Любой человек проявляется в своих поступках. Один много говорит, критикует, обещает, что он сделает лучше, а как доберется до «руля», таких бед может наворотить, что хоть стой, хоть падай.
Мне кажется, такая же ситуация произошла со многими диссидентами, которые в СССР не имели доступа к власти, а потом, после 1991 года, уже в новой России пытались всеми силами наверстать упущенное.
Это случилось и с писателем и антикоммунистом А.И. Солженицыным, который в 1970-е годы был выслан из СССР, но потом уже в конце перестройки в 1990 году стал получать от власти разные «плюшки»: уже в 1990 году Солженицын был восстановлен в советском гражданстве с последующим прекращением уголовного дела, в декабре того же года удостоен Государственной премии РСФСР за «Архипелаг ГУЛАГ».
В 1994 году писатель вернулся на Родину, предварительно написав большую работу, в которой советовал, как обустроить новую Россию. Возвращался он через Дальний Восток, проехав на поезде через всю страну. Большинство людей встречало его тепло, видя в этом человеке образ мученичества и верности своим убеждениям.
Солженицын мечтал стать для власти своеобразным голосом народной совести, человеком, который дает дельные советы президенту, а тот их выполняет.
Но одно дело мечты, а другое суровая реальность.
Нашла коса на камень
Как известно, Б.Н. Ельцин был личностью амбициозной. Вышел он из народа, по карьерной лестнице поднимался тяжело, всем был обязан партии, поэтому и славил дело Ленина на всех пленумах и съездах. Но уже в 1980-х годах уловил, что флюгер истории меняет свое направление и быстро демократизировался.
Стал подстраиваться под американцев, считая, что получил хорошего союзника, а вместе с ним и власть над страной. Ради вожделенной власти согласился на распад СССР, ведь главное, - это получить право царствовать над бывшей РФСФР.
С Солженицыным Ельцин первый искал контактов.
Их встреча была организована в США, когда Ельцин прилетел туда в 1992 году на переговоры с американцами. Правда, состоялась она не в живую, а по телефону, так как Солженицын с семьей жил тогда в Канаде.
Переговоры длились долго. Именно тогда Солженицын предложил Ельцину в качестве жеста доброй воли подарить Курилы японцам, а еще лучше продать их, как Александр II когда-то продал Аляску.
Ельцин в тот момент находился в приподнятом настроении, считая, что получил все, о чем мечтал, и готов был идти на большие уступки. Если он у себя говорил о том, что можно брать суверенитета, сколько влезет, то какие-то далекие острова его волновали мало.
Ну подумаешь! Какая-то очередная Кемска волость! Можно и отдать, если так уж просят.
Напомню, что Курильские острова вошли в состав нашей страны после Второй мировой войны. Впрочем, японцы до сих пор считают их своими исконными территориями.
При этом Ельцин вряд ли знал, что именно эти острова хранят в себе огромное количество полезных ископаемых. Приведём выдержку из справочника:
«На островах и в прибрежной зоне разведаны промышленные запасы руд цветных металлов, ртути, природного газа, нефти. На острове Итуруп, в районе вулкана Кудрявый, находится единственное известное в мире минеральное месторождение рения. Общие ресурсы золота на Курильских островах оцениваются в 1867 т, серебра — 9284 т, титана — 39,7 млн т, железа — 273 млн т.»
В общем, это не просто острова. Это настоящий клад.
Сам же Ельцин так написал потом в мемуарах, подтверждая факт того, что думал: отдавать или не отдавать Курилы, а Солженицын настаивал на передаче, но за деньги.
«Мне предстоит визит в середине сентября. Самые умные головы думают. Идти на отдачу этих островов тоже нельзя... Интересная позиция у Солженицына. Я, когда прилетел с официальным визитом в США, уже поздно вечером, первое мое действие - позвонить Солженицыну. Состоялся очень хороший разговор, минут 30-40. По многим проблемам говорили с ним. И вот Курилы. Я, говорит он, изучил всю историю, начиная с XII века. Не наши эти острова. Отдайте. Но дорого!»
А что же писал по этому поводу сам Солженицын?
Писатель, вернувшись в Россию, переживал, что верховная власть не слушает его советов. Хитрый Ельцин в вопросах островов занял двойственную позицию: он на словах обещал японцам золотые горы, сея в них ложные надежды, но на деле ничего не происходило.
Также существенную роль в сохранении за Россией этих островов сыграл человек, о котором мы еще расскажем.
А Солженицын негодовал, что его авторитетное мнение никому не интересно. И пытался убедить в своей правоте уже своих читателей. Так в книге «Россия в обвале» в 1998 году он писал:
«Тут – непростительна упорная тупость наших властей с Южными Курилами. Они с несравненной лжепатриотической цепкостью и гордостью отказываются вернуть Японии острова, которые никогда не принадлежали России, и до революции она никогда не претендовала на них.
Схватились за эти острова, будто в них все будущее России. Для малоземельной Японии возврат этих островов - больной вопрос национальной чести, престижа, МНОГО ВЫШЕ СМЕЖНЫХ РЫБНЫХ БОГАТСТВ, О КОТОРЫХ МОЖНО И ДОГОВОРИТЬСЯ. В наступающем веке, когда ни с запада, ни с юга у России что-то не рисуется друзей, но будут нас все жестче сжимать - зачем отталкивать нам и это возможное добрососедство? А то и содружество?»
Аргументация у великого русского писателя, конечно, специфическая. Мы должны отдать острова ради дружбы с японцами, с которыми на протяжении столетий никакой дружбы не было? Да и не может ее быть, слишком разные наши народы, ментально мы не сходимся. Но отдать мы все равно должны, потому что нам – как наследникам ужасного коммунистического режима – нужно каяться и каяться в своих грехах!
При этом Солженицын и позже постоянно говорил о необходимости передачи этих островов. Эта мысль (не отдадим Курилы японцам – не будет у России будущего) пронизывает его публицистические произведения последних лет жизни.
Даже вдове писателя Натальи Солженицыной пришлось объяснять его позицию:
«Да, он считал, что рано или поздно острова придется возвращать. Но задорого. Назначить хорошую цену, заключить мирный договор с соседом. Ельцин, помню, сильно удивился: патриот России, и вдруг такое неожиданное заявление… Потом была четырехчасовая встреча уже в Москве в 1994 году. Буквально за месяц до начала первой чеченской войны. Александр Исаевич серьезно подготовился к разговору, составил конспект из четких пунктов, последовательно изложил их, наивно полагая, что собеседнику небезынтересно получить информацию от человека, проехавшего всю страну с востока на запад».
Эту же мысль как мантру повторяют и сегодня сторонники идей Александра Исаевича. Прямо, сдались им эти острова.
А кто же спас положение?
Обстановка в стране в 1992 году была крайне сложная, рушилось все и, казалось, что народу было точно не до принадлежности Курил. А в СМИ началась самая настоящая информационная война, множество изданий и телеканалов доказывали людям, что нехорошо брать себе чужое, что с 12 века Япония владела этими островами, нужно отдать и дело с концом.
Но настоящее мужество проявил начальник Генштаба Виктор Петрович Дубынин. Именно он на основе исторических документов смог доказать, что открыли эти острова еще в 1711 году русские казаки, а японцы высадились тут только в конце 18 века, уничтожили все русские кресты и следы пребывания казаков и объявили эту территорию своей собственностью.
Дубынин выступал везде, где мог, ездил в правительство, в Думу, показывал экономические расчеты, доказывал, что «в случае передачи островов Японии экономика России только по морепродуктам понесет ежегодные потери в $2 миллиарда».
Его услышали, Ельцин побоялся идти на этот рискованный для его карьеры шаг. Визит к японцам он отменил, а в ноябре 1992 года Виктор Петрович Дубынин в возрасте 49 лет умер.
А что сейчас?
Сейчас целая армия людей трудится над увековечиванием памяти А.И. Солженицына. Сколько монументов ему открыто, сколько музеев организовано. Везде, где ступала нога этого человека, развешаны доски, есть хоть малые, но свидетельства о пребывании «великого сына русской земли». Сколько викторин и олимпиад для школьников проводится, посвященных увековечиванию его имени!
А вот памятника В.П. Дубынину нет. Как и многим другим нашим соотечественникам, которые в годы лихолетья и смуты 1990-х годов отстаивали интересы нашей страны.
Впрочем, не любит народ памятники Солженицыну. Вот на одном из них – дорогом (из чистой меди) в Москве, кто-то натер 4 буквы его фамилии. И получилось не очень приятное слово.
Возмущения со стороны либерально мыслящих солженицын-любов было много.
Но ведь именно этот человек в своих книгах писал, что сталинский режим уничтожил в ГУЛАГе 66 миллионов ни в чем не повинных жертв. А в годы Великой Отечественной войны погибло (опять-таки по вине советских властей) 45 миллионов.
Так заслужил ли Александр Исаевич или нет те самые 4 буквы обидного до боли слова?