Казалось бы, правильно — «нервопатолог», но нет. А происходит такая «путаница» из-за греко-латинского парадокса. Что это такое, разбирался aif.ru
Наверное, каждый хоть раз ошибался в слове «невропатолог». И это неудивительно: врач, который лечит неРвы, называется будто бы неправильно. Почему так получилось — разбирался aif.ru.
«Это греко-латинский парадокс. Термины с корнем "невро-" и "нейро-" — греческого происхождения, от neuros — "нерв". А корень "нерв"- пришел из латинского языка», — объясняет Анна Комышкова, кандидат филологических наук, доцент Мининского университета, автор телеграм-канала «Русский для мозга».
По словам филолога, в латинском языке произошла перестановка звуков, которую лингвисты называют «метатезой». Результат — наличие двух закрепившиеся вариантов: корней «нерв» и «невр», которые в дальнейшем «разошлись» по европейским языкам, объясняет Комышкова.
«Латинский вариант с метатезой является заимствованием из греческого, а вот в русском закрепились оба, придя из французского языка. В котором neuropathologue — невропатолог, а nerf — нерв», — объясняет филолог.
Впрочем, «невропатолог» — не единственный пример слова с перестановкой.
«Например, слово "тарелка" в текстах 18-го века выглядело как "таЛерка". Именно в таком виде корень пришел в русский из польского языка (talerz), а восходит он к латинскому taliāre — "резать"», — поясняет Анна Комышкова. Однако со временем в русском языке закрепился вариант «таРелка».
А ещё из-за метатезы мы по-другому пишем слово «работа».
«Метатеза была свойственна праславянскому языку. Системно менялись местами звуки в определенных сочетаниях. Например, "ор" переходило в "ро" или "ра" в начале слова. Самый яркий пример такого славянского наследия в русском — слово "работа" (древнерусское "робота"), которое восходит к индоевропейскому *orbhos. Тот же индоевропейский корень содержит немецкое аrbeit», — поясняет филолог.
По словам специалиста, часто перестановка звуков происходит в детской речи или в диалектах, например: «сингал» вместо «сигнал» или «ведмедь» вместо «медведь», объясняет Анна Комышкова.
«"Нельзя ли у трамвала вокзай остановить?" у Маршака — это тоже пример метатезы, только в речи художественной», — говорит филолог.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ