Сразу хочу предупредить уважаемых читателей, что это – не аналитическая статья, дабы заглавие не вводило в заблуждение. Просто в отпуске познакомился с биографиями победителей Куропаткина – маршала Оямы, генералов, Нодзу, Куроки и Ноги.
Все они родились в 1840-е, еще при сегунате, то есть в сравнительно патриархальной Японии, с восприятием России как нечто неизмеримо более могущественного, нежели их Родина. Об этом, например, свидетельствует реакция официальных японских властей на покушение, совершенное 1891 на будущего императора Николая II, когда сам микадо навестил – немыслимое доселе дело – наследника русского престола на борту крейсера «Память Азова», на котором цесаревич собственно и совершал свое кругосветное путешествие.
Хотя японские монархи до этого не ступали на борт «варварских» кораблей. Но даже невооруженным глазом видно при чтении научно-популярных работ и отрывков из воспоминаний, как в империи Восходящего солнца были откровенно встревожены покушением. Россия и без того давила нависавшей над островами мощью – пусть отчасти и кажущейся.
И тут-то на тебе. Война против такого противника. И дело не в политической аспекте и так называемой Тройственной интервенции – своего рода ответе Германии, России и Франции на Симоносекский договор Японии и цинского Китая, ставшего результатом поражения последнего в войне с империей Восходящего солнца 1894 – 1896 годов. В итоге помянутой интервенции Симоносекский договор был пересмотрен и не в пользу Токио, после чего война с Россией во многом стала неизбежной.
Но то политика. Японцы, да, готовились. И серьезно. Даже в долги залезли. А Ояма даже планировал устроить нам «Седан», не напрасно ж он находился при прусских войсках в ходе Франко-прусской войны 1870 – 1871 годов. И все же.
И все же, насколько сами японские военачальники верили в успех, который для них самих стал полной неожиданностью – во всяком случае, в плане масштабов?
Игорь Ходаков
Если Вам понравилась статья — подписывайтесь на мой канал