Ульянка уже второй день пряталась в стоге сена недалеко от заброшенного дома на окраине деревни. Бабка рвала и метала, и попадаться ей под горячую руку не очень-то и хотелось.
Ульянке очень хотелось гулять, а Бабка заставила мыть посуду. И надо же было этому злосчастному залетному комару присосаться к её худой донельзя ножонке. Инстинктивный хлопок по комару, звон разбитых тарелок и крепкая брань Бабки. До остального дело не дошло – Ульянка успела ретироваться вовремя.
Бабка Ульянку и так страсть как не любила, а теперь и это. Родители девчонки были в разводе еще со времен ее младенчества. Сколько себя помнила, она жила с матерью – миловидной, но болезненной женщиной. Не выдержав жизненных невзгод, мамка умерла. Вскоре после этого в жизни Ульянки появился отец. Небритый всклокоченный мужик с опухшим лицом. Появился, чтобы исчезнуть снова. Просто сплавил в деревню своей матери.
Той, по всей видимости, Ульянка была абсолютно не нужна. Ведь именно она пять с половинной лет назад напела сыну про то, что ребенок не от него. Она и сейчас бы ни за что ее не взяла, если бы сын не умотал рано утром, бросив Ульянку на произвол судьбы.
Бабка была строга. За каждый промах громко ругалась и ставила в угол. Ей не нравилась долговязость Ульянки, ее манера говорить, есть. Бурча постоянно, что этот несносный ребенок ест за троих, она тем не менее в еде ее не ограничивала.
И вот сейчас, когда Ульянка перебила почти все Бабкины тарелки, ей светило такое, что она даже представить не могла. Поэтому она и пряталась сейчас в стогу. Ночью только бегала попить к колодцу, что был неподалеку. Благо в ведре оставили немного воды, силенок самой зачерпнуть ей бы не хватило.
А есть хотелось нещадно. Впалый живот, казалось, прилип к спине и громко ругался на свою хозяйку. Ульянка плакала и разговаривала с умершей матерью, сначала обвиняя ее в том, что та рано ушла, а потом прося забрать и ее на небко…
Наплакавшись, она заснула.
Разбудил ее влажный собачий язык чьи-то причитания. Открыв один глаз, Ульянка увидела Дружка, Бабкиного пса, и ее саму. Девочка сжалась в комочек. Бабка выдернула ее из стога и заревела белугой: «Дуреха ты… Я чуть…А если б сердце… Кому ты тогда нужна то…, да я ж… Внученька…». И в первый раз за все время поцеловала Ульянку.
Так они и сидели среди сена старый да малый, ревя каждый о своем, но в итоге об одном и том же.