Начало:
Домой я вернулся абсолютно не в себе. А вечером вышел в сеть. Лилия была там. И мы снова общались, как и прежде. И я поражался, насколько она молода душой. Но на просьбу прочесть ещё что-нибудь своё, она ответила резким отказом. И тогда я, сам того не ожидая, попросил ещё раз встретиться в реале. Она долго молчала, но потом согласилась. И мы встретились, и снова бродили по городу, и она читала свои стихи… Я рассказывал о работе, пытался расспросить и её, откуда у неё такие познания в программировании, но она сказала, что устала и расскажет завтра. А назавтра я и сам забыл об этом, и мы говорили о музыке.
А после этой третьей встречи она исчезла. Совсем. На форуме её не было, в аське тоже, а когда я подошёл к знакомой парадной, оказалось, что за вычурными дверями особняка – коридор, ведущий в проходной двор, каких много в нашем городе.
К концу недели я понял, что со мной что-то не в порядке. Образы реальной пожилой женщины и девушки-лилии объединились в моём воображении, словно сотканные из бриллиантовой паутины стихов. Я не знал, чего я хочу, и как назвать то, что я чувствую.
Я просидел ещё два дня в ожидании отклика, а потом решил поделиться своей проблемой с Витькой, моим другом детства и соучредителем нашей маленькой дизайнерской фирмы. Я понимал, что зря это делаю, потому что он давно пытался сосватать мне свою сестру Катерину, которую из-за властного характера и привычки всеми командовать, я прозвал Екатериной Великой. Я много раз пытался объяснить Витьке, что люблю в женщинах нежность и тихий нрав, но он не оставлял надежды сделаться моим шурином.
Зачем я ему это рассказал? Как можно объяснить, почему я, вполне нормальный до этого момента, обеспеченный, образованный, пользующийся успехом у противоположного пола, тридцатилетний мужчина «запал» на старуху. Да так, что нет мне ни сна, ни покоя. Витька смотрел почти брезгливо.
- И ты поэтому всю неделю не показывался в офисе? «Поработаю дома»… Нет, я бы понял, если бы она была «звезда» типа Пугачихи, а так… бабушке просто скучно стало. А денег она у тебя не просила?
Я уже пожалел, что рассказал ему. Витька, видимо, что-то прочёл на моём лице, потому что распалился окончательно.
- Никогда не думал, что ты, - он поискал слово, - геронтофил!
Дверь за ним с шумом захлопнулась. Я опять уткнулся в монитор.
Всё. Завтра пойду к психологу. Я двинул мышку, чтобы убрать заставку и выключить комп, но увидел, что окно «аськи» мигает жёлтым. Она! Сердце словно обдали жидким азотом. В ответ на мою длинную тираду, она коротко назначила встречу на завтра всё в том же кафе.
Я купил букет белых лилий, и примчался заранее. Сел за столик и стал ждать. На мостовой красавец-голубь выделывал замысловатые «па» перед голубкой. Я засмотрелся на них, и не сразу заметил, что рядом кто-то стоит. Девушка. Пепельные длинные волосы, почти чёрные глаза из-за расширенных зрачков. Наркоманка? Подошла поклянчить на дозу? Не похоже.
Она села на стул напротив и заговорила.
- Дима, простите меня. Это я во всём виновата. Я воспользовалась бабушкиными стихами, а когда поняла, что именно их Вы и ждёте от меня, то смалодушничала. Я умолила Лилю (меня назвали в честь бабушки, но чтобы отличать, я – Лилька) сходить вместо меня на встречу. Она была такой счастливой, и так рассказывала про ваши прогулки! Я, дура, даже приревновала. Никогда себе не прощу. В компьютере она совершенно не разбирается, даже не знает, как его включить. Не знала… Её больше нет, Дима! Врачи давно готовили нас к тому, что с её слабым сердцем это может случиться в любой момент. Когда её забирала «скорая», она попросила меня встретиться с Вами и предать вот это.
Она протянула мне тоненькую тетрадочку. Стихи.
- Я уже удалила ваш номер из аськи, и на форум я больше не приду. Если бы Вы знали, как больно… Простите, и…забудьте…
Девушка коснулась моей руки таким знакомым жестом, повернулась и пошла к проспекту. Я смотрел ей вслед. Сейчас она смешается с пёстрой толпой, и я никогда не узнаю, как она улыбается – вздёргивается ли при этом так же смешно её верхняя губа. И никто не расскажет мне о том, какой была Лиля… Я вскочил и кинулся следом. Напуганные голуби, громко хлопая крыльями, взмыли ввысь.
