Я положила трубку и уставилась на Ташу.
- Я не умею кататься на роликах. Да и самих роликов у меня нет!
- У меня есть. – Ответила Таша. Давай ключи от своей квартиры – я сгоняю и принесу тебе вещи.
Через пять минут она уже командовала: Так, вот эти брючки-дудочки надень, вот эту футболку, а вот эту спортивную кофточку завяжи на бедрах. Быстрей, одевайся! У меня есть всего двадцать минут, чтобы научить тебя кататься.
Я напялила на себя всё, что мне дала Таша, расправилась со всеми липучками для роликов, обула их и встала на ноги. Таша крутилась возле меня и осматривала, как статую.
- Вот этот шарфик повяжем, а волосы быстренько заплетай в косички.
- Ты с ума сошла? Какие косички? Мне скоро тридцатник стукнет!
- Быстро, я сказала. Времени нет.
Она разделила волосы пробором надвое и стала заплетать одну косичку. Мне пришлось заплести вторую.
- А теперь на улицу, быстро!
Я еле-еле проковыляла к лифту, мы спустились вниз и Таша вместо того, чтобы начать меня обучать кататься на роликах, кинулась к клумбе с цветами и сорвала темно красную астру.
- Вот чего не хватало для полного образа, - и воткнула мне в голову.
- Ты меня будешь учить кататься? – не сдержавшись, крикнула я.
- Это очень просто. Отталкивайся одной ногой, да, вот так, а другую вытягивай и весь вес переводи на другую ногу. Вот так, молодец. Ты, наверное, на коньках умеешь кататься?
- Да, - ответила я, - три года занималась фигурным катанием, пока моим родителям не сообщили страшную новость – явного таланта у меня к этому нет. И тогда они сосредоточились на иностранных языках.
- Ну и молодцы. Ты стоишь замечательно. И двигаешься тоже прилично. Прям настоящая фигуристка! – похвалила меня Таша.
У меня действительно получилось с первого раза.
- Только с горки не катайся, а то убьёшься. Только по прямой. Да, молодец. Ну что? Ещё пятнадцать минут у тебя есть. Я иду наверх, чтоб он не дай Бог меня не заметил, а ты катайся тут. И помни главное: улыбайся, притворяйся, что безумно счастлива, ни в коем случае не унижайся перед ним...
- Интересно, о чем он собирается со мной поговорить?
- Есть только два варианта: либо он хочет помириться, либо будет просить подписать все бумаги на развод.
- Что?
- Хорошо, что я тебя предупредила, а то вид у тебя жалкий. Если попросит развод – улыбнись и скажи, что в любое время, в любом месте.
- Не смогу, - захныкала я.
- Сможешь. Представь себе, что у тебя есть другой. Которого ты обожаешь. А этот, так... просто доставучка, которая мешает тебе стать счастливой.
- Да я когда его вижу теряю дыхание!
- Теряй всё, что хочешь! Но только не чувство собственного достоинства. Поняла?
- Да, - вздохнула я, - то есть нет.
- Вот и хорошо! Всё, я убежала, катись, не стой на месте!
- Когда я вернусь, чтоб пельмени были готовы, поняла? – крикнула я вслед подруге.
- Да, моя госпожа, - хитро улыбнулась Таша и нырнула в подъезд. А я проехала к набережной и стала там кататься взад-вперед. Через минут пять увидела Кирилла.
- Шикарно выглядишь! – он подошел ко мне ближе, и как Таша разглядывала меня со всех сторон, так и он, взяв за руку, прокрутил вокруг себя, внимательно рассматривая.
- Спасибо, - еле прошептала я и почувствовала, что покрываюсь краской стыда.
- Хотел с тобой поговорить. Только вот не знаю где. Рестораны и кафешки ты презираешь...
- Я? Презираю? С чего ты взял? - спокойно возразила я, - тут за углом пиццерия есть, мне она очень нравится. Может, пойдем?
- Ты меня что, решила добить сегодня? Модные брючки, косички, ролики, теперь ещё и пицца?
- Хватит ныть, поехали туда! – и я оттолкнулась и покатилась к пиццерии.
Официант меня узнал, улыбнулся и на мое счастье спросил:
- Всё ту же пиццу с беконом и анчоусами?
- Да, и капучино, - машинально ответила я и взглянула на Кирилла.
Он действительно был шокирован.
- Мне пиццу с морепродуктами, если есть и эспрессо.
- Итак, о чем ты хотел поговорить? – я улыбнулась и поправила цветок в волосах.
- Да так, просто, - промямлил он.
- Искал предлог как меня увидеть?
- Нет, я хотел о разводе поговорить, – ответил он негромко.
- О разводе? Не вижу никаких проблем. Подавай на развод, я приду, распишусь, где надо и мы навсегда перестанем быть мужем и женой. – Сказала я, улыбаясь, хотя мне было совсем не до улыбок. Хотелось разреветься от обиды. Единственное, что меня останавливало – что он говорил о разводе с настороженностью и нерешительностью.
- Договорились, - согласился он, но потом взглянул на меня как-то по-доброму и спросил: - Ну как ты, вообще?
- Всё отлично, – соврала я. – А ты как?
- Тоже хорошо.