся желанием поскорее научиться печатать с такой же скоростью.
Я подошла к окну и сквозь щель выглянула на улицу. Было уже темно, но лишь в некоторых окошках горел свет. Я подумала о том, что уже завтра результат долгой, полугодовой работы сможет оценить весь Краллик. Сколько всего произошло с того летнего вечера, когда я впервые заговорила с Марвом про печатный станок! А совсем скоро в нашем издании появится и первый общедоступный прогноз погоды! Да, конечно, будут большие проблемы с Университетом, но я ни капельки не сомневалась, что и эти трудности мы преодолеем. А как можно распространять газеты помимо как в магазинах и лавках? Вариант каждый день выходить на улицы Краллика меня совершенно не улыбался. Я долго думала над этим вопросом, глядя на город и слушая мерный стук клавиш. По переулкам носились дети, что-то громко крича и смеясь. Дети… Воспитанники улиц, бесцельно бегающие и временами подворовывающие, лишь бы не голодать. Вдруг у меня в голове зажглась идея: а что, если попросить Руди привести своих друзей, которым можно доверять? Неплохая идея! Платить детишкам чисто символическую плату за то, что они будут продавать газеты. Я очень надеялась, что мое предложение всем придется по вкусу: было видно, с какой неохотой Марв воспринял новость о том, что завтра надо будет опять выходить на улицы Краллика и кричать на каждом перекрестке: «Покупайте «Первую газету»! Совершенно новый способ получать информацию! Всего четверть двирма!».
Краем глаза я заметила, как к дому быстрыми шагами приближаются две фигуры. Так как Джек просил не очищать фасад дома, некоторые стекла, которые мы не поменяли, так и остались мутными от грязи, и фигуры казались абстрактными пятнами, не поддающимися описанию. Но вот дверь в холле распахнулась, и в зал ввалились сияющие Лу и Дирк.
- Можете нас поздравить! – громко сказал бывший лекарь. – Еще три книготорговца согласились завтра продавать «Первую газету»! Итого, продажи будут осуществляться в семи точках по всему Торговому кварталу и еще две на Мосту Монетчиков.
- Замечательно! – Олли поднял голову от консоли и, поднявшись с места, подошел к другу. – Разделим между ними половину тиража, а остальное будем сами продавать. Я правильно понимаю, что завтра опять вставать ни свет ни заря?
- Правильно, братишка! – проговорила я со смехом, оторвавшись от окна и подойдя к друзьям. – Привыкай, теперь часто придется так вставать. Ну а чего ты хотел? Свое дело требует жертв!