– Сам приползёт, вот увидишь. Помнишь, как мой Юрка вернулся после того, как моя мама на него наехала? А вместо твоей мамы я могу наехать.
- Не надо. – Нина жалела будущего малыша, который ни в чём не виноват. – Я не хочу его больше видеть.
- А что с алиментами? Ты же подашь документы?
Глава 1
Предыдущая глава
Глава 5
- Да, это он, - протянула Нина, выронив монеты на землю.
Олег держал в одной руке мороженое, а в другой – сахарную вату. Молодая женщина читала вслух анекдоты в газете. Олег задорно смеялся, уставившись на блондинку влюблёнными глазами, а из-под её белой кофточки проглядывался приличный животик.
У Нины помутилось сознание. Ухватившись за плечо подруги, она покачнулась и приложила вторую руку ко рту.
- Тебе плохо? – Алёна всматривалась в наполненные слезами глаза. – Тебя тошнит?
- Пойдём отсюда, - неразборчиво прошептала Нина и бросилась к выходу.
- Мама! – Надя побежала следом, нечаянно выпустив нитку воздушного шарика и леденец.
Алёна бросилась останавливать и Нину, и Надю.
- Да ты что! Успокойся! – перегородив дорогу расплакавшейся женщине, она схватила её за руки. – О Надьке подумай! Она-то тут при чём?
- Ничего не хочу, - слёзы текли градом. Нина смотрела сквозь подругу, которая говорила что-то, но слов Нина разобрать не могла. В её голове гудело, скрежетало, а сердце колотилось, как заведённое. – Как он мог? – судорожно повторив несколько раз одну и ту же фразу, Нина уронила разболевшуюся голову на плечо Алёны. – За что он так со мной?
Надя стояла рядом и смотрела на ревущую мать, думая, что чем-то обидела её. Девочка наморщила покрасневший лобик и тоже собралась плакать.
- Надя, не вздумай, - строго сказала тётя Алёна, заметив, что она сейчас последует примеру родительницы. – Просто у мамы животик болит. Сейчас поболит и перестанет, и мы пойдём кататься.
- Ага, - и Надя улыбнулась.
Нину удалось привести в чувства не сразу. Алёна поглаживала её по плечу, просила взять себя в руки, потому что все мужики – сволочи. И если Олег поступил по-скотски, значит, надо ему отомстить счастливой улыбкой, свежим цветом лица, непринуждённой походкой и ждать, когда та скотина прибежит извиняться. А там уже действовать по ходу событий. Можно заставить встать на колени и молить о пощаде или принять обратно, высосать из него все соки, а позже отправить к любовнице, с которой настрогал ребёнка и не сказал правду.
- Я не буду его звать домой, - не разобравшись, ответила Нина. – Там она… беременная.
- А я про «звать» ничего не говорила, - Алёна взяла подругу за локоток и повела к «Ромашке». – Сам приползёт, вот увидишь. Помнишь, как мой Юрка вернулся после того, как моя мама на него наехала? А вместо твоей мамы я могу наехать.
- Не надо. – Нина жалела будущего малыша, который ни в чём не виноват. – Я не хочу его больше видеть.
- А что с алиментами? Ты же подашь документы?
- И не подумаю, - вытерев нос носовым платком, Нина выбросила его в урну, стоящую рядом с молодой березой. – Там сейчас деньги нужнее.
- Ну ты и глупая. А тебе они не нужны? У тебя Надька скоро в школу пойдёт. Юлька в подростковом возрасте. А ты знаешь, как трудно с подростками? Вот моя Вероника в тринадцать уже курево пробовала…
- Алён, поговорим об этом потом, ладно? Надо билет купить. Надя на карусели покататься хочет.
Возвращаясь к кассе, женщины наткнулись на уходящих из парка Олега и его спутницу. Нина встала, как вкопанная. Олег тоже замедлил шаг, когда увидел прямо перед собой жену.
- Галя? – Нина только сейчас узнала ту, о которой гудит весь район и близлежащие территории. – Так ты… с ней? – она с презрением посмотрела на ошарашенного неожиданной встречей мужа. – Как ты мог, Олег?
- Я же говорил, ты не поймёшь, - бессовестные глаза смотрели на Надю, которая подбежала к отцу и начала трепать его за штанину брюк.
- Папка! Папка, привет! – девочка обняла ногу папы одной рукой и прижалась лбом чуть повыше колена. – Возьми меня на ручки.
- Ты уже большая, - папкина подруга задирала нос кверху и морщила его, бросая пренебрежительный взор на пустой короткий рукав, который выбился из платья и болтается, как сосиска на верёвке.
Нина взяла девочку за руку и отвела от любовной парочки. Алёна сообразила, что нужно сделать. Отводя Надю к кассе, она начала заговаривать ей зубы о мороженом, конфетах и каруселях, выспрашивая, на каких ещё, кроме «Ромашки», ей хочется покататься.
- Какая же ты др янь! - бросила мужу Нина. – Завёл любовницу при живой жене!
- Я бы попросила, - Галя погладила живот, и расстегнула кофточку, чтобы Нине стало стыдно за оскорбления.
- Ты вёл двойную жизнь! - Нина не обращала внимание на потаскуху, посмевшую увести чужого мужа и залететь от него. – Ты бросил наших детей!
- Никого я не бросал, - Олег оправдывался и косился на мимо проходящих посетителей парка с маленькими детьми. Ему стало жутко неудобно. Он стоит с беременной дамой, а какая-то сумасшедшая орёт и выясняет отношения.
- Тебе не стыдно? Посмотри мне в глаза! – Нина вскипала. Её голос постепенно брал высокую ноту. – Видел, как Надя тебе обрадовалась, хотя не видела папу всего несколько часов?
- Давай позже поговорим, - Олег и не собирался говорить ни потом, ни через неделю. Его терзала единственная мысль - смыться и поскорее.
- А ты, - Нина перебросила гнев на Орлову, - как себя чувствуешь?
- Прекрасно, - Галя вновь провела тонкими пальчиками по округлому животу. – Ждём мальчика.
- Да откуда тебе знать, кто у тебя там? Надеюсь, не мальчик и не девочка! – Нина уже не могла контролировать свои чувства. – Это самый настоящий ублюдок, зачатый…
- Заткнись! - Олег схватил жену за руку и сжал с силой. Его покоробило от слова «ублюдок». Никто не имеет право так низко обзывать его ещё неродившегося ребёнка. – Это ты мне ублюдка родила, - шипел он, сжимая пальцы на запястье Нины. – Это от тебя ублюдки рождаются. Думаешь, легко мне смотреть на эту уродину безрукую? Да я с вами во двор выйти не мог, потому что каждый тыкает пальцем и перешёптывается. Я в одной комнате с ней находится не мог, потому что думал, какая же ты эгоистка.
- Я? Я эгоистка? – по щекам Нины потекли слёзы, не от боли, а от жестокой правды.
- Да, ты. – Олег приблизил губы к её уху и ещё жёстче ударил фразой: - ты из родилки её притащила, а меня не спросила, нужен ли мне такой ребёнок. Я четыре года терпел эту… надо было сразу от вас уходить. – сделав два шага назад, Олег приобнял Орлиху за плечи. – Галя мне нормального родит, а ты живи, как знаешь.
И увёл свою возлюбленную, подальше от жены. Нина глотала слёзы, сдерживая себя, чтобы не истерить прилюдно. Этот день она пережила с огромным трудом. Улыбалась дочери, когда та кричала с карусели и призывала посмотреть, как высоко поднялась её кабинка, и Надя как будто видит дом, где они живут, широкую улицу и магазины. Нина делала вид, что слушает рассказы Алёны о её дочери Веронике, которая с горем пополам учится в девятом классе и, кажется, уже собирается выскочить замуж.
- Ой, не знаю, Нин, она такая наглая стала, смотрю на неё и не понимаю, где я её упустила? – Алёна сидела на скамье, в тени старого тополя, и доедала растаявшее мороженое. – Для неё ж старалась. Хочешь юбку, на тебе юбку, туфли – пожалуйста, пальтишко какое – всё ж заграничное. Вчера домой прихожу, а она губы красной помадой накрасила и в таком виде к подружке собралась. Я её в ванную и умыться заставила. Она, знаешь, что мне сказала? Убегу, говорит, из дома, потому что я старомодная и ничего в этой жизни не понимаю.
- Пора домой. Юля, наверное, ждёт. – задумчиво проговорила Нина, уставившись в одну точку.
- А вообще да, - Алёна посмотрела на часы. – У меня завтра генеральная уборка намечена. А ты Нин, тоже чем-нибудь займись. Тебе бы ремонт затеять.
- На ремонт пока денег нет.
- Не капитальный же. Так. Немного освежить.
- Угу. – согласилась Нина, шумно втянув майский воздух через ноздри.
Не обнаружив Юлю дома, Нина принялась за уборку. Она сняла постельное бельё, на котором Олег спал вчера, перерыла всю квартиру в поисках его вещей - на всякий пожарный, чтобы выбросить – перемыла всю посуду, вытряхнула половик из прихожей, вычистила ванну, туалет и приготовила пирог с морковкой.
- У нас праздник? – Юля вернулась от подруги Оли и побежала мыть руки, ощущая ароматный запах свежего пирога. – У меня же день рождения в июне! – крикнула она, торопясь намылить ладони.
- Мы ничего не празднуем. Просто я решила приготовить что-то к чаю! – ответила Нина, накрывая стол.
- Эх, надо было Олю пригласить, - девочка повесила полотенце и пришла в комнату.
- В другой раз пригласишь, - мама налила чай, порезала пирог и расставила блюдца. – У тебя когда каникулы начинаются?
- На следующей неделе. – откусив кусок горячей сдобы, Юля потянулась за чашкой. – А мы поедем на море? У нас в классе человек десять на море собираются.
- И Оля?
- Нет, она будет в деревне, у бабушки.
- Деревня – это хорошо. Замечательно. Там всегда свежий воздух, пахнет лугом и…
Нина не успела договорить, как Надя взялась за печёный бочок и обожглась, уронив блюдце на пол.
- А-а-а! – закричала напуганная девочка, замахав рукой.
- Растяпа, - Юля побежала за веником и совком.
- Не обзывай её. Ей и так тяжело, - Нина начала собирать вывалившуюся из пирога начинку. – И вообще, сама бы попробовала работать одной рукой.
- А я пробовала, - прибежав обратно, старшая сестра приготовилась подмести крошки на полу. – И всегда пробую. Это не так и сложно.
- Тебе так кажется. – посадив Надю себе на колени, Нина взяла другой кусок, разломила его вилкой и начала дуть.
- Ты с ней, как с маленькой, а она уже буквы знает, - заревновала Юля, унося мусор.
- Наде всего четыре. И прекрати пререкаться.
- А где папа? – Юля наконец заняла своё место и принялась ужинать. – У него же выходной.
- Папа был в парке, - с удовольствием жуя, сказала Надя.
- В каком?
- Он уехал по делам, - отрезала Нина и прекратила бессмысленные расспросы, включив телевизор.
Спустя два дня Юля узнала, что папа ушёл из дома. Она вышла из школы в плохом настроении, хотя до конца урока оставалось ещё полчаса. Но на физкультуру она так и не пошла. Просидев в пустой раздевалке и осмыслив сказанное Настей из параллельного класса, с отцом которой работает Олег, Юля решила узнать у мамы, правда ли это. На душе скребут кошки, в глазах пелена, девочка двигалась к детской площадке, как привидение. Почему папа их бросил, она не знала. Настя не вдавалась в подробности. Она просто сказала, что их с Надей отец устал жить в семье уродов.
- Сама ур одка, - шептала Юля, подходя к качелям. – Гадина.
Спасибо за ваши лайки, репосты и комментарии.