Самым большим озарением за прошлый год для меня стало понимание, что я могу говорить.
Понятно, что болтать меня научили года в два, и с тех пор так никто и не смог заткнуть. С этим у меня проблем как не было, так и нет, но вот как будто бы я говорила много, но все не о том.
Я могу часами болтать, поддерживать разговоры, кивать и высасывать тему из пальца, а small talk – вообще моя короночка.
Но сейчас я понимаю, что зачастую в этих разговорах было мало меня.
Мне всегда так много хотелось сказать, но озвучивала я из этого так мало. Мой фильтр «хорошей девочки» пропускал в мир лишь толику безопасных слов, при которых я не разочарую, а останусь при своих. Быть хорошей для всех – это еще и про то, чтобы говорить то, что ждут, а не то, что жжет язык.
Как сильно эмоциональный человек, я всегда готова кричать во весь голос о том, что вижу и ощущаю: о благодарности, о красоте, о любви, обо всем эстетически приятном для моего сердца.
Зачастую мне хочется поделиться со всеми своим счастьем, каким-то открытием, осознанием или новостью, причем абсолютно искренне и по-детски. Без хвастовства. Потому что это не про гордыню, это про желание разделить. Когда этого счастья, благодарности внутри так много, хочется, чтобы его ощущали все.
А иногда я просто вижу красоту в человеке – внутреннюю или внешнюю, в поступках или движениях – это не важно. Просто я вижу прекрасное и ловлю мурашки по телу и жгучее желание выпалить это, вывести на свет.
Так вот, фильтруя слова через «хорошесть» и свое личное представление об идеальной мне, я часто молчала в тряпочку. И если с частью слов, которые очевидно могут быть опасными, и даже без «хорошей девочки» должны быть оставлены внутри ради всего доброго и светлого, то с невысказанностью других слов я сейчас категорически не согласна.
Честно говоря, я и тогда была не согласна, внутренний ребенок внутри меня сильно бунтовал в такие моменты, считая это предательством: опять решила за всех, а о себе не подумала – хотела и не сделала – и где в этом ты?
Такой, казалось бы, чистый порыв, который в момент заталкивался мною подальше по причине ненужности. Бабуля внутри меня, ловко орудуя фразами типа «Не высовывайся!», сразу же брала меня в оборот и не оставляла ни малейшего шанса действовать иначе. Ляля пыталась возбухать, но кто же ее слушал.
В мгновение срабатывала нейронная связь: не мешай людям, у всех своя жизнь, твои откровения и умозаключения нужны примерно никому. Чувство неудовлетворенности оставалось послевкусием. Да и счастье было прожито не до конца, ведь я не смогла им поделиться.
Я просто тогда не понимала, что говорить, нести искренность через слово в моем случае – это не желание, не то, что я могу делать, а могу и нет. Это потребность.
Возможно, я и дальше бы с завидным упорством заталкивала в себя поглубже то, что другим могло дать свет, если бы однажды я не рассказала о своем «молчании» одному человеку и не получила бы в ответ примерно следующее: «А если все ровно наоборот?».
Вся мысль сводилась к простому: а что, если я, замолчав, лишаю других что-то узнать, услышать, осознать? Думая за всех заранее, я пытаюсь сделать лучше, похвально (на самом деле нет), но как Я могу решить за кого-то, что ЕМУ лучше?
И тут меня озарило. Как глупо играть во всемогущество и считать, что именно я знаю истину. И что она одна для всех. И что другим будет лучше так, как решила я. Очень наивно. Кажется, именно это про гордыню, а вовсе не про искренность.
И с этого момента жизнь заиграла новыми красками. Каждый мой робкий шаг в виде впечатления, которым поделилась, комплимента, которым открыто передала то, что думаю, каждый мой маленький, но искренний шаг приводил меня к неизменной благодарности извне. К временами бурной, а местами и трогательной реакции.
Я с удивлением обнаружила, КАК людям не хватает этой искренности и как сильно многие ее ждут. Как много благодарности в глазах и словах людей, когда ты им открываешься.
Оказалось, что мое искреннее и внезапное желание сказать доброе слово может поддержать человека в самую трудную минуту, о которой я и не догадывалась. Молчаливо проходя мимо, я теряла очень важное: а что, если я не случайно встретилась на пути, что, если я должна была сказать?
И самое главное, что помимо благодарности извне, я теперь каждый раз слышу еще одно «спасибо». Светлое и очень наполняющее. Детское, поднимающееся теплой энергией откуда-то изнутри меня самой. Ведь фактически этот порыв рождается там, его бережно формирует ребенок внутри каждого, но потом, под критикой опытного взрослого, порыв отбрасывается подальше.
Когда я была ребенком, никаких фильтров не было. Слово возникало и произносилось в миг. Как же занятно, что под влиянием возраста, я стала нервно одергивать себя за каждый нестандартный порыв, опасаясь показаться странной и неудобной, как будто бы искренность стала считаться несдержанностью.
Если бы я сохранила этот детский взгляд, то я бы знала,как люди расцветают от искренности, от порыва доброго слова, от чистой эмоции! Какие грани открываются, с каких забытых чувств в миг стирается пыль.
Так банально и просто: произнося то, что горит внутри, я этим выбираю себя, проявляю доверие к себе. А также своим словом я наполняю сосуд человека, поскольку слово всегда попадает в цель, если заряжено искренностью. И в ответ я получаю благодарность, которая наполняет и мой сосуд.
Это 2:1 в мою пользу. Получается, что искренность – это самая лучшая инвестиция, это больше, чем джек-пот.
Именно это я называю круговоротом добра.