Блистательная буффонада Геннадия Полоки долгое время была запрещена к показу – киноиндустрию как раз очищали от заполонившей экраны эксцентрики в духе Мейерхольда.
Автор материала Михаил Дряшин
Все эти несуразности вроде «Последнего жулика», «Человека ниоткуда», «Айболита-66», «Похождений зубного врача» того заслуживали. Но с водой выплеснули здорового ребёнка. На большие экраны фильм вышел с опозданием почти на 20 лет.
К началу съёмок Полока успел прогреметь на всю страну постановкой «Республики ШКИД». А в основу «Интервенции» взял пьесу одессита Льва Славина. Но отстранился от первоосновы, иронизировал над ней.
Говорят, Славин был недоволен. Он, похоже, писал сюжет о противостоянии большевиков и белых с искренним пафосом. На экране же увидел ослепительную стилизацию, чистой воды формализм. Причём притягательный для публики – с песнями и плясками, Высоцким, Юрским, Копеляном, Толубеевым, Золотухиным, Аросевой.
Совершенно безыдейный получился фильм. Как представление в цирке, где только ухахатываться да замирать при кульбитах эквилибристов.
Единственный серьёзный момент – берущая за душу песня в исполнении Высоцкого.
Передёргивание, постмодерн, игра в пролеткульт 1920-х. Зато актёры поработали от души. Они на съёмки приезжали покуражиться.
Цензоры издёвку почувствовали и балаган признали вредным. Слава богу, хотя бы не уничтожили.
Актёры пытались свалять дурочку, написали коллективное письмо: дескать, хотели «возродить принципы и приёмы, рождённые революционным искусством первых лет советской власти». Но лукавый прогиб не был засчитан, цепные псы режима оказались въедливы.
Геннадий Полока, кажется, с запретом этим сломался. Что он снимал потом – не сразу вспомнишь. В голове только «Республика ШКИД» да «Интервенция».
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.